Мировая экономика Статьи по мировой экономике
  Новости
  Классические статьи по экономике
  Деньги
  Золото
  Нефть (ресурсы)
  США
  Демократия
  Ближний Восток
  Китай
  СССР и Россия
  Евросоюз
  Югославия
  Третий Мир
  Сельское хозяйство
  Производство
  Социальные вопросы экономики
  Образование
  Современная экономика
  Проблемы современной экономики
  Экономическая карта мира.
  Геополитика
  Государство
  Экономика будущего
  Наука
  Энергетика
  Международные фонды
  Всемирная торговая организация
  Катастрофы
  Терроризм
  Религия, Идеология, Мораль
  История
  Словарь терминов

Опрос
На Ваш взгляд Украина должна интегрироваться с
Евросоюзом
Россией
Или играть в "независимость" на транзитных потоках


Результаты

Спонсор проекта:
www.svetodiody.com.ua

  

Деньги >> Денежное обращение в эпоху перемен. >> Денежное обращение в эпоху перемен Ч.2

Денежное обращение в эпоху перемен Ч.2

Денежное обращение в эпоху перемен

Владимир Михайлович Юровицкий


  • Производственный капитал
  • Цивилизация электронных денег
  • Приложения
  • Мальчик и банкир

    Глава YYY. О чем мы продолжали разговаривать с банкиром Сайрусом Нахикусом

     

     Вернуться к Часть 1

    Пути совершенствования денежной и банковской системы России

          Мы видим, что банковская система России нуждается в совершенствовании. Пути совершенствования денежной и банковской системы и будут рассмотрены в данной главе.

    Общие проблемы современного этапа развития денежных и банковских систем

          Современная банковская система обслуживает сразу две денежные компоненты – наличную и счетную, обладающие резко отличными характеристиками. И это сказывается самым неблагоприятным образом.
          Именно существование наличной компоненты делает современную банковскую систему принципиально неустойчивой, крах всей банковской системы неизбежен, если значительная часть клиентов банка одновременно прибегнет к своему вполне законному действию – преобразованию счетных денег в наличные с изъятием их из банковской системы. Такое случалось много раз. Так было во время банковских кризисов в США в 1929 году, в российском банковском кризисе 1998 года и во многих других случаях. И не исключено повторение этого в любой стране в любое время. Такое массовое действие возникает под влиянием всеобщей паники, а в настоящее время, как показали события 11 сентября 2001 года, против этого нельзя зарекаться.
          В чисто счетной банковской системе никакая паника не может привести к краху банковской системы, так как деньги невозможно изъять из банковской системы. Может обанкротиться один банк, но не все или даже существенная их часть.
          Таким образом, единственное и радикальное решение проблемы устойчивости банковской системы может заключаться в исключении из нее наличных денег, переход на однокомпонентную чисто счетную банковскую систему.
          И проще, и логичней всего изменить с этой целью саму денежную систему, перейдя на чисто счетные деньги, выбросив наличную компоненту из сферы денег. Между прочим, в истории такие исключение из состава денег некоторой компоненты уже имели место. Наиболее известный прецедент такого рода произошел в начале XX века путем исключения из состава денег золотой денежной компоненты и перехода на чисто бумажные деньги, которые к настоящему времени развились в бумажно-электронные (налично-счетные).
          Этот переход произошел в два этапа. На первом этапе произошел переход на чисто бумажные деньги во внутреннем денежном обращении, на втором – в межгосударственном денежном обращении. Причем характерно, что оба перехода произошли во время крупнейших цивилизационных катаклизмов XX века. Первый – во время Первой мировой войны путем ликвидации обмена бумажных денег на золотые, второй – во время Второй мировой войны путем перехода на чисто бумажную (долларовую) денежную систему в межгосударственном денежном обороте (Бреттон-Вудская валютная система).
          Сейчас ситуация во многом похожая. Мир после 11 сентября перешел в состояние мировой войны, но это война нового типа – всемирная война терроризма с западной цивилизацией. Это официально объявлено Президентом США и подтверждено Президентом России, который в этой войне встал на сторону Запада. И уже начались и идут первые сражения этой войны – теракт на WTC, рассылка писем с сибирской язвой в США, война в Афганистане. Но даже победа в Афганистане и поимка бен Ладена вряд ли остановят эту войну, ведь терроризм опирается на сочувствие и скрытую поддержку мусульманского мира, а если быть более точным, всего бедного Юга. Важно, что в этой войне у нее есть много сочувствующих и даже прямых участников и в самих странах Запада, как показала история с рассылкой писем с сибирской язвой. И США, объявив войну терроризму, фактически сами легитимизировали эту мировую войну, и теперь противоположная сторона также осознала свои цели. И в этой войне могут быть нанесены ответные удары самого непредсказуемого свойства и в самом непредсказуемом месте, в том числе и ядерные, и по России. И выиграть эту войну военными и полицейскими средствами при всей военной и технологической мощи США и всего Запада невозможно.
          Таким образом, либо мир войдет в целую историческую полосу мировой войны нового типа, которая может унести в принципе не меньше жизней, чем Первая и Вторая мировые войны (в основном именно мирных граждан), и которая может привести к совершенно непредсказуемым последствиям вплоть до гибели западной цивилизации либо принять то, что диктуют мировой опыт и финансовая наука.
          Основной инструмент терроризма вовсе не бациллы, динамит или ядерные боезаряды, основной его инструмент – это деньги. Причем большие деньги, которые у противоположной стороны есть. Ликвидировать их невозможно, потому что это прежде всего нефтяные деньги, и Запад сам ими снабжает противную сторону. Однако их можно перевести в форму, невозможную для использования в качестве орудия террора.
          Терроризм использует деньги в наличной неименной форме прямо либо косвенно в процессах пересылки или на других этапах их использования в террористических целях. Если бы не было наличных денег, то в системе счетных денег при тотальном потенциальном контроле над всеми денежными операциями, проходящими через банки, терроризм в таком виде, как мировая террористическая война, просто невозможен. Переход на чисто счетные именные деньги с ликвидацией неименных бумажных денег и будет представлять собой перевод денег в форму, невозможную для использования в террористической деятельности. Фактически, это дает быструю и бескровную победу Запада (и России в том числе) над мировым терроризмом.
          У такого перехода, кроме этого важного военного момента, есть множество и невоенных аспектов.
          Один мы уже указали. Принципиальная нестабильность и даже катастрофичность банковской системы основана именно на существовании наличной компоненты. Без нее банковская система как целое превращается в абсолютно надежную систему.
          Существование наличной компоненты, особенно при ее гипертрофированном использовании, как это имеет место в России, обескровливает банковскую систему, лишает ее кредитных ресурсов, делает кредитную функцию банков малоэффективной и дорогой, что приводит к перманентному кризису неплатежей, ибо именно дешевый кредит есть простейший и надежнейший способ борьбы с этим кризисом. А это, в свою очередь, замедляет экономическое развитие или даже приводит к экономической стагнации.
          Наличное (бумажное) обращение обходится для общества все дороже и дороже и требует использования самых дефицитных природных ресурсов. Например, эмиссия денег требует затраты до тридцати процентов от величины самой эмитируемой суммы в случае бумажной эмиссии и практически не стоит ничего в безналичной счетной форме. Затраты на перевозку бумажных денег составляют до двух процентов перевозимой суммы (в зависимости от расстояния) и имеют пренебрежимо малую стоимость при осуществлении подобной операции в безналичном виде. Кассовое и инкассовое денежное обслуживание в сфере розничной торговли и бытового обслуживания населения, особенно в крупных предприятиях, при использовании покупателями безналичных платежных средств удешевляется в два и более раза.
          Наличные деньги являются «дружественной» и даже «поощряющей» средой для подавляющей части преступности, и не только терроризма. Наркобизнес в сколько-нибудь заметных размерах просто невозможен вне этой среды. Проблема спасения страны от катастрофы массовой наркотизации молодежи лежит не в борьбе с распространителями наркотиков или создании наркоцентров, а просто в ликвидации этой «поощряющей» среды. В среде безналичных денег почти невозможна коррупция. Похищение людей с целью выкупа, заказные убийства, нелегальная торговля оружием, драгоценными металлами, антиквариатом и любые иные нелегальные торговые сделки почти на сто процентов осуществляются в наличной денежной форме. Ограбление банков на сто, ограбление магазинов на восемьдесят, а людей на шестьдесят процентов осуществляется с целью завладения наличными деньгами. Уклонение от налогов и страховых сборов также преимущественно осуществляется с использованием наличных денег, например неучтенной зарплатой в конвертах.
          Наконец, наличные деньги могут стать средством биологической войны еще более эффективным, чем почтовые рассылки. Стоит заразить единственную купюру и отнести ее в магазин, как затем может оказаться зараженной значительная часть инкассированных денег в магазине, затем в банке, затем эти зараженные деньги могут пойти самым непредсказуемым образом по стране. А если это доллары или евро, то и по всему миру. Причем Россия окажется против такого вида терроризма особенно беззащитной ввиду того, что в стране практически все платежи физических лиц осуществляются наличными деньгами.
          Таким образом, мы можем прийти к заключению: наличные деньги являются главным врагом современного мира и современной цивилизации. И чем быстрее человечество это осознает, преодолеет укорененный предрассудок, что истинные деньги – это бумажка, и примет соответствующие меры, тем лучше для него, а для России это верно стократно ввиду особо гипертрофированного развития бумажно-денежного обращения и почти полного отсутствия безналичных платежных технологий в денежном обслуживании физических лиц. Насколько этот предрассудок укоренен, особенно в России, можно судить по статье 29 Федерального закона «О Центральном банке РФ», в которой прямо говорится, что «единственным законным средством платежа на территории Российской Федерации являются банковские билеты и монеты Банка России». Эта статья делает незаконной не только банковскую деятельность, но даже самое существование всей банковской системы, в том числе и самого Банка России, так как главная функция банков – расчетное обслуживание – как раз и осуществляется путем платежей без использования банкнот и монет Банка России (в безналичной форме).
          Можно предположить, что новое радикальное изменение мировой денежной системы также будет происходить в два этапа. На первом этапе произойдет переход на внутреннее безналичное обращение, а на втором этапе создание на базе множества национальных счетных денежных систем единой общемировой счетной денежной системы. Этим самым процесс глобализации приобретет свою законченность.
          Мы не будем делать предположения о том, как пройдет второй этап, и остановимся на первом, национальном этапе перехода к чисто счетным деньгам. Эти процессы идут весьма интенсивно в некоторых странах мира. В Сингапуре наличные деньги де-факто почти исчезли из обращения и уже намечена национальная программа в течение пяти лет перейти уже и де-юре на чисто счетные деньги.
          Интересно, что Европа утеряла свой великий шанс стать во главе мирового денежного развития. Почти два года она существовала без наличного евро и могла бы отказаться от его введения вообще. Но, увы, у них не хватило на это потенциала интеллекта и знаний, что наглядно показывает, что Европа постепенно теряет свои позиции лидера мирового цивилизационного развития, центр которого медленно, но неуклонно смещается в Азиатско-Тихоокеанский регион.
          Процесс перехода на безналичные деньги идет в большинстве цивилизованных стран постепенно, но неуклонно. Можно ли надеяться, что и Россия включится в этот денежный мейнстрим? Увы, надежд, на наш взгляд, почти нет.
          Дело в том, что в России сложилась особая политическая система с бандобюрокра-тическим правящим классом, в основе которой лежит слияние власти с криминалом. Криминализированы органы государственной и местной власти, правоохранительные органы, денежные власти, банковский и производственный менеджмент. И никто не видит интереса в ликвидация наличного обращения. Даже Банк России, который, казалось бы, по своим задачам должен был бы стремиться к ограничению наличного обращения и максимальному внедрению безналичных расчетов, за последние десять лет ни сделал в этом направлении ничего. Наоборот, именно Банк России исправно создавал эту криминальную среду, насыщая денежную систему наличными деньгами сверх всякой меры. Это же факт, что за обезналичивание криминальных денег существует конкурентная борьба между банками, а незаконное обналичивание денег в настоящее время стоит совершенно смешные деньги – порядка полпроцента, что показывает, насколько эта операция стала простой и безрисковой. Таким образом, надеяться на постепенное подавление в России наличного денежного обращения и переход к безналичным денежным технологиям не стоит.
          Есть единственная сила, которая может оказаться заинтересованной в переводе страны в цивилизационное русло, – это высшая власть, фактически президент страны. И эта власть не может осуществить такой переход постепенно, а только сразу и скачком. И это возможно.

    Совершенствование денежной системы России

          Дело в том, что речь вовсе не идет о физическом уничтожении и запрете использования банкнот и монет Банка России. Речь идет прежде всего о юридическом их уничтожении.
          Чтобы было более понятно, приведем пример с автомобилем. Можно уничтожить автомобиль физически, под прессом. А можно юридически, сняв с него номера государственной регистрации. И хотя физически автомобиль в полном порядке, на нем можно ездить, кататься во дворе или в поле, но как нормального автомобиля, на котором можно ездить на работу, на дачу, в отпуск, его уже не существует. В конце концов он очень скоро и сам умрет естественной смертью без заботы и ухода, за ненадобностью.
          Таким образом, речь идет не о физическом, а о юридическом уничтожение наличных денег, после чего они уже отомрут и сами.
          Отметим, что юридическое уничтожение осуществляется некоторым правовым актом, то есть его можно осуществить, к примеру, одним президентским указом.
          Как же осуществить юридическое уничтожение наличных денег?
          Чтобы это понять, заметим, что главная функция денег – средство платежа. Но деньги отнюдь не единственное средство платежа. Существуют неденежные средства. Простейший пример – автобусные абонементные билеты, с помощью которых мы оплачиваем проезд в автобусе. Билет в кино, в театр, на поезд и самолет, чек в магазине и т. д. – все это неденежные средства платежа. Причем они могут быть одноразовыми, а могут быть и многоразовыми, как, к примеру, билеты на проезд в метро или телефонные карты.
          Эти средства платежа мы покупаем за деньги, а уже потом используем для оплаты некоторых услуг или товаров.
          Особенность неденежных средств платежа состоит в их ограниченном характере. В отличие от денег, которые являются универсальным платежным средством, неденежные средства платежа имеют специализированный характер, их можно использовать исключительно на те цели, для которых они созданы. Абонементный талон можно использовать для оплаты поездки в автобусе, трамвае, троллейбусе, но нельзя использовать для покупки колбасы или поездки в самолете.
          Неденежные средства платежа имеют пониженную ценность. Поэтому они не могут служить в качестве средства накопления. Кто будет копить автобусные билеты? Они не могут служить для выдачи заработной платы, ибо кто согласится получать ее автобусными билетами? Наконец, ограничения в их использовании, в объемах хранения, наценки при продаже и скидки при покупке выглядят вполне нормально и допустимо, чего не скажешь, когда речь идет о деньгах. Не могут эти платежные средства служить и криминальным целям. Неужели какой-то киллер захочет получить за свою «опасную работу» гору автобусных билетов? Или чиновник возьмет ими взятку? Или кто-то согласится за автобусные билеты подготовить и совершить террористический акт? Или наркодилер захочет продавать наркотики с риском попасть в тюрьму на большой срок за эти фантики?
          Итак, мы продемонстрировали наглядно, как можно юридически уничтожить наличные деньги, сохранив их физически, но резко уменьшив их привлекательность и возможности их использования в криминальных и террористических действиях.
          Таким образом, все, что требуется, – это понизить финансово-правовой статус существующих банкнот и монет Банка России: со статуса денег до статуса законных неденежных платежных средств ограниченного использования. А деньгами Российской Федерации, то есть универсальными платежными средствами, объявить исключительно платежные средства, размещенные на счетах в банках России.
          Какова же должна быть область целевого использования неденежных платежных средств? Она должна быть такой, чтобы сам переход не произвел существенного изменения в финансовой и экономической жизни. Предполагается, что областью их использования должна стать розничная торговля предметами повседневного спроса и область повседневного бытового обслуживания населения. Но все предметы длительного пользования, бытовое обслуживание высокого класса, вся торговля валютой, выплата заработной платы и иных доходов должна происходить исключительно с помощью денег, то есть по безналичному расчету, через банковский счет. Запрещается осуществление любых платежей между юридическими лицами с помощью неденежных платежных средств, более того, даже хранение их запрещается любым юридическим лицам, кроме тех, которые непосредственно задействованы в указанном выше обслуживании населения с их помощью.
          Так как эти платежные средства уже не являются деньгами, то им уже нельзя оставить название «банкноты и монеты Банка России», так как Банк России по закону не имеет право эмитировать неденежные платежные средства и даже вообще работать с ними. Кто же может быть эмитентом этих неденежных средств? Так как это законные и даже общефедеральные платежные средства, то эмитентом и организатором работы с ними может быть только федеральный государственный орган. И таким органом может быть только Министерство финансов, которое постоянно имеет дело со всякого рода неденежными платежными средствами, например, векселями, ценными бумагами, налоговыми освобождениями и т. п.
          Поэтому все средства работы с наличными средствами Банка России должны быть переданы безвозмездно на баланс Министерства финансов, которое и будет руководить этой сферой, в том числе их печатать и уничтожать. Причем в первое время они будут оставаться такими, как есть, но в дальнейшем они должны быть снабжены соответствующими надписями. Сохраняется и номинал платежного средства.
          В субъектах Федерации основные средства работы с платежными средствами сосредоточены в филиалах Банка России. Эти средства в принципе можно оставить за ними, а Минфин мог бы просто заключить с ними агентское соглашение, по которому эти банки по совместительству исполняли функции хранения, перевозки, распределения наличных платежных средств сверх главной своей денежной деятельности.
          Откуда же граждане будут получать платежные средства? Покупать в финансовых отделениях Минфина, в качестве которых могут быть по договоренности со Сбербанком РФ использоваться все его отделения. Эти же отделения будут и покупать наличные средства от предприятий розничной торговли. А все остальные банки от работы с наличными платежными средствами отстраняются. Таким образом мы и создаем од-нокомпонентную, чисто счетную банковскую систему. Причем и Сбербанк также будет однокомпонентным банком, так как наличные средства, с которыми он работает, будут учитываться не в банковском балансе, а на счетах типа «Депо». Это счета неденежных ценностей, например марок, акций, лотерейных билетов и т. п., с которыми банки работает в качестве побочной деятельности по агентским соглашениям с владельцами этих ценностей.
          Схема покупки и продажи наличных платежных средств отображена на приведенных ниже Т-счетах при покупке и продаже 1000 д.е. наличных платежных средств.

          Учет наличных платежных средств в банке ведется на счете типа «Депо», то есть на обычных счетах учета, используемых на складах.

          На изготовление и работу с этими платежными средствами Минфину потребуются затраты. Вряд ли стоит на эти цели тратить бюджетные средства, вполне логично, чтобы эти затраты покрывали те, кто их использует. Следовательно, Минфин должен их продавать с маржой, например пять процентов от номинала, и покупать с дисконтом, например те же пять процентов от номинала. А вырученные средства пойдут уже на финансирование этой деятельности, а если будет избыток, то и на пополнение федерального бюджета. Причем часть средств пойдет на оплату услуг банка. Использование этих средств физическими лицами становится достаточно накладным, и это приведет автоматически к бурному росту использования безналичных платежных технологий. А чтобы при этом не пострадали беднейшие слои населения, одновременно с переходом на эту платежную технологию можно повысить пенсии и пособия на величину маржи, то есть на пять процентов.
          Вывод из сферы денежного обращения наличных денег сразу же резко уменьшит денежную массу. Чтобы этого не допустить, Банк России должен будет эмитировать безналичные деньги в объеме выбытия денег, причем эти средства передаются Минфину с целевым назначением использовать исключительно на цели выкупа ненужных платежных средств и их уничтожения. Ведь ввиду запрета на использование их юридическими лицами и банками, а также резкого понижения ценности платежных средств для физических лиц большая часть нынешних наличных денег будет тут же продана Минфину и затем просто уничтожена, для чего и нужны эмитированные средства. А остаток средств Минфин разместит в уполномоченных банках исключительно для целей оборота платежных средств. Этим самым банковская система сразу увеличит свои активы на сумму агрегата M 0, что создаст в банковской системе кредитные ресурсы в объеме нескольких триллионов рублей. Это приведет к появлению дешевых кредитов, что и будет способствовать ликвидации кризиса неплатежей и появлению стимулов к экономическому развитию. Конечно, нужно сразу же принять меры к тому, чтобы появившиеся в банках денежные средства могли использоваться исключительно на кредитные цели, а не на покупку валюты или акций. Но об этом будет сказано далее.
          Все физические лица должны теперь будут иметь счет в Сбербанке, ибо только в Сбербанке могут размещаться расчетные счета физических лиц (накопительные счета и иные специализированные счета могут размещаться и в других банках), через Сбербанк они получают зарплату и покупают наличные платежные средства. Без такого счета существование человека на территории России становится физически почти невозможным. Но счет в Сбербанке открывается только гражданам России или негражданам, которые имеют законные основания на пребывание в России. Нелегальным иммигрантам счета не открываются, и они будут вынуждены сами добровольно покинуть Россию. Тем самым эффективно решается проблема нелегальной иммиграции.
          Желательно, чтобы физические лица могли иметь только один расчетный счет. Можно даже предложить, чтобы номер этого счета прямо ставился в паспорт или иной документ, удостоверяющий личность. Тогда в Сбербанке будет создан банк данных на всех граждан России и неграждан, находящихся на ее территории. Другими словами, получаем полный демографический учет населения, который будет вестись в режиме текущего времени, буквально ежедневно и ежечасно. И это позволит эффективно справиться с такими острыми демографическими проблемами, как китаизация Дальнего Востока, колонизация Центральной России выходцами с Кавказа, переполнение Москвы африканцами и т. д.
          Так как платежные средства не деньги, то можно установить ограничения на объемы использования этих средств, причем это можно сделать на подзаконном уровне. Минфин, как эмитент этих средств, имеет полные правомочия для этого. Такие ограничения могут касаться объема платежных средств, которые может приобрести или предъявить к продаже одно физическое лицо в месяц и даже распространяться на объем хранения этих средств. Поэтому накопление их становится невозможным, а следовательно, практически невозможными становятся наркобизнес, терроризм, коррупция и многие другие криминальные деяния, использующие большие денежные потоки. Грабежи, разбои и заказные убийства резко уменьшаются, так как становятся «экономически невыгодными», риска много, а доходов больших нет. Россия становится самой «недружелюбной» страной для этих видов криминальных деяний, и это приведет, в частности, к резкому, в разы и десятки раз, уменьшению уровня преступности и наркотизации молодежи.
          Становится практически невозможным уклонение от налогообложения, и наполняемость бюджета возрастает в два-три раза.
          Итак, мы видим, что преобразование денежной системы от двухкомпонентного типа к однокомпонентному дает громаднейший эффект и естественные решения самых острых проблем в самых различных сферах экономики и социальной жизни. Причем не потребуется ни копейки затрат бюджетных денег, наоборот, это будет способствовать его наполнению. А потребуется для этого самый пустяк – изменить два слова, слова «наличные деньги» заменить словами «платежные средства». Причем здесь нет вопросов о том, а вдруг все окажется не так. Можно просто съездить в те страны, в которых это уже сделано де-факто, например в Сингапур или Австралию. Просто там это сделано постепенно, а в России это надо сделать быстро, потому что постепенно не получается. Там все это произошло в ходе естественного эволюционного развития, но в России это можно сделать только через государственное принуждение, через декрет, ибо российская бандобюрократия отвергает эволюционное развитие в этом направлении.

    Совершенствование банковской системы России

          Как мы показали, банковская система России представляет собой кентавра с головой в виде многоуровневого филиального остатка Госбанка СССР и с телом в виде коммерческих банков, связанных с головой корреспондентскими связями с включением еще целой многофилиальной банковской сети Сбербанка России. Ясно, что такая система должна быть усовершенствована.
          Западная двухуровневая банковская система России не подходит. Она хороша в Англии или Люксембурге, но для крупных стран вообще непригодна. Ведь даже в США фактически имеет место отнюдь не двухуровневая, а многоуровневая банковская система. Для России тоже единственно приемлемой является многоуровневая банковская система с корреспондентскими связями.
          Причем в эту систему должны быть встроены и отделения Сбербанка, причем их желательно расположить в самом низу банковской пирамиды для того, чтобы деньги физических лиц участвовали в депозитной мультипликации. А сама отдельная банковская система Сбербанка должна быть, естественно, ликвидирована. Однако это не означает разрушение всей организационной пирамиды Сбербанка РФ. Эту пирамиду надо сохранить, но не в виде многофилиальной банковской системы, а в виде банковской холдинговой структуры. Таким образом, совершенствование банковской системы России может происходить в рамках существующей банковской системы лишь изменением характера межбанковских связей (рис. 17).
          Суть изменений состоит в преобразовании филиалов Банка России в самостоятельные банки, то есть изменение связи между Центральным банком России и ее филиалами с филиальных на корреспондентские. Филиалы превращаются в самостоятельные территориальные банки, причем каждой административно-территориальной единице соответствует свой банк. Банк высшей территориальной единицы становится ностро-банком нижних территориальных единиц, в результате чего мы получаем иерархию территориальных банков.
          Территориальные банки обслуживают бюджет соответствующего уровня и бюджетные организации, а также могут являться ностро-банками для коммерческих банков. Исключение составляет наивысший территориальный банк – центральный банк, который не может иметь коммерческих ностро-банков.
          Формальными учредителями территориальных банков являются органы власти соответствующей территории, по организационной структуре это унитарные предприятия при соответствующем органе власти. Все доходы этих банков поступают в бюджет соответствующей территории.
          Самый нижний этаж этой пирамиды составляют районные гражданские банки, в которые преобразуются соответствующие отделения Сбербанка РФ. Как единый банк Сбербанк РФ ликвидируется, на его месте создается банковский холдинг «Граж-

     
           Рис. 17. Схема изменения характера межбанковских связей
          данские банки России», который осуществляет административное управление этими банками. Но с чисто банковской точки зрения это независимые банки. Таким образом, деньги населения помещаются в самый низ банковской пирамиды и работают наиболее эффективно на всех уровнях этой пирамиды в соответствии с депозитной мультипликацией в многоуровневой банковской системе. При этом внутри банковской системы создается оборот денег. Деньги, получаемые физическими лицами в качестве зарплаты и личных доходов, сразу закачиваются на самый низ банковской пирамиды. Затем эти деньги тратятся в различных предприятиях, счета которых могут быть размещены в банках на самых различных уровнях этой пирамиды, а затем из этих банков снова в качестве зарплаты закачиваются на самый низ.
          В территориальных банках могут размещать свои счета любые предприятия. В системе территориальных банков верхний банк дает страховку банкам нижнего уровня. Таким образом, размещение в этих банках максимально безопасно, но условия хранения и кредитования, видимо, будут менее выгодными, чем в коммерческих банках.
          Впрочем, ввиду того, что банки являются чисто счетными, надежность этой банковской системы чрезвычайно высока.
          Коммерческие банки могут подключаться к иерархии территориальных банков на любом уровне, который они выбирают самостоятельно. Крупные банки, естественно, будут прикрепляться к территориальным банкам верхнего уровня, так как там можно получить большие кредиты, малые банки прикрепляются к нижним уровням иерархии, так как там выше проценты на депозит, меньше кредитные проценты. Все банки платят своим лоро-банкам как обычным клиентам по депозиту счета и снимают проценты по кредиту (овердрафту).
          Отметим следующую особенность данной банковской системы. Центральный банк, банк первого уровня, процентов на депозит не платит и кредитов не выдает. Банк второго уровня имеет, естественно, наибольшие кредитные ресурсы, потому что в нем хранятся деньги всего федерального округа, но проценты на депозит в нем небольшие, а проценты на кредит большие. Причем он дает проценты на депозит и своим лоро-банкам. Банк следующего уровня уже имеет меньшие кредитные ресурсы, но кредиты у него уже дешевле, а проценты на депозит больше, так как этот банк имеет доходы как от собственной кредитной деятельности, так и доходы от верхнего банка по своему ло-ро-счету. Таким образом, возникает такая система кредитных и депозитных процентов, что чем ниже банк в этой иерархии, тем в нем выше проценты на депозит и меньше проценты на кредит. И поэтому самые выгодные условия будут для физических лиц, которые размещают свои средства в самых низших по иерархии банках. И это естественно, их деньгами пользуются все уровни иерархи, и соответственно они получают доходы от всех уровней иерархии.
          Денежные коммуникации в этой системе обладают максимальной экономичностью. Деньги района движутся через районный банк, деньги области – через областной банк и т. д.
          Таким образом, мы получаем весьма стройную и надежную банковскую систему, которая наследует лучшие, а не худшие черты советской банковской системы и опыт самых передовых западных корреспондентских банковских систем. Важно также, что ни новых банков, ни каких-то существенных изменений в самих банках не требуется. Все банковские институты имеются, речь идет только об изменении связей между банками. Отметим также, что эта банковская система ставит в особое положение именно человека, именно деньги физических лиц играют в этой банковской системе особо важную роль, и их выгоды от ее создания будут наиболее ощутимыми.
          Ввиду многоуровневого характера в системе появляются за счет депозитной мультипликации большие кредитные ресурсы без использования дополнительной эмиссии. Это снизит стоимость кредитов России до уровня, характерного для высокоразвитых стран – порядка 3–7 процентов в год. Вместе с увеличением денежной базы за счет ликвидации наличных денег кредитные ресурсы российской банковской системы могут составить 10–20 триллионов рублей, и это послужит мощным ускорителем экономического развития.
          Данная банковская система легко может быть встроена в более общую банковскую систему, например, если произойдет объединение России с некоторыми странами и уж тем более если будет создана всемирная банковская система. Изменения можно осуществить путем наращивания ее вверх, но сама банковская пирамида России останется неизменной.
          Коснемся еще раз правовой формы различных банков как организаций.
          Коммерческие банки являются коммерческими организациями, которые могут иметь любую правовую форму, допустимую для коммерческих организаций, то есть открытым акционерным обществом, частной организацией, закрытым акционерным обществом и т. д.
          Территориальные банки имеют правовую форму унитарного предприятия при соответствующем органе территориальной власти.
          Гражданские банки представляют собою холдинговую структуру. Но какова правовая форма этой холдинговой организации? На наш взгляд, это должна бать обратная холдинговая структура, где права собственности распространяются не сверху вниз, а, наоборот, снизу вверх. Таким образом, именно гражданские банки являются учредителями и совладельцами городского управления гражданскими банками, городские управления создают областные, областные – окружные, окружные – управление всего холдинга. Каждый уровень решает свои задачи и организует функционирование нижних структур и прежде всего самих гражданских банков как коммерческих предприятий. Таким образом, гражданские банки с чисто банковской точки зрения являются самостоятельными банками, но с точки зрения хозяйствующего субъекта они члены этого многоуровневого холдинга. И главной целью этого холдинга является обеспечение хозяйственной деятельности гражданских банков и прежде всего тех, которые находятся в малых городах, сельских местностях, что обеспечивается консолидацией части доходов гражданских банков, и их направление в пользу беднейших.
          Теперь возникает вопрос, а какова же правовая форма самих гражданских банков? На наш взгляд, правовой формой самих гражданских банков должна стать форма потребительского общества, потребительского кооператива, вся власть в котором принадлежит клиентам банка, причем доля этой власти определяется среднегодовым значением банковского счета. И потому в этих банках не устанавливается процент на депозит либо устанавливается в некотором минимальном размере, а реальная доходность по вкладам определяется по результатам года. Отметим, что сами владельцы гражданского банка могут принять решение о том, чтобы использовать доходы в консолидированном виде на некоторые общие потребности всех членов банка. Например, в сельской местности члены гражданского банка, которыми могут быть жители всего села, могут принять решение о направлении доходов на строительство клуба, больницы, стадиона и т. д.
          Так как в настоящее время Сбербанк, на базе которого должна создаваться потребительская кооперация гражданских банков, является акционерным обществом, то необходимо осуществить его национализацию с принудительным выкупом акций, причем эти средства может предоставить главный акционер Сбербанка – Банк России, а затем уже формировать на основе Сбербанка структуру федеральной потребительской банковской кооперации. И конечным собственником всей этой структуры становится население страны, ее граждане. И именно это может стать апофеозом преобразований в России и введения в ней реальной демократии (народоправия).
          На схеме банковской системы России властные полномочия в сфере хозяйственной деятельности показаны штрихпунктирной линий, причем стрелки указывают направление этих властных полномочий. Корреспондентские связи обозначены штриховой линией. Причем в сфере банковской ностро-банк имеет де-факто определенные распорядительные полномочия над своими лоро-банками. Он ведет учет их средств, предоставляет им кредиты по овердрафту. Это все составляет определенные возможности для реального воздействия на банки. Более того, в системе территориальных банков ностро-банк является страховщиком своих территориальных лоро-банков. И вполне возможно официальное узаконение этой власти путем введение в состав правления лоро-банка представителей от его ностро-банка.

    Совершенствование банков

          В чисто счетной банковской системе меняется само понятие банка. Существующее понятие банка как «банки с деньгами», то есть хранилища денег, становится бессодержательным, так как все деньги хранятся в банках, и вне банков их вообще не существует. На первый план выдвигается не привлечение денег в банк, а обслуживание клиентов и самой банковской системы. Фактически роль банка становится во многом подобной роли провайдера в сети Интернет. Таким образом, мы можем сказать, что новое понимание банка состоит в его восприятии как узла, рабочей станции в счетной денежной системе, связная совокупность которых образует банковскую систему.
          Главными функциями банка становятся:
          1. Денежное обслуживание клиентов.
          2. Кредитование клиентов.
          3. Коммуникационное обслуживание всей денежной системы. Но кроме этих, у банков появляются и принципиально новые функции. Так как все
          физические и юридические лица, а также органы управления имеют свои счета в банках, то на последние может быть возложена учетная функция населения, предприятий и учреждений.
          Управление обществом в современном мире все более смещается с административного на денежно-финансовое. И такое управление экономической и социальной жизнью общества будет все больше осуществляться через банки. В условиях счетного денежного обращения сами денежные операции могут быть легко разделены на допустимые для того или иного финансового лица и недопустимые, которые банк будет автоматически блокировать. Приведем пример: если какая-нибудь общественная организация захочет приобрести оружие, наркотики, ядерные материалы и т. п., то вполне естественным является установление системы запретов на такие операции. Ведь мы имеем пример, религиозная организация в Японии свободно могла приобретать химическое оружие и средства для его производства. Есть вещи и объекты, ограниченные в гражданском обороте. Использование ограниченных в обороте объектов требует лицензирования. Производитель или распространитель ограниченных в обороте вещей должен иметь соответствующую метку в своем банковском счете, а пользователь этих вещей должен иметь лицензию, которая фиксируется в банке. И при перечислении денежных средств в адрес лица, имеющего особую метку счета, такой платеж будет осуществлен, если у плательщика есть лицензия на использование вещей с этой меткой. Так что физическое лицо или религиозная организация не смогут перечислить деньги на завод по производству ядерных боеприпасов, химических ядов или наркотических веществ. Тем самым правовое регулирование ограничений оборота вещей получает эффективную денежно-банковскую поддержку. А ведь именно незаконной оборот ограниченных в обороте вещей и составляет значительную часть преступности. И банковская система позволяет резко сократить эту часть преступности, так как переносит контроль с трудоемкого и сложного процесса контроля над движением вещей на значительно более простой контроль связанных с этим оборотом денежных транзакций, который может осуществляться в банках программно-компьютерным способом.
          Денежные операции могут быть разделены на налогооблагаемые и неналогооблагаемые, и банк может автоматически снимать налоги при осуществлении налогооблагаемых операций, переходя к автоматической и безакцептной фискальной системе. Так как практически вся деятельность человека и предприятий находит отражение в денежных операциях, то система управления этими операциями станет и системой управления обществом, которое способно во многом заменить существующее административное. Причем банковское управление будет идти, естественно, через компьютер и компьютерные программы в отличие от административного, которое идет через человека – чиновника. Таким образом, мы придем постепенно к ачеловеческому (безбюрократическому), компьютерному управлению обществом. Примеры такого ачело-веческого» управления уже имеются, и они показывают как раз свою бо’льшую привлекательность, чем человеческое. Например, управление потоками в метро уже осуществляется ачеловеческими средствами (автоматами), и кажется никто не говорит, что это управление плохое.
          Но с появлением новых функций, видимо, предстоит избавить банки от излишних функций, которыми они оказались нагружены в ходе своего длительного исторического развития. Ведь телефонная станция, также являющаяся рабочей станцией в единой телефонной сети, не занимается торговлей телефонными аппаратами, рассказыванием сказок по телефону, опросами населения и т. п., а занимается только тем, чем не может заниматься никакая другая организация. Точно так же и банки должны делать только то, что никто, кроме них, сделать не сможет, а все, что смогут сделать и другие организации, должно быть удалено из сферы банковской деятельности. Например, торговля ценными бумагами и распоряжение ими, трастовое обслуживание, финансовые спекуляции и все подобное должны быть полностью удалены из банков. Ибо их роль слишком важна и ответственна, чтобы еще нагружать их функциями, которые будут отвлекать от основной деятельности. Любая коммерческая деятельность, не связанная с денежным обслуживанием клиентов и банковской сети, должна быть изгнана из банка. Банк должен рассматриваться не как предприятие-производитель, а как предприятие сферы обслуживания.
          Рассмотрим некоторые конкретные технологические особенности банков в счетно-денежной системе.

    Ностро-счет

          Банк должен иметь единственный корреспондентский ностро-счет, размещенный в банке высшего уровня. Территориальный банк имеет корсчет в территориальном банке высшего уровня территориально-административного деления, гражданский банк в соответствующем территориальном банке низшего уровня иерархии, а коммерческий банк может иметь ностро-счет либо в одном из территориальных банков, за исключением центрального, либо в другом коммерческом банке.
          В результате этого вся коммуникация денег приобретает полную определенность, между любыми двумя банками существует один и только один путь перемещения денежных средств.
          Банк лишается права прямого доступа к собственному ностро-счету. Это счет чисто коммуникационный, его роль – включение банка в банковскую сеть, и прямое управление им не допускается. Изменение этого счета происходит автоматически при движении денег через банк в другие банки банковской системы.
          Этим самым фактически пресекается собственная внебанковская финансовая деятельность банка. Ведь сейчас она идет через использование денежных средств на ност-ро-счете, которые нынешние банки используют как собственные деньги.

    Собственный банковский счет банка и проблемы безопасности

          Каждый банк создает в своем банке внутренний счет банка. На этом счете размещаются деньги, принадлежащие банку на правах прямого распоряжения и владения, а также отражается вся собственная деятельность банка. На него поступают проценты за кредит, с него выплачиваются проценты на депозит, с него банк осуществляет всю собственную хозяйственную деятельность. Это фактически счет банка как хозяйствующего лица. Но, кроме чисто хозяйственных функций, он выполняет и функции страхования.
          Установление нормативов резервирования необходимо отменить. Каждый банк должен осуществлять резервирование средств на ностро-счете самостоятельно в соответствии с характером денежных потоков через банк. Естественно, что при этом не может быть исключено временное отсутствие средств на ностро-счете. Чтобы расчетное обслуживание клиентов не страдало, банк должен иметь возможность получать краткосрочные кредиты по овердрафту ностро-счета. Сейчас такие кредиты банки получают на межбанковском рынке. В счетной денежной системе кредиты по овердрафту дает ностро-банк. При этом ностро-банк имеет возможность отслеживать ситуацию в лоро-банках, и если овердрафты становятся слишком частыми, то это может свидетельствовать о рискованной денежной политике банка, и его можно заранее предупредить. Более того, большая оплата по овердрафтовым кредитам ведет уже не к прибыльности, а убыточности кредитной деятельности. Все это заставит сами банки тщательно планировать свою кредитную деятельность.
          Вводится также страхование кредитов. Устанавливается норматив объема кредитов по отношению к размеру собственных средств банка. Например, полная сумма выданных кредитов не может превышать пяти или десятикратного значения собственных средств банка. Кроме того, вводится страхование максимального единичного кредита. Например, максимальный кредит одному заемщику не может превышать двадцати процентов собственных средств банка. С целью увеличения устойчивости банка запрещается иметь в банке просроченные кредиты. Просроченный кредит погашается из средств самого банка (без учета процентов), а на сумму задолженности клиента оформляется вексель, и дальнейшая судьба этой задолженности решается вне рамок банка.
          Нормативы страхования, видимо, необходимо делать не едиными для всех банков, а в зависимости от их типов и от уровня. Для коммерческих банков эти нормативы могут допускать большие риски и соответственно больший объем кредитных ресурсов при данном объеме собственных средств, для территориальных и гражданских риски могут быть значительно меньшими, что делает их более надежными. Для банков нижнего уровня норма страхования может быть сравнительно небольшой, а для банков высшего уровня, в которых значительный объем кредитов используется в том же самом банке, эти нормативы могут быть значительно выше. Например, для районных банков норматив страхования может быть равен пяти, а для территориальных банков второго уровня, в которых хранятся денежные средства целого федерального округа и большая часть кредитов не выходит за пределы банка, этот параметр может достигать, к примеру, двадцати.

    Банковские балансы

          В настоящее время банки ведут единые балансы, в которых вместе соединена и технологическая деятельность банка с деньгами, и его деятельность как обычного хозяйствующего субъекта. Это приводит к сложности баланса, трудности анализа его деятельности. Деньги – это такой же предмет деятельности банка, как, к примеру, вода для предприятий водоканала, электричество для энергетических предприятий и т. д. И во всех таких предприятиях ведется баланс этого основного объекта деятельности – водный баланс для водоканализации, электрический баланс для электростанции. Точно так же необходимо иметь баланс движения и состояния денег. А второй баланс – баланс банка как хозяйствующего субъекта. Примерный характер этих балансов изображен ниже.

     
          Простейший баланс банка имеет две активные статьи – ностро-счет и кредит, и две пассивные статьи – счета клиентов и собственные средства банка.
          Коммерческий баланс банка, то есть баланс банка как хозяйствующего субъекта, имеет обычный вид, в который вносятся все обычные статьи, например:

     
          Эти два баланса связаны счетом собственных денежных средств, который входит в пассив технологического баланса и в актив коммерческого.
          Важно отметить, что разные балансы направлены на разных участников банковской деятельности. Технологический баланс важен для клиентов банка, так как позволяет оценить его надежность, кредитные ресурсы и другие важные ему характеристики банка. Но коммерческий баланс банка его вряд ли особенно интересует.
          В то же время акционерам или учредителям банка важен прежде всего коммерческий баланс, так как позволяет оценить прибыльность его деятельности и распределение средств банка.

    Коммуникационная функция банков

          Коммуникационная функция банков приобретает важнейшее значение. Ведь в многоуровневой банковской системе пересылка денег может осуществляться через большое количество банков. Опыт сети Интернет показывает, что это не проблема. Но для этого коммуникационная функция должна осуществляться в автоматическом режиме через банковский коммуникационный сервер.
          Для обеспечения надежности банковской пересылки необходимо установить, что за коммуникационный канал от банка к собственному ностро-банку отвечает банк нижнего уровня, и этот канал представляет собой часть банка. За все неполадки, задержки, несанкционированное подключение на линии отвечает банк, в состав которого входит эта линия. Вовсе не обязательно эта линия должна быть собственностью банка, он может ее арендовать либо заключить договор о ее обслуживании со специализированной фирмой и т. п., но с точки зрения банковской сети эта линия стала частью банка.
          За пересылку денег по принадлежащей банку линии он берет коммуникационную оплату, которая прямо снимается с суммы перечисляемых денежных средств. Таким образом, нужно различать брутто-деньги, которые пересылает плательщик, и нетто-день-ги, которые получит платежеполучатель. И чем дальше в смысле удаленности по банковской сети, то есть больше узлов пересылки, тем больше разница между нетто-и брутто-деньгами.
          Например, если оплата за пересылку денег между соседними банками составляет 0,5 процента, то перечисление денег между клиентами одного банка не стоит ничего, а при пересылке через десять банков, например между двумя гражданскими банками, находящимися в разных федеральных округах, стоимость пересылки составит уже 5 процентов. Таким образом сама банковская система стимулирует сделки с максимально близкими контрагентами, находящимися в одном районе, в одном городе, в одной области и т. д.
          Одновременно с коммуникационными платежами каждый орган власти может в принципе вводить коммуникационные пошлины за вход денег на соответствующую территорию и выход денег с территории. Фактически это эквивалентно пошлинам на ввоз и вывоз товаров. Пошлина на вход денег аналогична пошлине на вывоз товаров, пошлина на выход денег аналогична пошлине на ввоз товаров. Эти пошлины устанавливаются в виде дополнительных коммуникационных платежей. Например, нефтедобывающий регион может установить пошлины на ввоз денег, которая будет означать пошлину на вывоз нефти и пойдет на финансирование бюджета соответствующей территории. Другой пример, курортный город. Люди, приезжающие на отдых, должны перевезти туда и деньги, и пошлина на ввоз денег будет платой за использование курортных ресурсов, которые могут дать средства на благоустройство курортного города. А в Москву, к примеру, ввозится с целью продажи громадное количество товаров. Кроме того, в Москве сосредоточено множество финансовых учреждений, которые концентрируют денежные средства в городе, а затем их распределяют по всей стране. И пошлина на вывоз денег из Москвы будет подспорьем при формировании ее бюджета. Таким образом каждый территориальный регион в связи со своими особенностями может устанавливать те или иные коммуникационные пошлины. Естественно, что этот процесс должен быть определенным образом описан на законодательном уровне.
          Самое главное требование к коммуникационной системе состоит в том, что деньги не должны покидать банковскую систему ни на одно мгновение. Поэтому любые клиринговые схемы платежей запрещаются категорически. Деньги должны идти от банка плательщика к банку платежеполучателя либо напрямую, либо через другие банки.

    Внебанковское использование собственных денежных средств банков

          При недостатке собственных денежных средств банк может использовать заемные средства. У банка может оказаться и излишек собственных средств. Счет собственных средств банка является, естественно, беспроцентным. Поэтому хранение этого излишка денег в самом банке невыгодно. Иметь счета в других банках банки тоже не имеют права. Кроме того, банк не может сам вкладывать эти деньги в реальный сектор экономики, он не может покупать акции предприятий и т. п., так как это может создать неравноправие различных клиентов банка. Этот излишек денег он может вкладывать только в финансовые учреждения, которые уже и используют их для покупки акций, обязательств и т. п. Причем предлагается, чтобы финансовые учреждения свои денежные средства хранили в банках на беспроцентных счетах. Это не позволит им зарабатывать средства в самих банках, то есть в самой финансовой системе, а будет стимулировать их работу с реальным (материальным) сектором экономики.

    Совершенствование банковских платежных технологий

          Существуют две главные платежные технологии: технология платежных поручений и технология платежных требований. Юридические лица используют, как правило, технологию платежных поручений. Она не представляет проблем, банк либо перечисляет деньги с одного счета на другой, если контрагенты находятся в одном банке, либо посылает их в другой банк напрямую или через несколько промежуточных банков.
          Но физические лица используют почти исключительно технологию платежных требований. Например, когда покупатель оплачивает товар денежной карточкой, то он не передает продавцу деньги, ибо их нет на самой карточке, а лишь дает право магазину выставить счет на его банк.
          Сейчас для осуществления платежных требований используется клиринговый механизм. Имеются, к примеру, крупные клиринговые компании «Виза» и др., в которые банки, подключенные к это платежной системе, резервируют свои средства, из которых эта компания платит продавцу и снимает эту же сумму с резервного счета банка, а уж банк сам снимает со счета покупателя соответствующую сумму.
          Но мы установили, что клиринговый механизм в системе счетных денег недопустим. Ведь клиринговая компания – это не банк, она не входит в банковскую систему и потому не имеет права хранить деньги.
          Конечно, можно предположить следующий механизм проведения платежных требований. Банк, принявший платежное требование, посылает сообщение (денежный документ) банку плательщика, а тот уже направляет в банк принимателя платежного требования деньги по технологии платежного поручения.
          Думается, это слишком сложный и не очень надежный платежный механизм. Необходимо разработать более простой и надежный механизм осуществления платежных требований.
          Такой механизм действительно может быть разработан. Работает он следующим образом. Банк, принявший платежное требование от клиента, превращает его в электронный вексель, который и учитывает – принимает к исполнению, создавая новые деньги, из которых и платит клиенту. В результате чего получатель платежного требования оказывается удовлетворен сразу. А банк, принявший платежное требование на себя, в свою очередь, представляет его следующему банку в цепи его пересылки – к банку подателя платежного требования. Этот банк также учитывает вексель, пересылая деньги в банк векселедателя, и предъявляет уже электронный вексель следующему банку, и так до тех пор, пока этот вексель не дойдет до банка подателя платежного требования, в котором деньги окончательно снимаются с его счета. Причем весь риск падает на банк подателя платежного поручения, если вдруг на соответствующем счете и нет денег, то пусть уже банк сам разбирается со своим клиентом. Но все участники цепочки перемещения платежного требования оказались удовлетворены.
          Таким образом, мы получаем два типа денег, которые могут распространяться в этой банковской системе. Это собственно деньги, которые распространяются в денежной технологии платежного поручения, и деньги в виде долга, электронного векселя, как бы отрицательные деньги, которые распространяются в технологии платежного требования. В некотором смысле мы можем видеть тут аналогию с движением электричества в полупроводниках, где могут распространяться и сами электрические заряды в виде электронов, и их недостаток в виде дырок. Говорят иногда о двух электрических жидкостях. Точно так же можно говорить о двух денежных «жидкостях», которые могут распространяться в банковской системе. Положительная денежная «жидкость» в виде собственно денег и отрицательная денежная «жидкость» в виде отрицательных денег, денежного долга, благодаря которой происходит осуществление платежей по платежным требованиям.
          Для осуществления этой технологии в банках создается специальный активный вексельный счет. Рассмотрим движение денежных средств в банке продавца.
          Если покупатель размещается в том же самом банке, то банк просто переписывает деньги со счета покупателя на счет продавца.
          Если же покупатель находится в другом банке, то сначала банк принимает электронный вексель к оплате, что выражается нижеследующим Т-счетом.

     
          Банк продавца далее может предъявить этот вексель своему ностро-банку или ло-ро-банку.
          В первом случае операция предъявления векселя к оплате будет определяться двумя Т-счетами: банка и его ностро-банка.

     
          Легко заметить, что если сложить два первых счета, то в сумме мы получим, что счет продавца и ностро-счет банка продавца выросли на сумму продажи. Вексельный счет переместился в ностро-банк, и последний может продолжать предъявление векселя к учету.
          Во втором случае, если банк продавца должен предъявить вексель своему лоро-банку, схема движения векселя будет отображаться следующими Т-счетами:

     
          Вексельный счет переместился в лоро-банк. В конце концов вексельный счет переместится в банк покупателя, и там он погашается окончательно.

     
          В полном итоге у продавца счет увеличился, а счет покупателя уменьшился. Правда, мы не учли коммуникационные платежи, благодаря которым вексельный счет постепенно увеличивается и со счета покупателя будет снята как сумма покупки, так и общая сумма коммуникационных платежей.

    Совершенствование банковского обслуживания

    Совершенствование коммуникационного обслуживания

          Совершенствование коммуникационной функции банка состоит в создании автоматизированной банковской системы. Образно говоря, речь идет о том, чтобы перейти от телефонной сети с телефонными барышнями на автоматическую телефонную сеть. Точно так же речь идет о полностью автоматизированной банковской сети без использования людей – операционистов. Задача эта уже решается, что не представляет проблемы, особенно если учесть опыт сети Интернет, в которой любые связи между пользователями в любых частях света осуществляются автоматически без человеческого участия.

    Совершенствование расчетного обслуживания

          Совершенствование расчетного обслуживания состоит в облегчении доступа к банковскому счету, чтобы была возможность выйти на свой банковский счет из дома, из самолета, из любой точки Земли. Здесь требуется целый ряд технологий. Простейший доступ из квартиры с собственного телефона может быть решен созданием сравнительно несложных терминалов, подключаемых к телефону, с которых можно было бы войти в свой счет, посмотреть его состояние и архив платежей, послать деньги со счета, наконец, вставить в них свою чековую карту и записать на карту желаемую сумму денег.
          Для доступа вне квартиры желательно использовать доступ через Интернет.
          В банковских помещениях также должны быть установлены терминалы доступа к счету, причем желательно, чтобы через этот терминал можно было получить доступ не только к банку, на территории которого находится терминал, а к любому банку.
          Наконец, должны интенсивно развиваться биоидентификационные системы доступа к счету без всяких операционных средств, без карточек, без паролей и т. д.
          Доступ должен быть настолько прост, чтобы для этого не требовалось никакого интеллекта, а в идеале не знать грамоты и даже не уметь считать. Чтобы старый, слепой, глухой, безграмотный и даже дебил мог легко пользоваться денежной системой.
          Для получения платежных средств по чековой карточке должны использоваться банковские автоматы. Ввиду того что у всех наличных платежных средств имеется единственный хозяин Минфин, то они должны быть едиными и не привязаны к определенным банкам. В любом банкомате можно получить наличные платежные средства вне зависимости от того, в каком банке человек обслуживается.

    Совершенствование кредитного обслуживания

          Кредитная деятельность банка связана с деньгами клиентов. Потому концепция кредитной деятельности должна быть изменена. В настоящее время кредит – это особая банковская привилегия. Кому хочет, тому и банк дает. Новая концепция состоит в том, что клиент имеет право на кредит.
          Банки выдают необеспеченные, беззалоговые, так называемые бланковые кредиты. Дело в том, что в банке находится вся кредитная история клиента, и на основе этой истории банк может определить, какой кредит может быть дан клиенту без большого риска. Банки могут выдавать лишь краткосрочные или среднесрочные кредиты, например длительностью до года. Ведь более длительные кредиты будут противоречить праву других клиентов на кредит. Долгосрочные ссудные операции должны быть вынесены во внебанковскую сферу.
          Должен быть создан большой спектр небанковских финансовых организаций – инвестиционных, залоговых, трастовых, ипотечных, страховых и т. д. В настоящее время в России ощущается явный дефицит в области небанковской финансовой деятельности.

    Типы банковских счетов

          Должны быть унифицированы типы банковских счетов. Предлагается ввести три типа банковских счетов.
          1. Расчетный счет. Это универсальный банковский счет, по которому возможны любые банковские операции. С этого счета можно переводить деньги на любые иные счета, на этот счет могут поступать денежные средства с любых иных счетов. По этому счету клиент имеет право получать кредиты. Этот счет должны иметь все клиенты банковской системы. Думается, что расчетный счет у физического и юридического лица может быть только один.
          2. Приходный счет. На этот счет могут только поступать денежные средства с денежных счетов иных клиентов. Переводиться с этого счета деньги могут только на расчетный счет владельца счета. Таких счетов каждый клиент может иметь несколько и в разных банках. Эти счета особенно удобно использовать юридическим лицам. Если у организации есть несколько источников поступлений денежных средств, то можно для каждого источника создать собственный приходный счет, что позволит легче учитывать и контролировать финансовую деятельность организации.
          3. Расходный счет. На расходный счет деньги могут поступать только с расчетного счета владельца расходного счета. Переводиться с этого счета деньги могут на любые иные счета, в том числе и на расчетный счет владельца (возврат денег). Расходные счета также могут стать эффективным средством улучшения финансовой деятельности организаций. Например, организация может создать расходный счет заработной платы, на котором будут накапливать денежные средства для выплаты заработной платы. Наиболее эффективно создание расходных счетов для работы с прибылью организации, на который перечисляется прибыль после уплаты налогов. Таких счетов может быть несколько. Например, расходный счет прибыли для выплаты дивидендов, для поощрения менеджеров и премирования работников организации из прибыли, для благотворительной деятельности и т. д. Последний счет особенно может быть полезен, если по благотворительной деятельности имеются налоговые льготы, то этот счет позволяет легко рассчитывать объем льгот.
          Остальные банковские счета являются лишь модификацией этих трех банковских счетов. Например, накопительный счет является модификацией приходного счета, модификацией приходного счета является и срочный счет, на него деньги (проценты) поступают только из банка и т. д.
          Модификацией расчетного счета должен стать и счет индивидуального предпринимательства. Представим себе художника. Он вынужден покупать краски, холсты, платить натурщикам и т. д. От продажи картин художник получает деньги. Если он использует свой личный расчетный счет, то все поступления денег станут учитываться как его доходы и соответственно налогооблагаться, а затраты будут рассматриваться как затраты на личные нужды. Ясно, что это вряд ли правильно. Выходом является открытие специального расчетного счета индивидуального предпринимательства. По этому счету можно осуществлять все затраты, связанные с художественной деятельностью, на него поступает и выручка от продажи картин. Но расходовать денежные средства на сугубо личные цели не допускается. Деньги на цели личного потребления владелец счета должен перевести на личный расчетный счет физического лица. При этом возникает проблема, как оценить эти перечисления – как прибыль индивидуального предпринимателя или как его заработную плату. Закон должен решить этот вопрос для того, чтобы можно было осуществлять налогообложение. При этом установленный налог банк может снимать автоматически при перечислении денежных средств на счет физического лица, тогда это лицо вообще не будет думать о налогообложении своих доходов.
          Каждое физическое лицо должно иметь право беспрепятственно открыть счет индивидуального предпринимательства, связанный с его счетом физического лица. Но желательно, чтобы при подаче заявления об открытии счета указывался и вид деятельности, которым предполагает заниматься данное лицо. И если этот вид деятельности не требует лицензирования или регистрации, то счет сразу же вступает в действие. Если же данный вид деятельности требует лицензирования, например медицинские услуги, выпечка пирожков, оказание адвокатских услуг и т. д., то банк должен разъяснить это человеку, и счет будет введен в действие, то есть на него может банк принять денежные средства с иных счетов, только после получения соответствующей лицензии. Тем самым могут быть вовлечены в трудовую деятельность и индивидуальное предпринимательство большие трудовые ресурсы населения, а ведь именно труд есть источник богатства страны, а вовсе не деньги и даже не природные ресурсы.

    Совершенствование правовых основ денежного обращения

          В бумажно-денежной системе вопрос о правовой дефиниции денег не возникал. Деньги были объектом собственности. Они принадлежали тому, у кого они были. Хранитель денег мог их использовать для оплаты, передавая другому, мог закопать, сжечь, отдать, обклеить стену, то есть делать все что угодно, что и соответствует понятию «владения». Но совсем другое положение со счетными деньгами. Владелец счета имеет одно-единственное право – перевести полностью или частично деньги на другой счет. И больше ничего. Ясно, что на владение это явно не тянет. Поэтому в счетно-денежной системе правовые понятия в области денег кардинально меняются. Владеть можно счетом в банке. Можно его открыть, можно закрыть (уничтожить), можно перевести в другой банк, можно предоставить в пользование другому лицу. Право владения банковским счетом неотчуждаемо и относится к неотъемлемым правам. Даже в борьбе с терроризмом американцы не закрывают счета бен Ладена, а только блокируют, то есть сами счета неприкосновенны.
          А вот деньги на счете находятся только в распоряжении, но не во владении.
          Но если деньги находятся только в распоряжении владельца счета, то кто является владельцем самих денег? Вряд ли можно сказать, что владельцем денег является государство. Государство – один из пользователей деньгами и точно такой же распорядитель денег, как и любой иной.
          Таким образом, мы должны прийти к заключению, что деньги – это общенародная собственность. Но отсюда следуют вполне практические следствия. Ведь за пользование чем-то, не принадлежащим пользователю, в рыночной экономике принято платить собственнику.
          Ясно, что за деньги, которые получил пользователь через зарплату или иные денежные транзакции никаких платежей быть не может. А вот за деньги, которые банк сделал и дал пользователю, платить обществу надо. Полномочия на создание денег банки получают от общества. Поэтому необходимо кредитную ставку делать составной. Часть этой ставки должна идти банку за его работу, а часть кредитной ставки должна идти в пользу всего общества, то есть в государственный бюджет. Например, при общей кредитной ставке 5 процентов 2 процента должны идти в бюджет, а 3 процента – банку. Налог на пользование деньгами должен стать существенной частью государственного бюджета.
          Установление размера бюджетной ставки можно поручить центральному банку. Изменение ее может стать наиболее эффективным средством управления денежной массой. Вместо ставки рефинансирования, которая используется в западной банковской системе для управления денежной массой и работает только в центральном банке, бюджетная ставка действует сразу на все банки и будет действовать более эффективно.
          Проблема, которая также требует своего правового урегулирования, – проблема доступа детей к деньгам. В каком возрасте ребенок может стать владельцем банковского счета, с какого возраста он может распоряжаться деньгами – эти вопросы до сих пор законодательно не урегулированы.
          На наш взгляд, требуется специальный закон о деньгах и денежной системе Российской Федерации, который бы решил все правовые проблемы в этой области.

    Переход на безбумажную технологию

          Банки должны полностью перейти на безбумажную технологию. Все юридически значимые документы в банковской деятельности должны иметь исключительно электронную форму. Бумажная форма допускается, но лишь в качестве копии электронного документа. Это относится к собственно банковской деятельности. В деятельности банка как хозяйствующего субъекта, естественно, может использоваться бумажная документация.

    Парадокс современной банковской системы – денег катастрофически не хватает и их катастрофически много

          Современная банковская система России обескровлена. Полный актив всех банков России составляет величину порядка трех миллиардов долларов. Сопоставим ее с величиной активов Госбанка СССР – порядка одного триллиона долларов. Даже если учесть явный избыток денежных средств в СССР и уменьшение размеров России по сравнению с СССР, изменение составит сотни раз – это уже показатель банковской катастрофы. Низкая монетизация российской экономики является причиной неплатежей, широкого использования эрзац-денег, бартера, отсутствия кредитов, инвестиций, практической невозможностью запустить в стране даже самые наивыгоднейшие проекты.
          И одновременно в России бывает катастрофически много денег. Настолько много, что проблема «стерилизации денежной массы», то есть связывания лишних денег при высоких ценах на нефть и большом поступлении валюты в страну, превращается в головную боль Правительства и Банка России. Мы получаем удивительный парадокс: денег катастрофически мало и одновременно может быть катастрофически много. Высокие цены на нефть превращаются в такой же российский кошмар, как и низкие, – параноидальная ситуация.
          Причина этой ситуации в праве распоряжения банка деньгами на корсчетах. Хотя, строго говоря, банки этими деньгами распоряжаться не имеют права. Ведь, вкладывая средства в банк, клиенты не теряет прав распоряжения деньгами, и потому право совместного распоряжения без согласия владельца средств не является, строго говоря, легитимным. Ведь никто же не станет говорить, что ломбард имеет право распоряжаться шубами или драгоценностями, которые сдают ему на хранение. Без разрешения чужими вещами пользоваться недопустимо, сие есть основа гражданского права. Деньги есть та же собственность или, точнее, предмет эксклюзивного распоряжения, если, конечно, это не деньги на срочном счете. Легитимными являются только кредитная деятельность и расчетное обслуживание.
          Именно это нелегитимное распоряжение деньгами на корсчетах и является источником указанного выше парадокса. Банки ищут выгодное вложение денежных средств, оказавшихся на их корсчетах, и вкладывают их в различные проекты, не имеющие никакого отношения к уставной деятельности банка, – на покупку валюты, на приобретение ценных бумаг и собственности, а на уставную деятельность – кредитование – средств у них не остается либо кредиты оказываются недоступными для предприятий реального сектора ввиду большой дороговизны.
          Вот почему только полный запрет на прямой доступ банка к корсчету может решить проблему отсутствия денег в российской экономике. Если же эта система сохранится, то все попытки увеличения денежной массы не приведут ни к чему, кроме инфляции.

    Совершенствование банковской техники

          В настоящее время в банках используются универсальные компьютеры на основе специализированного программного обеспечения. Это приводит к большому разнообразию используемых компьютеров и программ, слабой защищенности банков от вторжения извне и от предательства изнутри. Вряд ли это самое лучшее решение.
          Для использования в банках необходимы специализированные банковские электронные машины, которые бы в максимальной степени отвечали требованиям банков по надежности и защищенности.
          Банковская машина должна, на наш взгляд, иметь многослойную, концентрическую структуру (рис. 18).
          Ядром банковской машины должно быть сравнительно небольшое оперативное запоминающее устройство, в котором хранятся счета клиентов банка. Это, так сказать, хранилище денег, будем называть его кассовым центром. Оно должно иметь самую высокую степень защиты и надежности. В кассовом центре для каждого клиента отводится своя запись, в которой указываются величина пассива (коммандита), депозита, кредита, временные характеристики кредита, процентные ставки и другие данные, определяющие характеристики счета клиента.
          Для доступа к кассовому центру имеются специальные блоки управления – блок расчетного обслуживания, блок кредитного обслуживания, блок коммуникационного обслуживания и балансовый блок. Через блок расчетного обслуживания получают доступ к своим деньгам клиенты банка для осуществления банковских операций, например в режиме удаленного доступа. Через блок кредитного обслуживания получают доступ к кассовому центру банковские работники при осуществлении кредитных операций. Через блок коммуникационного обслуживания к кассовому центру получает доступ банковский коммуникационный сервер, осуществляющий связь банка с банковской системой. Наконец, балансовый блок осуществляет построение банковского технологического баланса в режиме реального времени с целью контроля за всеми операциями. Он имеет доступ к кассовому центру только на чтение.
          Эти блоки осуществляют доступ к кассовому центру через электронный регистрационный журнал, в который заносятся все обращения к нему. Электронный регистрационный журнал представляет собой электронное записывающее устройство, запись в котором идет в режиме последовательного доступа, а чтение может осуществляться в режиме произвольного доступа. Фактически это электронная версия обычного бумажного регистрационного журнала. Записи в электронном регистрационном журнале имеют правовое значение и используются для разрешения споров между банком и его контрагентами. Стереть запись в этом журнале либо невозможно, либо

     
           Рис. 18. Структура банковской машины
          можно, но только вместе со всей записанной в ней информацией. Это может быть, к примеру, оптический диск или магнитное записывающее устройство со специальной системой управления.
          Все остальные блоки банковской машины могут иметь доступ к кассовому центру только на чтение.
          Следующий уровень банковской машины представляет собой архив операций, в котором ведется учет всех осуществленных операций. Для каждого клиента в этом архиве создается специальный файл, в котором и отражаются операции по счету в течение определенного времени. Периодически эти файлы архивируются и отправляются уже на долговременное хранение.
          Следующий уровень представляет блок данных о клиентах – номера счетов, юридические имена, другие характеристики, которые могут иметь как правовое значение, так и собираться банком для собственных нужд.
          Наконец, последний уровень представлен разнообразной банковской аналитической и статистической информацией.
          Отдельной машиной представлен коммуникационный сервер, через который осуществляется связь банка со своим ностро-банком и лоро-банками. Линия связи от банка до входа в коммуникационный сервер ностро-банка также является частью банка.
          Любые иные расчеты и обработки в банке, такие, к примеру, как учет банковского персонала, бухгалтерский учет, переписка и т. п., уже должны осуществляться вне банковской машины на отдельных компьютерах, которые могут иметь к банковской машине доступ на чтение, причем не далее второго уровня.
          Таким образом, должна быть разработана унифицированная электронная банковская машина, которая стандартизирует ведение банковских операций, иерархию доступов и систем защиты. Причем операции самых внутренних слоев могут осуществляться даже с помощью программ, записанных на постоянных носителях информации, и при необходимости их изменения сменяются сами эти ПЗУ, а не программы в них. Программные ПЗУ могут изготавливаться централизованно и распространяться сразу по всем банкам. Например, при смене банковского законодательства изготавливаются соответствующие программные ПЗУ, которые и рассылаются во все банки для замены. В результате гарантируется стандартизация банковской деятельности и достигается высокая степень защищенности критической банковской информации.

    Банкинет – новая среда коммерческой деятельности в режиме удаленного общения

    Проблемы авторизации в Интернете

          Всемирная информационная сеть Интернет представляет собой важнейшее создание последних лет. Эта Сеть без расстояний и без границ. Она стала значительным фактором современной цивилизации, главным средством глобализации всей мировой социальной и экономической жизни.
          Однако в последнее время выявилось одно не очень приятное обстоятельство. Если эта Сеть идеально приспособлена для информационного обмена, то для коммерческой деятельности она оказалась практически мало пригодной.
          Причина этого состоит в том, что пользователи в Интернет выходят под любыми произвольными именами, которые никто не проверяет и не верифицирует, то есть под псевдонимами. И если именно псевдонимиальный характер сети Интернет есть основа той свободы, что царит в ней, то для коммерческой деятельности такая свобода не только противопоказана, но просто смертельна. Ведь нельзя заключать коммерческие договоры с лицом, если вы не уверены, что он есть тот, за кого себя выдает. Нельзя платить деньги, если не знаешь, кому они действительно придут.
          Вот и получилось, что, несмотря на все широковещательные заявления и надежды, реальная коммерция в Интернете ничтожно мала. Фактически торговля в Интернете сводится к трем предметам – книгам, компьютерным программам и порнографии. Все остальное не есть торговля в Интернете, а всего лишь торговля с использованием Интернета. Роль Интернета в такого рода торговле сводится к информации о товарах и заказам через Интернет.
          В последнее время предпринято множество усилий, чтобы решить проблему верификации пользователей в Интернете. Одним из решений является создание центров авторизации. В этой системе каждый может прийти в центр авторизации, предъявить свои документы и встать на учет в этом центре авторизации, который может подтвердить любому пользователю Интернета, что объявленное вами истинное (юридическое) имя действительно таково и есть.
          Но тут же возникло несколько новых проблем. А кто верифицирует сами центры авторизации? Какова надежность авторизации? Какова ответственность центра авторизации?
          Если в малой стране, например Люксембурге, проблема посещения центра авторизации с документами не представляет проблемы, то в такой гигантской стране, как Россия, само очное посещение центра авторизации уже проблема. Значит, таких центров должно быть много. Но если их много, то они становятся малонадежными, появляются фальшивые центры авторизации, а это приводит к дискредитации самой этой идеи.
          В современной быстроменяющейся экономической ситуации, когда предприятия постоянно исчезают и возникают, авторизация требует постоянного подтверждения. А теперь представим, что представитель какой-нибудь камчатской компании должен несколько раз в год приезжать в московский центр авторизации с подтверждающими документами. Очевидны нереальность такой авторизации и ее бессмысленность.
          Таким образом, авторизация с использованием специальных центров авторизации, которая пригодна для небольших европейских стран, для России совершенно не подходит.

    Интернет и денежно-банковская сеть

          Кроме мировой информационной сети Интернет, существует еще одна мировая сеть. Это денежно-банковская сеть, через которую могут идти денежные потоки, представленные в счетно-денежной системе некоторыми информационными записями, по всему миру. Принципиальное отличие денежно-банковской сети от сети Интернет состоит в том, что по ней распространяется только специализированная информация. И другое важнейшее отличие в том, что в ней все пользователи являются авторизованными, причем авторизация пользователей в этой сети осуществляется постоянно, непрерывно.
          Банки авторизованы на государственном уровне при их регистрации. Пользователи банков авторизуются при открытии счета и затем при каждом обращении в банк. То есть банки делают постоянно то, что является проблемой в сети Интернет. Поэтому и есть возможность так совместить эти две информационные сети, чтобы они сложились своими лучшими сторонами. Такая система совмещения сети Интернет и денежно-банковской системы называется банкинет.
          На рисунке 19 изображена схема банкинета. Это не новая информационная система, а новая схема совместного использования уже имеющихся сетей – Интернета и денежно-банковской сети. Никаких новых технологий здесь не используется.
          Каждый банк создает свое представительство (сервер) в Интернете. Вход пользователей в Интернет происходит через банк.
          Именно через банк, а не через его представительство в Интернете, то есть по регламенту доступа к своему банковскому счету. Далее информация распространяется по сети Интернет к представительству банка получателя информации и, наконец, поступает к получателю информации тоже через банк. Таким образом, проблема вери-

     
           Рис. 19. Схема системы банкинета
          фикации пользователей сети Интернет возлагается на банки, которые это умеют делать, так как занимаются этим повседневно. А передача информации возлагается на сеть Интернет. Следовательно, создается полностью верифицированная система распространения информации банкинет, в которой можно с высокой степенью надежности осуществлять любые коммерческие действия, причем контрагенты могут никогда не иметь личных контактов.
          Рассмотрим теперь более подробно вопросы создания и использования системы банкинет.

    Подключение банков к сети Интернет

          Систему банкинет можно создавать как в масштабе всего мира, то есть всей сети Интернет, так и в масштабе национального раздела. Мы будем рассматривать создание этой сети в масштабе национального российского раздела Интернета, охватываемого доменным именем первого уровня «ru».
          В разделе «ru» создается специализированный подраздел. Специализированные подразделы уже существуют в национальном разделе Интернета. Они основаны на доменных именах второго уровня. Например, подраздел «gov.ru» включает подраздел правительственных учреждений, подраздел «edu.ru» охватывает учебные заведения. Создание новых специализированных подразделов входит всецело в компетенцию российских распорядителей национального раздела Интернета.
          Новый специализированный подраздел основан на доменном имени второго уровня «bank.ru». Распределение доменных имен третьего уровня в этом подразделе осуществляет Банк России. Банку России присваивается доменное имя «bank.ru». Всем остальным российским банкам, а также иностранным банкам или их филиалам, осуществляющим свою деятельность на территории России, присваивается доменное имя третьего уровня в этом подразделе, в которое включается имя банка. Например, банку «Деньги России» присваивается доменное имя «dengi-rossii.bank.ru».
          Каждый банк создает в сети Интернет собственный интернет-сервер с полученным доменным именем, а также представительство в Интернете (сайт), главная страница которого имеет имя (УРЛ) « www.(доменноеимя банка)». Например, главная страница сайта банка «Деньги России» будет иметь УРЛ « www.dengi-rossii.bank.ru».
          Для верификации всех банковских сайтов на сайте Банка России « www.bank.ru»приводится список всех банков России, и каждому банку отводится отдельная страница, в которой Банк России дает информацию о банке: название, год создания, имена руководителей, адреса, капитал и т. д., причем на этой странице имеется ссылка на сайт банка, нажав на которую мы попадаем на главную страницу сайта банка. На этой стране есть также ссылка на страницу данного банка на сайте Банка России, нажав на которую мы попадем на нее. Таким образом, мы получаем перекрестную верификацию, а если еще учесть специализированный подраздел, в который входит банк, то фальсификация банковского сайта становится принципиально невозможной.
          На своем сайте банк представляет информацию о себе, которая может иметь как информационный, так и рекламный характер. Например, на этом сайте банк может разместить адреса, номера телефонов и факсов, имена руководителей и данные о них, характер предоставляемых услуг, историю банка, банковские балансы и отчеты и другие материалы. Банк России может создать норматив минимального объема информации, который обязан разместить для публичного ознакомления каждый банк.

    Создание полного банка данных о российских финансовых лицах

          На сайте банка публикуется также полный список клиентов банка. Отметим, что банковской тайной являются содержание счета в банке и операции по нему. Но само наличие счета в банке не относится к конфиденциальной информации и не подпадает под понятие банковской тайны. Действительно, какая тайна, что пенсионер Пупкин обслуживается в Сбербанке поблизости от своего дома, какая тайна в том, что РАО «Газпром» обслуживается в «Газпромбанке». Нет тайны и в том, в каком банке обслуживается тот или иной министр. Нет тайны и в том, что Президент России держит свои личные денежные средства в некотором банке. Чем это может повредить президенту? Ничем. Зато для банка это будет хорошей рекламой.
          Однако для коррупционеров, для недобросовестных организаций публичность этой информации может стать действительно весьма неприятной. Ведь если у человека или у организации имеется сотня счетов, то возникает законный вопрос – а для чего? В рамках борьбы с криминальными капиталами и деятельности созданного в России Комитета по финансовому мониторингу эта информация будет весьма ценной. Так что нет никаких серьезных возражений против того, чтобы сделать публичной информацию о банках, в которых обслуживаются физические лица, коммерческие организации и властные учреждения. Правда, может быть, стоит ограничить эти списки клиентами, имеющими только расчетные счета в банке. Потому что финансовое лицо расчетный счет обязательно имеет. Но он может иметь и вспомогательные счета, например сберегательные, текущие. Нет смысла загромождать этот каталог информацией, которая будет иметь дублирующий характер.
          Этим самым мы сразу же решаем важнейшую задачу. Создается полный список всех финансовых лиц России, то есть клиентов банковской системы. А так как клиентами являются все организации и значительная (а в ближайшем будущем и все) часть физических лиц, мы сразу же получаем полный каталог и организаций, и всех граждан России и неграждан, находящихся на ее территории. Важность такого банка данных трудно переоценить, так как в Интернете существует развитая система поиска, например, с помощью таких поисковых систем, как Рамблер, Яндекс и пр., которые позволяют найти в Интернете нужную фирму или человека очень быстро. А насколько это важно вряд ли стоит обсуждать. Достаточно посмотреть только телепередачу «Найти человека».

    Банковская электронная почта B-mail

          Банк создает на своем сервере почтовое отделение (почтовый сервер). И для каждого клиента банка в этом почтовом отделении создается почтовый ящик.
          Адрес почтового ящика состоит из юридического имени клиента и доменного имени банка: «имя_ клиента@доменное_имя_банка». Например, Иван Васильевич Петров в банке «Деньги России» имеет почтовый адрес «ivan_vasilyevich_petrov@dengi-rossii.bank.ru», а фирма «Алмазы России» – доменное имя «almazy_rossii@dengi-rossii.bank.ru».
          Почтовые услуги предоставляются клиентам банка бесплатно. В настоящее время бесплатная электронная почта в Интернете стала очень распространенной, более того, идет жесткая конкуренция между интернет-компаниями за привлечение клиентов к своей бесплатной электронной почте. Затраты на нее в настоящее время невелики. Взамен банк получает рекламное пространство, так как он имеет возможность в исходящие письма клиентов своей электронной почты вставлять рекламные материалы.
          Объем почтового ящика для всех одинаков, но при желании банк за отдельную плату может увеличить его размер.
          Самое главное отличие банковской электронной почты от обычной состоит в том, что доступ к банковской почте осуществляется по тому же регламенту, что и к банковскому счету. Например, если клиент имеет отдаленный доступ, то для входа в свой почтовый ящик он использует те же самые пароли и процедуры, как и при входе на свой банковский счет для совершения денежных операций. Если клиент использует очный доступ к банковскому счету с помощью паспорта и банковской книжки, то точно так же он должен предъявить паспорт и банковскую книжку, чтобы получить письма, пришедшие на его адрес или отправить письмо.
          Таким образом осуществляется авторизация клиента банковской почты по тому же регламенту, как и авторизация для доступа к счету. А это высоконадежная авторизация. И если вы получили электронное письмо с адресом банковской почты, то вы можете быть абсолютно уверены, что его написал именно тот адресат, который записан в адресе перед знаком @. И если это адрес физического лица, то это означает, что его написало именно это физическое лицо либо его доверенное лицо, которое имеет полномочия распоряжаться его денежным счетом. Если же адрес принадлежит фирме, то вы можете быть уверены, что его написало полномочное лицо фирмы, имеющее доступ к ее банковскому счету. Как правило, такими полномочными лицами являются либо руководитель, либо весьма ограниченный круг высшего руководства фирмы.
          Таким образом, создается принципиально новый вид электронной почты – авторизованная электронная почта. Такую электронную почту будем называть кратко B-mail в отличие от обычной неавторизованной почты E-mail.
          Для того чтобы использовать B-mail в коммерческой деятельности наиболее эффективно, необходимо решить вопрос о правомочности представления юридических лиц.
          При очном общении правомочность представления физическими лицами юридического лица определяется печатью юридического лица. Например, вы заключаете с фирмой контракт. Ведете переговоры с лицом, которое представляется вам президентом фирмы. Вы его можете не знать и проверить это утверждение не можете. Но заключаете договор, и когда на нем ставится печать фирмы, то этим самым данный документ приобретает правовое значение, хотя вы вовсе не уверены, что тот, с кем вы могли вести переговоры, и есть президент. Для вас это не играет роли. Кто бы он ни был, имел ли он на самом деле полномочия заключать договор – вас это не касается. Постановка печати легитимизирует данный документ как документ от имени юридического лица, ответственность за него падает на юридическое лицо, а вовсе не на того, кто конкретно вел переговоры или даже подписал его.
          Ясно, что в режиме удаленного общения через электронные каналы связи легити-мизационная роль печати не может иметь места, так как ее очень легко подделать, скопировать и т. д.
          В настоящее время легитимизацию документов пытаются осуществить через электронную подпись. Но тут возникает множество проблем. Нужно ее получить, а для этого необходим личный контакт с организацией, выдающей электронную подпись, фактически с центром авторизации. Если подпись выдана должностному лицу, то возникает вопрос о правомочности заключения этим должностным лицом соответствующих договоров. Если печать выдана на организацию, то также возникает проблема, ведь в самой организации она может быть сравнительно легко похищена лицами, не имеющими права ее использовать, например секретарями, программистами и т. д. Есть еще целый ряд других проблем. Таким образом, и электронная подпись не дает удовлетворительного решения вопроса легитимизации документов в режиме отдаленного доступа.
          Наиболее эффективное решение данной проблемы состоит в том, чтобы установить, что документ, подписанный лицом, имеющим право доступа к банковскому счету организации, является юридически значащим документом данной организации. Ведь действительно, доступ к банковскому счету организации имеет чрезвычайно узкий круг высшего руководства. И их подпись легитимизирует любой документ организации.
          Конечно, желательно принять соответствующий закон. Но он представляется естественным и очень важным, ибо создает возможность для простой легитимизации документов в режиме удаленного доступа. Ведь если такая правовая норма будет принята, то любое письмо через банковскую почту превращается в официальный юридически значимый документ, причем нет необходимости выяснять, кто конкретно его подписал, имеет ли он такие полномочия или нет. Более того, письмо может вообще не иметь никакой подписи. Банк гарантирует, что оно послано одним из ответственных лиц организации, а уж кем именно – это может представлять интерес для самой организации, но для получателя отправления это не имеет никакого значения. Это документ юридически значимый, официальный документ юридического лица.
          Таким образом открывается возможность осуществления коммерческой деятельности в режиме удаленного общения через банковскую электронную почту. Например, можно заключать любые договоры путем обмена почтовыми отправлениями через банковскую почту.
          Для надежности ее использования предлагается ввести некоторые усовершенствования электронно-почтового обмена в системе B-mail. Банковский почтовый сервер на всякое поступившее письмо от банковской почты автоматически формирует и отправляет уведомления о получении и о вручении. Уведомление о получении формируется при поступлении письма на почтовый сервер, уведомление о вручении формируется при открытии письма адресатом, то есть при его прочтении.
          Вводится также такая процедура, как ответ на письмо без изменения самого текста письма, на которое дается ответ. Это очень полезно для заключения договоров. Один из участников договора посылает письмо с содержанием договора, а другой дает ответ без изменения текста, в котором от себя лишь подтверждает его принятие. Идентичность текстов договоров, которые имеются у сторон, этим гарантируется.
          Вся поступающая в ящике почта, а также вся исходящая почта автоматически сохраняется в нем, причем сохраняются в неизменном виде не только тексты, но и атрибуты письма – адрес, дата отправки. Уничтожить письмо может только владелец почтового ящика. В случае переполнения ящика из него удаляются автоматически наиболее старые по датам входящие, исходящие письма или независимо от этого лишь на основании даты – это устанавливает сам владелец почтового ящика в опциях настройки. Таким образом, письма, находящиеся в почтовом ящике банковской почты, автоматически приобретают статус документа, находящегося на ответственном хранении, и они могут быть предъявлены при наличии споров в качестве юридически значимых документов, подлинность текста, время отправки или получения и адресность которых подтверждает банк.
          Для удобства пользования банковской почтой на странице со списком клиентов банка каждая запись линкуется почтовым адресом клиента в системе B-mail.
          Таким образом все клиенты банковской системы России автоматически получают доступ к такому ресурсу Интернета, как электронная почта, причем именно к автори-зированной электронной почте.
          Большое удобство этой почты состоит в том, что с ее помощью рассылка так называемого спама, то есть всякого мусора, являющаяся бичом современной электронной почты, становится почти невозможной, так как обратный адрес указывает на реальное лицо, к которому банк может принять определенные меры, например ограничение количества посылаемых писем или полное отключение его от банковской почты на определенный срок. Также становится невозможным распространение через нее вирусов, распространитель сразу же вычисляется и может быть привлечен к ответственности, вплоть до уголовной.
          Таким образом, создание банковской электронной почты позволяет вести коммерческую деятельность в режиме удаленного общения, например заключать договоры.

    Верификация коммерческих сайтов

          Одним из важнейших элементов коммерческой деятельности в Интернете являются коммерческие сайты, через которые осуществляется торговля в Сети и иные коммерческие действия. Проблема верификации таких сайтов представляет также проблему, так как известно множество случаев создания фальшивых торговых площадок в Сети и иных фальсификаций.
          Посредством технологии банкинета верификация коммерческих сайтов решается весьма эффективно.
          Любая организация, открывшая коммерческий сайт, может осуществить его верификацию с помощью банка, в котором она обслуживается.
          Для этого на банковском сайте по просьбе (и за плату) самой организации создается специальная посвященная ей страница, на которой приводятся данные, которые банк может подтвердить на основании имеющейся у него информации. Банк имеет, как правило, довольно много информации об обслуживаемой организации. Например, дата создания, направления деятельности, объемы оборота и т. д. Ясно, что размещается только та информация, на публичное представление которой дает согласие сама организация. На этой странице имеется ссылка на сайт организации, а на сайте организации имеется, в свою очередь, ссылка на ее страницу на сайте банка. Мы имеем вновь перекрестную верификацию, которая принципиально не может быть сфальсифицирована. Фактически имеем сплошную систему верификации: центральный банк – коммерческий банк – коммерческий сайт.

    Платежи через Интернет

          Осуществление платежей в режиме реального времени через Интернет до сих пор представляет фактически неразрешимую проблему. Частичное решение найдено через использование кредитных карточек. При этом плательщик должен сообщить продавцу через Интернет номер своей кредитной карточки, с которой уже сам продавец снимает сумму платежа. Рискованность этого очевидна. При недобросовестности продавца он сможет снять с этой карточки любую сумму. Вот почему до сих пор используются платежи через Интернет на суммы, не превышающие нескольких десятков долларов. Ясно, что о платежах в тысячи и миллионы долларов речи и быть не может.
          Технология банкинет позволяет осуществлять платежи на любые суммы.
          И здесь надо различать два типа сделок в режиме отдаленного доступа.
          Если сделка заключена через банковскую электронную почту, то ничто не мешает осуществить платеж по сделке с помощью обычного платежного поручения.
          Но в Интернете очень распространены сделки в режиме публичной оферты. Например, на сайте авиакомпании имеются предложения по продаже билетов (публичная оферта), и вы можете заказать билет на самолет, но его надо оплатить сразу, ибо он может быть просто продан другому. Сумма платежа слишком велика, чтобы использовать технологию кредитной карточки.
          Платеж по сделке в режиме публичной оферты может быть осуществлен сразу, если клиент имеет доступ к своему счету в банке через Интернет в режиме «home-banking». Для осуществления платежа плательщик входит в свой банк, отдает распоряжение об осуществлении платежа в пользу компании, указывая реквизиты ее счета и одновременно интернет-адрес, по которому необходимо послать уведомление о принятии платежа к исполнению. Банк автоматически проверяет счет плательщика, формирует платежное поручение и посылает по адресу получателя платежа уведомление о принятии к исполнению платежа от данного клиента с указанием банковских реквизитов платежа. Этим самым банк берет уже на себя всю ответственность по осуществлению платежа, но осуществляет его по обычным каналам движения денег. После этого плательщик вновь входит на сайт продавца, получает подтверждение о принятии последним уведомления банка, и после этого платеж между покупателем и продавцом считается осуществленным и соответственно заключенной сделка в режиме публичной оферты. Теперь объемы сделок никак не лимитированы, так как имеет место фактически обычный платеж через банк по технологии платежного поручения.

    Решение споров в режиме удаленного общения

          С целью решения споров по сделкам, заключенным в режиме удаленного общения, может быть создан интернет-арбитраж.
          Интернет-арбитраж принимает к рассмотрению только споры, для разрешения которых достаточно материалов в электронном формате.
          Обращение в интернет-арбитраж и предоставление всех материалов осуществляется через Интернет. Рассмотрение спора осуществляется либо через обмен электронными письмами через банковскую электронную почту, либо с использованием технологии мгновенной электронной почты. Исполнительное производство по решениям интернет-арбитража может осуществляться путем выдачи через Интернет предписаний банкам об осуществлении платежей.
          Таким образом, технология банкинет позволяет заключать любые договоры между удаленными партнерами без личных контактов, осуществлять оплату, позволяет осуществлять контроль за исполнением договоров через Интернет, например, следить за отгрузкой, движением и поступлением товаров и т. д. Другими словами, в технологии банкинет Интернет становится полноценной средой коммерческого общения, коммерческой деятельности, которая для России с ее громадными расстояниями может представлять особенно большую важность.

    Банки и интернетизация страны

          Банки могут стать мотором интернетизации страны. Внедрение банкинета уже подключит практически всю страну к такому ресурсу Интернета, как электронная почта. Но можно пойти и дальше. В малых городах, в районных центрах и селах вряд ли скоро появятся провайдеры, которые будут представлять услуги доступа в Интернет. Но ведь их функции могли бы на первых порах выполнять банки, которые должны быть все подключены к Интернету. Тем более что такая деятельность вполне может иметь коммерческий характер. Таким образом, банковская система сможет осуществить быструю интернетизацию всей страны, не запрашивая от государства никаких бюджетных средств. Причем и самим банкам это не будет стоить слишком дорого. Ведь все исходные элементы они должны уже иметь в силу банковской деятельности – каналы связи, компьютеры, специалистов в области информационных технологий.

    Электронизация денежного обращения

          Полная электронизация денежного обращения будет представлять завершение создания однокомпонентной чисто счетной денежно-банковской системы.
          Электронизация денежной системы должна осуществляться как в отношении денежных транзакций платежного поручения, так и платежного требования.
          Электронизация платежных поручений состоит в создании управления денежным счетом в банке в режиме отдаленного доступа и в режиме близкого доступа. В режиме близкого доступа необходимо снабдить банковские помещения терминалами, через которые сами клиенты могли бы осуществлять денежные операции по своему счету. В режиме удаленного доступа возможны технологии управления банковским счетом по телефону (кнопочному), прямого модемного доступа или доступа через Интернет – «home-banking». Все эти технологии уже достаточно разработаны, и их внедрение пройдет без проблем.
          Значительно более сложной является электронизация денежного обращения в режиме платежных требований. В настоящее время во всем мире (за исключением России) такие электронные средства широко используются. Они реализованы в виде кредитных карточек. Причем используются два вида кредитных карточек – банковские карточки и карточки кредитных организаций.
          Наиболее широко используются в настоящее время банковские карточки. Но в этой технологии участвуют специальные клиринговые компании, через которые и осуществляются платежи. Но клиринговые расчеты противоречат основному принципу чистой счетно-денежной системы, по которому деньги могут находиться только и только в банках и не могут покидать банковскую систему ни на мгновение.
          На наш взгляд, электронизация денежного обращения физических лиц должна осуществляться в виде единой общегосударственной электронно-чековой платежной системы.
          Электронный чек представляет собой электронную карточку с динамической памятью, в которую можно записать со своего счета некоторую сумму денег. А именно: записывая в чековую карточку некоторую сумму денег, вы не записываете в карточку сами деньги, а лишь информацию о деньгах, которые есть у вас. При этом в банке автоматически происходит резервирование списываемой суммы на специальном субсчете, с которого деньги могут быть использованы только через эту чековую карточку. Причем на этот субсчет проценты уже не начисляются или начисляются в пониженном размере.
          При платеже, производимом через электронно-кассовый аппарат в магазине или ином месте, сумма платежа списывается с карточки, а платежеполучатель получает право на выставление платежного требования на сумму платежа (электронный вексель), который он уже и предъявляет в собственный банк. Последний по описанной выше схеме движения вексельных денег направляет его в банк плательщика, в котором сумма платежа и списывается с зарезервированного субсчета.
          Электронно-чековая карточка должна быть единого стандартного общегосударственного образца и изготавливаться по регламенту изготовления денежных ценностей на государственных предприятиях и защищаться от подделки на правовом уровне предотвращения фальшивомонетничества.
          Электронно-чековая карта должна приниматься на всей территории Российской Федерации. Она должна иметь несколько степеней защиты и авторизоваться при сравнительно небольших платежах в офлайне и лишь при крупных платежах в онлайне. Средства авторизации – пароль, а в дальнейшем возможно и введение биавторизации, например по папиллярному узору, по форме ладони или радужной оболочке глаз.
          Таким образом, электронно-чековая карта может быть сравнительно дешевой и иметь всего лишь динамическую память, аналогично широко используемым телефонным картам. Вряд ли есть смысл делать ее чиповой (микропроцессорной) картой.
          Чековая карта – универсальное средство платежа, которое можно использовать на всей территории страны. Но возможно использование и более простых локальных (клубных) денежных карт для постоянного использования с предварительной регистрацией. Например, в магазине по месту жительства, в постоянной парикмахерской, в клубе и т. д. Вместо клубных карт можно иметь биоидентификационное устройство, и платеж может осуществляться вообще без использования каких-либо физических средств платежа. Таким образом, в будущем могут исчезнуть в физическом выражении как деньги, так и носимые средства платежа. Можно будет прийти абсолютно голым в любой магазин и купить в нем все что угодно.
          Так как оплата через чековую карту будет сопровождаться платежами за коммуникацию денег, то есть сопровождаться наценкой, причем тем большей, чем дальше место платежа от банка владельца карточки, то клубные системы обслуживания, в которых таких наценок может и не быть, имеют хорошие шансы на широкое распространение. И если человек будет иметь единственную чековую карту, то клубных карт он может иметь довольно много.
          Электронизация денежной системы требует создания новой отрасли промышленности – электронно-денежного приборостроения. В сферу этого производства входит изготовление электронных карт, объем производства которых может составить десятки и сотни миллионов единиц, электронных кассовых аппаратов, всякого рода считывающих устройств, большого количества программных продуктов, производство банковских машин, серверов, программ к ним, сетевого и коммуникационного оборудования и многого другого.

    Заключение

          Банковская система стоит перед большими задачами. В будущем ей суждена ведущая роль в организации общества и в управлении им. Уходит время чиновников, приходит время банкиров и банковских машин. Это будет означать переход на новую ступень цивилизационного развития всего человечества. И Россия может и должна стать ведущей страной в переходе в этот новый мир – в мир электронно-счетных денег. В этом ее великий исторический шанс.

    Небанковские финансовые институты

          Небанковские финансовые институты (НБФИ) играют важнейшую роль в современной экономике. НБФИ также работают с деньгами, однако между НБФИ и банками существуют следующие основополагающие различия:
          1. НБФИ не осуществляют расчетного обслуживания своих клиентов. Другими словами, в отношении денег своих клиентов НБФИ имеют общение исключительно со счетами клиента. Например, НБФИ не может по просьбе клиента перевести деньги с его счета в НБФИ на иной, неклиентский счет в банке, если последнее не вменено прямо уставом данного НБФИ.
          2. НБФИ осуществляет ссудную деятельность исключительно займового характера. Когда клиент вкладывает средства в НБФИ, деньги с его счета переводятся на счет НБФИ, и распоряжаться своими деньгами клиент больше не может. Распоряжается этими деньгами уже НБФИ. Количество денег не меняется. При этом для денежной системы клиент как бы исчезает, он теряет свое «финансовое лицо» (по крайней мере в отношении вложенных денег). Вновь восстановить свое право распоряжения деньгами клиент может либо по окончании срока действия договорных отношений с НБФИ, либо путем расторжения договора с последним. Когда НБФИ дает в заем деньги, со счета НБФИ соответствующая сумма перечисляется на счет займополучателя, и новые деньги не возникают.
          Таким образом, НБФИ являются посредниками между займодателем и займопо-лучателем, поэтому их обычно называют «финансовыми посредниками». С другой стороны, как кредитор НБФИ (кредитор здесь понимается всего лишь в том смысле, что его средства входят в баланс НБФИ на стороне «Кредит»), так и дебитор НБФИ (лицо, средства которого входят в баланс НБФИ на стороне «Дебет») меняют характер своих денежных обязательств. Например, кредитор может вложить в НБФИ сразу какую-то сумму, а получает уже регулярный, например, ежемесячный или ежегодный доход. Аналогично и дебитор может получить сумму сразу, а выплачивать должен будет малыми размерами в течение некоторого срока. Поэтому небанковские финансовые учреждения называют еще «финансовыми конвертерами», так как они осуществляют конверсию финансовых обязательств.
          Небанковских финансовых учреждений в настоящее время известно чрезвычайно много, в зависимости от типа посредничества, от типа конверсии обязательств, и постоянно появляются все новые и новые виды НБФИ.
          Рассмотрим некоторые виды НБФИ.
          1. Кредитор доверяет НБФИ в течение определенного срока распоряжаться своими деньгами, получая при этом некоторый периодически поступающий доход или доход по окончании срока договора. Это НБФИ трастового характера. При этом доход может быть фиксированным или зависеть от характера финансовой деятельности НБФИ. В первом случае, как правило, этим занимаются сами банки в виде специальных срочных счетов. Однако в однокомпонентной денежной системе эта деятельность как вид банковской деятельности теряет всякий смысл. Она имела смысл в условиях двухкомпонентной денежной системы, так как таким образом банк привлекал деньги, понуждая владельцев наличных денег превращать их в счетные деньги в банках, которые в дальнейшем могли использоваться для кредитования других клиентов. Но в условиях однокомпонентной денежной системы все деньги лежат в банках, привлекать в банки нечего. Поэтому в однокомпонентной денежной системе институт срочных банковских счетов должен быть ликвидирован, а этот вид финансовых операций должен быть полностью передан небанковским финансовым учреждениям. Заниматься трастовой деятельностью банкам должно быть запрещено, ибо она не имеет никакого отношения к банковской деятельности (расчетное обслуживание, коммуникация денег и кредитование).
          Особый тип трастовых компаний составляют взаимные фонды. Их особенность заключается в том, что одна компания собирает деньги, а использованием их занимается специальная управляющая компания. Другой особенностью взаимных фондов является возможность полного или частичного прекращения договора между клиентом и фондом в любой момент времени по желанию клиента.
          2. Финансовые компании, которые преобразуют средства клиента в выплаты случайного (вероятностного) характера. Если выплаты осуществляются периодически в рамках некоторых актов, то мы имеем лотерейные или букмекерские компании. Если же имеет место деятельность в режиме реального времени, то мы имеем игорные дома.
          3. Ссудо-сберегательные учреждения – наиболее многочисленные финансовые институты. В СССР они были представлены кассами взаимопомощи. Гражданин регулярно выплачивает на возвратной основе некоторую сумму, получая взамен возможность при необходимости получить ссуду. В ссудо-сберегательных учреждениях контингент дебиторов и кредиторов, как правило, представлен одними и теми же лицами.
          4. Ссудные учреждения дают ссуды, как правило, в залог тех или иных ценностей – дома, квартиры, автомашины, драгоценностей, земельных участков (ипотека). Ссуды могут представлять и отдельные лица. Если это регулярный вид частной коммерческой деятельности, то это называется ростовщичеством. Ростовщичество явилось зародышем всех банковских и финансовых институтов. В настоящее время ростовщичество процветает, как правило, в слаборазвитых странах, в высокоразвитых странах развитая сеть банковских и финансовых институтов вытеснила ростовщичество. Однако любое неблагополучие в денежной сфере моментально вызывает его расцвет. Отметим, что если в денежную систему будет внедрен электронный кэш, то это вызовет угнетение банковской системы и новый расцвет ростовщичества.
          5. Пенсионные фонды. В пенсионных фондах регулярные взносы в течение активной производственной жизни человека меняются на выплаты после его выхода на пенсию. В настоящее время на Западе, и особенно в Японии, пенсионные фонды владеют самыми большими активами среди всех финансовых учреждений.
          6. Страховые компании. Меняют фиксированные выплаты на более крупные в случае наступления страхового случая. Это чрезвычайно могущественные финансовые компании в современном мире.
          7. Кредитно-карточные компании. Эти компании выдают специальные магнитные или чиповые карточки, по которым клиенты могут совершать безналичные покупки. Оплату покупок в бесспорном порядке осуществляют кредитно-карточные компании, а затем сами получают деньги с покупателей. Кредитно-карточные компании являются фактически эмитентами частных электронных денег. Недостатком этой денежно-электронной технологии является использование этих частных денег исключительно учреждениями, имеющими договор с кредитной компанией, легкость подделки кредитных карточек, которые, как правило, сделаны в виде магнитной карточки, сложность денежной технологии, которая включает в себя целый ряд этапов. При осуществлении крупных покупок требует работы в режиме онлайн.
          8. Банки выпускают, как правило, дебетовые карточки, которые даются на заранее оплаченный банковский счет. Именно дебетовые банковские карточки и должны стать основой универсальной электронно-денежной системы.
          9. Казначейство выпускает в соответствии с программой преобразования денежного обращения в качестве заменителя денег ценные бумаги (эрзац-деньги) для целей мелкорозничного торгового обслуживания населения. Эти обязательства не дают их законным владельцам никаких прав и доходов, напротив – одни убытки, кроме права обменять их на деньги в любом учреждении Казначейства или у его агентов. Другими словами, это максимально ликвидные финансовые обязательства.
          10. Нерезидентная валюта на национальном денежном пространстве не является национальными деньгами, а, следовательно, является всего лишь специфической ценной бумагой, и при покупке валюты происходит замена финансовых обязательств по отношению к их владельцу. Вместо того чтобы использовать деньги на национальном рынке, владелец нерезидентной валюты приобретает право использовать ее на иностранном рынке. По крайней мере это верно в том случае, если нерезидентная валюта запрещена к использованию внутри страны, как это имеет место в России. Таким образом, обменный пункт представляет собой специфический небанковский финансовый институт.
          Этим списком не исчерпывается множество всех типов НБФИ.
          Однако финансовая конверсия обязательств осуществляется не только в чисто финансовых учреждениях. Она может осуществляться и в производственных предприятиях на основе акций и облигаций. Облигации являются разновидностью срочного вклада, доходы по ним оговариваются заранее, и в конце срока производится их погашение.
          Акции (обычные) не имеют установленной суммы дохода, он зависит от результатов деятельности эмитента. Эмитент акций не дает гарантий их приема, и они обращаются на открытом рынке по рыночному курсу. Доход владельца акций составляется из распределяемого дохода и из роста курсовой цены акции (если такой наблюдается). Обычные акции, как правило, предоставляют определенные права управления предприятием. Привилегированные акции, как и облигации, имеют фиксированный доход, но в отличие от последних не имеют гарантированного выкупа эмитентом.
          Свидетельства о финансовых обязательствах называют ценными бумагами. Однако в настоящее время этот термин устаревает, так как все бо’льшая часть этих обязательств приобретает небумажную форму, представляет собой электронные записи в определенных банках данных, называемых депозитариями.
          Финансовые обязательства бывают именными и на предъявителя. Ценные бумаги по большей части имеют неименной характер, то есть на предъявителя. Электронные записи в депозитариях всегда именные.
          Современное направление денежных технологий состоит в переходе от неименных финансовых обязательств к именным. Действительно, именно именные обязательства позволяют наиболее эффективно предотвращать нарушения и криминальные действия. Например, неименными ценными бумагами можно вполне давать взятки. Более того, в условиях однокомпонентной денежной системы неименные ценные бумаги могут взять на себя определенную часть криминальной нагрузки. К тому же создание ценных бумаг, хорошо защищенных от подделки, в настоящее время достаточно дорогое удовольствие. Ценные бумаги на предъявителя являются криминально опасными. Вот почему желательно использовать лишь именные ценные обязательства, но с редкими исключениями. Такими исключениями должны быть:
          1. Казначейские обязательства.
          2. Лотерейные билеты и игровые заменители денег в игорных домах. Все остальные финансовые обязательства должны быть именными и использоваться преимущественно в виде депозитарных электронных документов.
          Это можно сделать путем закона, по которому государство не осуществляет правовой поддержки никаких финансовых обязательств, за исключением перечисленных в пп. 1 и 2.
          И это вполне естественно. Действительно, как может государство оказывать правовую охрану и правовую поддержку бумагам, которые неизвестно как попали к гражданину или компании, к тому же не имеющим зачастую государственной регистрации.
          Что значит отсутствие правовой поддержки неименным ценным бумагам? Это означает, что правоохранительные органы не могут принимать заявления по хищению этих бумаг с суммой ущерба, соответствующей их номиналу или иной стоимости, за исключением стоимости производства и изготовления самой ценной бумаги. Государство не защищает владельцев таких бумаг от мошенничества или иных преступных деяний их эмитентов. Покупки таких бумаг не могут включаться в налоговые декларации в качестве производственных расходов и т. д.
          Правовую поддержку получают лишь именные финансовые обязательства, зарегистрированные в лицензированных депозитариях.
          Отметим, если бы соответствующий закон был принят несколько лет назад, невозможны были бы массовые мошенничества финансовых пирамид. В свое время Верховный Совет РФ принял программу приватизации на основе именных приватизационных чеков, и только Чубайс и компания в нарушение этого законодательства провели ваучерную приватизацию, обернувшуюся колоссальным грабежом общенародной собственности со стороны криминальных и полукриминальных структур.
          Такое законодательство в России еще вполне возможно, так как объем ценных бумаг на предъявителя в России до сих пор ничтожно мал.
          Интересно отметить, что, к примеру, в США объем неименных ценных бумаг составляет гигантские величины в триллионы долларов. Именно этот массив ценных бумаг, который сможет во многом взять на себя криминальные функции наличных денег, является чрезвычайно важным моментом, который может затруднить переход в этой стране на чисто счетные деньги.
          Так что неразвитость финансового рынка России – это не ущербность ее финансово-денежной системы, а пока именно достоинство, ввиду чего переход в России на од-нокомпонентные деньги гораздо проще осуществить, чем в высокоразвитых странах Запада.
          Отметим как курьез, что Запад буквально препятствует внедрению в России самых прогрессивных денежных технологий. Так, до сих пор вексельное обращение в России имеет в основном безбумажную форму, что, бесспорно, более прогрессивно, чем использование бумажных векселей. И вот оказывается, что на Западе вексель обязательно должен иметь бумажную форму. На этом основании предполагается и в России запретить использование безбумажного вексельного обращения и перевести все векселя на бумагу. Что это, как не попытка Запада и агентов его влияния в финансово-банковских кругах затормозить в России развитие наиболее прогрессивных денежно-финансовых технологий?
          А именно для Запада огромный объем ценных бумаг на предъявителя может составить серьезную проблему при переходе на электронные денежные технологии. В этот же омут кому-то хочется втянуть и Россию.

    Особенности финансовых рынков

          Финансовые обязательства, допускающие свободное обращение, обращаются на специальных финансовых рынках.
          Финансовые рынки имеют специфический характер, существенно отличающий их от товарных.
          В чем же это отличие?
          Товар, как правило, требует вполне определенных затрат на свое хранение. Необходимы большие складские помещения, во многих случаях требуются специальные условия для хранения, а многие товары вообще не допускают длительного хранения. Именно поэтому объем товара на рынке примерно соответствует всему наличному объему товара. Придерживание товара, хотя и встречается, но нетипично и связано с некоторыми особыми условиями. Как правило, весь товар, имеющийся в наличии, поступает на рынок.
          Это приводит к следующему свойству товарного рынка. Если товара оказывается недостаточно, то цены на него повышаются, а следовательно, становится выгодным производить товар и начинается его производство, которое восстанавливает нормальный объем товарной массы, и цены падают. Наоборот, если вдруг появился избыток товара, то цены на него падают, сокращается его производство, и количество товара уменьшается до нормального объема, а цены вновь возрастают.
          С точки зрения теории регулирования товарный рынок является системой с отрицательной обратной связью. Выходной сигнал подается на вход системы в обратной фазе. В такой системе имеется стремление к сохранению равновесия. При отклонении от равновесия система стремится сама его восстановить.
          Такими свойствами обладают, к примеру, биоценозы. Например, если размножатся слишком волки, то они начинают поедать коз, количество коз уменьшается, волки начинают голодать, и их количество сокращается. При избытке коз начинают размножаться волки и сокращают численность коз.
          Совершенно иной характер имеют финансовые рынки. Ценные бумаги не требуют затрат на свое хранение. Поэтому на финансовых рынках, как правило, обращается лишь незначительная часть финансовых обязательств. Большая часть их просто хранится. Но потенциально может быть выброшена на рынок.
          Рассмотрим теперь некоторый рынок финансовых обязательств. Предположим, по некоторой причине цены на эти обязательства упали. Тогда те, кто их хранит, решают избавиться от них, выбрасывая на рынок. Это приводит к увеличению предложения, и цены, естественно, падают еще больше. Следовательно, все большее количество хранителей этих обязательств желает избавиться от них, что приводит к еще большему предложению и к еще большему падению цен. Возникает лавинообразный процесс. Ниже цены – больше предложение, больше предложение – ниже цены. Конечно, со временем этот лавинообразный процесс прекращается, когда потенциальные запасы могущих быть выброшенными на рынок обязательств исчерпывается, и цены в конце концов стабилизируются на новом уровне.
          Если цены на финансовые обязательства повысятся, то появляются желающие их купить. Появление спроса повышает цены. Повышение цен вызывает повышение спроса. И развивается уже повышательная лавина.
          Такая система называется системой с положительной обратной связью. Сигнал со входа поступает на выход в фазе, повышая сигнал на выходе, и так далее.
          Такими свойствами обладают такие системы, как цепные реакции, например, те, что происходят в атомной бомбе.
          Таким образом, мы видим большое и принципиальное отличие финансовых рынков от товарных. Именно поэтому финансовые рынки являются столь благодатными для спекуляций и биржевой игры. Действительно, на товарных рынках возможны спекуляции, но эти спекуляции могут быть основаны только на реальной информации. Например, если вы первыми узнали, что взорвался завод по производству алюминия, то, естественно, вы можете вполне логично предположить, что возникнет нехватка алюминия на рынке, и если вы быстро закупите алюминий или права на его покупку, то через некоторое время вы можете продать сам алюминий или права на его покупку подороже, получив доход. Но осуществить выгодную спекуляцию на ровном месте на товарном рынке невозможно.
          Иное дело финансовый рынок. Например, некто имеет некоторые акции или иные финансовые обязательства и хочет на них заработать. Для этого он организует повышательную лавину. Начинает вдруг скупать эти акции, в результате чего запускает повышательную лавину, а затем, когда почувствует, что эта лавина близка к своему исчерпанию, продает эти акции по более высокой цене.
          Другой пример. Спекулянт имеет некоторые акции и хочет на них подзаработать. Он выбрасывает их на рынок, организует понижательную лавину, а когда цена существенно понизится, вновь их покупает по более низкой цене. Он вновь возвращается к той же самой ситуации, имеет те же самые акции, но при этом заработал некоторые деньги. Вот почему финансовый рынок наиболее благодатный рынок для спекуляций, на нем при умении можно заработать буквально на ровном месте.
          Ясно, что это идеальная схема, так как реальные рынки сложнее, на них существуют противодействующие силы. Но основные закономерности именно таковы, как нами описаны.
          Очевидно, что если кто-то заработал, то кто-то проиграл. Как правило, проигрывает мелкий инвестор, не имеющий достаточных средств, чтобы вести самостоятельную игру, а также не имеющий достаточной информации и опыта. Вот почему исключение мелкого финансового инвестора с финансового рынка сделает этот рынок более показательным и информативным. Сейчас спекуляции зачастую совершенно искажают эти рынки.

    Государственные финансы

    Кризис бухгалтерии и банковская фискальная система

    Кризис фискальной системы

          В настоящее время, как это отмечается всеми аналитиками, практиками, всеми участниками экономического процесса, фискально-налоговая система удушает экономический процесс, буквально загоняет всех участников этого процесса в криминал, ибо без нарушения законов ни одно предприятие в настоящее время выжить просто не может.
          Действующая налоговая система в Российской Федерации нерациональна, громоздка, создает непосильный налоговый пресс на предприятия любых форм собственности и вида деятельности.
          Собираемость налогов низкая, что создает перманентный кризис в области бюджетного процесса.
          Таким образом, налицо глубокий кризис налогово-фискальной системы. Поэтому прежде, чем исследовать пути выхода из него, необходимо определить глубинный источник этого кризиса, ибо в противном случае мы будем по-прежнему латать дырки на прохудившемся налоговом кафтане.

    Кризис бухгалтерии – кризис документарности

          Существующая налоговая система основана на устаревших принципах, не отвечающих новейшим представлениям и возможностям.
          Необходимо зафиксировать новые принципы налоговой политики, которые позволят создать эффективный механизм налогообложения и который будет не только решать цели бюджетного финансирования, но и цели общественно полезного регулирования производства.
          В основе современного налогообложения лежит бухгалтерский учет.
          Бухгалтерский учет в нынешней экономической системе выполняет две различные функции.
          Первая функция – функция финансово-экономического учета деятельности предприятия. Эту функцию можно назвать «внутренней» функцией бухгалтерии. Важность этой функции не может быть недооценена.
          Но бухгалтерия выполняет и вторую функцию, которую можно назвать «внешней». Именно на основе бухгалтерского учета осуществляется начисление налогов. Это и есть государственно-фискальная функция.
          И вот эта функция и претерпела глубокий кризис.
          Система бухгалтерского учета является документарной. Под «документом» понимается некая бумага той или иной формы, заверенная установленным образом, другими словами, верифицированная государственно установленным образом запись на бумаге. Главными средствами верификации являются подпись и печать. Короче говоря, документ – это бумага с подписью и печатью. И такой документ в современной правовой системе считается верифицированным на государственном уровне подтверждением факта, о котором идет речь в записи на этой бумаге.
          Проблема верификации (достоверности) подписи сама по себе сложная. Она встречается не только в бухгалтерии. И сложной она была всегда. Наиболее радикальным ее решением был бы переход от почерковой идентификации к более надежным системам идентификации личности, например по отпечатку пальца, по форме ладони и т. д., что вполне возможно при использовании компьютерных технологий распознавания образов.
          Но в любом случае подделка подписи как раньше, так и теперь не является непреодолимой.
          Поэтому второй элемент верификации документа – печать – играет особую роль.
          Вот почему в СССР над производством печатей, их хранением и использованием осуществлялся контроль как над объектами самого высокого уровня охраны. Подделка или несанкционированное использование печатей карались, как самые тяжелые государственные преступления.
          Именно этим и определялся авторитет и надежность документа в СССР.
          Но в настоящее время печать может заказать любой человек, причем любую печать, от личной печатки до печати Администрации Президента РФ. Любой контроль над производством печатей снят. В результате важнейший центральный верифицирующий признак документа потерял свое значение.
          Вот почему сам фундамент бухгалтерии – документ – стал сомнительным и ненадежным, а вместе с этим стала сомнительной и недостоверной вся бухгалтерия, точнее, внешняя бухгалтерская функция. Ибо на внутренней функции крах документарности отразился в меньшей степени, ибо внутри предприятия есть и другие средства верификации записей и фактов, пусть и более сложные. Но для внешней функции докумен-тарность была единственным способом верификации бухгалтерских фактов, если не считать сложнейших, громоздких, дорогостоящих и сравнительно неэффективных ревизий и аудиторских проверок.
          Итак, кризис бухгалтерии состоит прежде всего в кризисе ее внешней функции, а это связано с кризисом документарности.
          Этот кризис еще более усугубляется такими факторами, как легкость создания и ликвидации юридических лиц. И чем дальше, тем эта легкость будет возрастать ввиду перехода к рыночным отношениям.
          Вторым фактором кризиса является все большее распространение электронных документов, которые классической системе верификации почти не поддаются. Ведь одним из важнейших верифицирующих признаков документа является его цельность. Для этого разработаны определенные правила, например подпись не должна быть на отдельном листе и др.
          Но при электронном распространении понятие цельности документа вообще исчезает, так как этот фактор практически не проверяем, наоборот, достоинством электронной документации как раз и является возможность создания составных документов. Например, при передаче по факсу не представляет сложности вставить любую подпись под любой документ, особенно если передается не сам бумажный документ, а его электронная копия.
          Вот почему налоговая система, основанная на бухгалтерском учете, должна быть полностью ликвидирована, а с нею должна быть ликвидирована и сама государственная система бухучета. Бухгалтерский учет должен стать внутренним делом каждого предприятия, что не исключает его стандартизации преимущественно для целей сбора статистических данных.
          Но основывать налогообложение на базе бухгалтерского учета уже недопустимо.

    Достоверность банковской информации

           Деньги счет любят.
    Русская поговорка


          Наиболее достоверной информацией в настоящее время является банковская информация. На чем основана достоверность этой информации?
          Информация о денежных средствах банковского клиента одновременно находится в двух местах – у самого клиента и в банке. Причем самим субъектам этих отношений сфальсифицировать данные практически невозможно, так как интересы их полностью антагонистичны. Естественно, что интерес клиента – иметь больше средств на счете, интерес банка прямо противоположен. И сговор с целью фальсификации объективно невозможен. Почти невозможен и несанкционированный доступ к этим данным третьих лиц. Ведь нужно одновременно проникнуть в два информационных массива, разделенных территориально и собственными, весьма различными системами защиты.
          Однако еще большей достоверностью обладают банковские операции. Банковская операция состоит в перечислении денег одного клиента другому клиенту и в большинстве случаев в другой банк. Тогда запись операции одновременно хранится в четырех (!!!) информационных массивах – у отправителя, у получателя, в банке отправителя и в банке получателя. И проблема сговора четырех субъектов или несанкционированного доступа сразу к четырем информационным массивам даже теоретически уже невозможна.
          Итак, мы видим, что банковская финансовая информация обладает высшей степенью достоверности.
          Но это утверждение находится в очевидном противоречии с большой банковской преступностью как в России, так и во всем мире. Вспомним, к примеру, чеченские ави-зовки, которые позволили организаторам незаконно получить триллионы (!!!) рублей – в то время это составляло несколько миллиардов долларов. В США убытки от банковской преступности составляют, по приводимым в печати данным, от 2 до 5 миллиардов долларов ежегодно. На слуху еще дело питерского хакера Владимира Левина, укравшего с помощью компьютера у «Сити-банка» 3,5 миллиона долларов.
          Необходимо отличать обнаружение факта преступления от его раскрытия, то есть нахождения его исполнителей, и от ликвидации его последствий.
          Например, убийство человека может быть обнаружено, а может и не быть обнаружено. Даже обнаружив факт убийства, убийцу можно найти, а можно не найти. И наконец, даже найдя убийцу, вы не можете ликвидировать последствия преступления – возродить человека из мертвых невозможно.
          Применяя все это к банковской преступности, мы можем сказать с полной уверенностью, что необнаруживаемых банковских преступлений не существует. Вопрос лишь в том, когда и как быстро это обнаружится. И это зависит от структуры банковской системы в стране.
          Ведь для того, чтобы обнаружить незаконную операцию, необходимо только сопоставить данные различных банков, подвести по ним баланс, и незаконные операции сразу выявятся в несхождении балансов. Но это легко сказать, но как это сделать быстро и эффективно, когда имеются тысячи и тысячи банков и миллиарды операций между ними. Западу так и не удалось создать эффективную систему оперативного банковского контроля. Вот почему преступления они обнаруживают, но нередко слишком поздно.
          А можно ли создать такую систему оперативного контроля всей банковской системы? И во сколько миллиардов долларов она обойдется? Отвечаем, можно, и не будет она стоить ни копейки, ибо такая система уже разработана, более того, функционировала в течение 58 лет на громадной территории и не использовала ни одного компьютера. В СССР, на гигантском пространстве одной шестой части Земли, при самых несовершенных коммуникационных средствах баланс по всей банковской системе подводился ежедневно. И горе было банкирам, если где-то не бился баланс больше, чем на пару копеек.
          Именно поэтому банковская сфера СССР была самой акриминальной сферой. Советский Союз да и другие соцстраны вообще не знали, что такое банковская преступность. Всякой преступности хватало, а вот банковской не было. И не потому, что в банкиры шли самые честные и нравственные люди (впрочем, если человек не совершает преступлений, то он и есть честный, по крайней мере с точки зрения закона), а потому, что сами преступления совершать было невозможно, точнее, они выявлялись почти мгновенно.
          Сказанное выше не означает, что надо вновь переходить на социалистическую банковскую систему. Сказанное значит лишь то, что поставленная проблема разрешима, но разрешима вовсе не компьютерными наворотами, а банковско-структурными средствами. И если мы хотим (а хотим ли?) создать надежную и современную банковскую систему, опыт социалистической банковской системы обладает высочайшей ценностью всемирного значения.
          Чтобы раскрыть виновников банковских преступлений, необходимо отказаться от анонимных банковских счетов. Анонимные и шифрованные банковские счета используют в основном преступники. В большинстве стран мира такие счета уже законодательно запрещены. Даже в Швейцарии, несмотря на все легенды, таких счетов уже не открывают. Анонимные и шифрованные счета допускаются в основном в банках офшорных зон, которые и становятся прибежищем преступных капиталов, через которые и происходит их отмыв.
          Наконец, проблема возврата похищенных средств во многом связана с обналичиванием денег, именно перевод в наличность практически всегда является конечным звеном любой банковской преступной операции. Ибо именно нал «смывает все следы». Подавление наличного обращения есть наиболее радикальное средство борьбы с банковской преступностью и повышения уровня достоверности банковской информации.
          Итак, мы видим, что именно банковская информация является наиболее достоверной, и ее достоверность может быть сделана сколь угодно высокой. Поэтому и необходимо от налогово-фискальной системы на основе бухгалтерского учета перейти к созданию чисто банковской фискальной системы.
          Однако предварительно необходим определенный анализ самих принципов налогообложения в свете современного финансового развития и приспособления ее к возможностям и условиям банковского фискального механизма.

    Принципы налогообложения

          Все внешние связи предприятия находят в себе отражение в движении денежных средств. Причем если создать систему подавления наличного денежного обращения, в частности запретить любое общение юридических лиц между собой через наличные денежные средства, то все связи предприятия с внешней средой найдут себе отражение в движении денежных средств по счетам предприятия.
          Более того, если законодательно установить правило: «одно юридическое лицо – один расчетный счет», то тогда любые связи предприятия находят себе отражение на единственном банковском счете предприятия. Таким образом, современная налоговая политика должна быть основана на системе автоматического банковского налогообложения. Именно все банковские операции, которые совершают юридические лица, разделяются на налогооблагаемые и неналогооблагаемые. И налогообложение осуществляется путем автоматического снятия со счета предприятия средств при совершении налогооблагаемых операций.
          Таким образом создается автоматическая система налогообложения, которая не допускает уклонения от уплаты налогов и не требует никаких налоговых отчетов или деклараций, фактически исключает саму необходимость в существовании каких-либо налоговых органов.
          Итак, современная налоговая система – это система банковского автоматического налогообложения.
          Следующий вопрос – какие именно операции подвергать налогообложению?
          Экономическая система представляет собой два взаимно противоположных потока – поток товаров и поток денег. Эти потоки сбалансированы. Тщательный и тонкий баланс этих потоков и определяет эффективность функционирования экономической системы. Расстройство этого баланса приводит, как мы видим на примере российской экономики, к самым тяжелым последствиям, высшим выражением которых является кризис неплатежей.
          Вот почему недопустимо вмешательство в тонкий механизм балансировки этих потоков государственных органов, в том числе путем изъятия денежных средств, движущихся внутри этой системы.
          К сожалению, большинство налогов грубо вторгается в этот тонкий механизм балансировки денежных потоков. Таковы, к примеру, налоги на добавленную стоимость, на прибыль и т. д.
          Все налоги, вмешивающиеся в этот внутренний экономический «деньгопоток», должны быть отменены. Налогообложение должно по преимуществу происходить в портах входа денег в экономическую систему и в портах выхода денег из экономической системы, а также в портах входа природных ресурсов.
          Портами входа денег в экономическую систему и одновременно портами выхода товаров из экономической системы являются предприятия розничной торговли и обслуживания населения. Именно через эти учреждения деньги населения входят в экономическую систему, а товары теряют товарную форму, превращаясь лишь в предметы потребления, покидая этим самым экономическую сферу.
          Портом выхода денег из экономической системы является механизм выдачи зарплаты или иных доходов физическим лицам. Именно на этом этапе деньги покидают экономическую систему и переходят в распоряжение частных физических лиц, то есть в социальную сферу.
          Именно в этих портах и должно по преимуществу осуществляться снятие налогов, именно эти операции и должны быть главными налогооблагаемыми операциями, которые в банковской системе легко идентифицируются.
          Действительно, в условиях подавления наличного денежного обращения выход денег из экономической системы сводится к перечислению денежных средств со счетов юридических лиц на счет физических (выдача зарплаты или иного вознаграждения или дохода). Вход денег осуществляется в предприятиях розничной торговли или иного обслуживания физических лиц. При сертификации предприятий, имеющих право на обслуживание населения, эта операция сводится к поступлению денежных средств на счет такого рода предприятий и также легко идентифицируется в рамках банковской системы.
          Порт входа материальных ресурсов в экономическую систему связан, как правило, с ресурсодобывающими предприятиями, а также с использованием предприятиями воды, воздуха, земли и др. природных ресурсов и факторов. И здесь тоже есть предмет налогообложения.
          Один из самых устаревших налогов – это налог на прибыль. Фактически это налог на рост капитала. Исходя из идеи этого налога капиталовладелец затрачивает капитал, через некоторое время в результате его производственно-экономической деятельности, сводящейся к некоторому обороту капитала, цепи его превращений из одной формы в другую, капитал возрастает, и это возрастание и есть предмет налогообложения. При этом в основе лежит аксиома, что цель экономической деятельности как раз и состоит в росте капитала.
          На самом деле эта аксиоматика не выдерживает никакой критики.
          Для того чтобы установить рост капитала, необходимо, чтобы существовал единый цикл его движения, чтобы можно было сравнить объем капитала до начала цикла и после его окончания. На самом деле современные производственные капиталы имеют самый различный срок обращения. Так, капитальные затраты имеют срок обращения, характеризующийся годами и даже десятилетиями, оборотные капиталы имеют сравнительно короткий цикл движения. Существуют и другие типы капитала, которые имеют самый различный период обращения, причем сильно зависящий от типа производства. Есть производства, в которых материальные затраты оборачиваются в несколько дней или месяцев, но существуют предприятия, в которых производственный цикл длится годами – например, животноводство.
          Все это ставит под сомнение основную парадигму налогообложения прибыли – возможность установления роста капитала. В результате в настоящее время прибыль скорее расчетный, а не реальный параметр, который на самом деле невозможно определить. И потому нередки случаи, когда предприятие, находящееся в состоянии банкротства, одновременно подвергается налогообложению по «прибыли». Ясно, что это совершенно ненормальная ситуация, обессмысливающая само понятие «налогообложение прибыли». Кроме того, прибыль не является банковско-определимым понятием, это чисто бухгалтерская дефиниция, и в рамках отказа от бухгалтерской системы налогообложения налог на прибыль должен быть ликвидирован.
          Наконец, прибыль в современной экономике уже не является движущей силой экономического развития или целью самого производства. Мы знаем по мировой практике, как множество самых крупных компаний годами работают без прибыли (например, корпорация IBM семь лет не имела прибыли). Целью современных крупных корпораций является скорее расширение сферы деятельности, чем тривиальное получение прибыли.
          Примером бесприбыльных предприятий являются, к примеру, большинство российских негосударственных компаний, которые по бухгалтерским отчетам если и показывают какую-то «прибыль», то только для «замазывания глаз» налоговой инспекции.
          Наконец, существует масса способов получения прибыли в некапитализируемом виде. Например, в виде повышенной зарплаты, в виде получения товаров производства данного предприятия по сниженным ценам. Более того, в настоящее время предприятия с некапитализируемой прибылью приобретают все большее и большее распространение. Таковы так называемые потребительские кооперативы, в которых владельцы предприятия являются одновременно и потребителями его продукции, и для них прибыль предприятия не только не нужна, а даже вредна, их прибыль имеет некапитали-зируемый и иногда даже вообще не фиксируемый характер, например высокое качество продукции, своевременность поставки и т. д.
          Вот почему подвергаемый во всем мире все более жесткой критике налог на прибыль должен быть отменен.
          Более эффективно было бы введение самоналогообложения прибыли. Норматив определяется государством, а предприятия устанавливают свою прибыль и сами ее выплачивают на некоммерческие цели по собственному выбору – например на поддержку культуры, науки, образования и т. д. Причем проверка правильности расчета прибыли не допускается. Но вводится внеэкономическое поощрение плательщиков прибыли, например публикация в открытой печати предприятий и сумм их самоналогообложения, что будет давать им определенный имидж, вручение общественных премий, званий и т. д.
          Отметим, что самоналогообложение прибыли известно и широко ранее использовалось, например в дореволюционной России, во времена нэпа и т. д.
          Одним из наиболее дискутируемых вопросов является вопрос о том, каковы должны быть основные налоги – налоги на физических лиц или налоги на юридических.
          Аргументация сторонников налогов на физических лиц состоит в том, что налог на юридических лиц является фактически косвенным налогом на всех граждан, так как заставляет увеличивать цены предприятий для того, чтобы иметь реальные доходы необходимого объема (после вычета налогов). По этим представлениям налог на физических лиц является прямым, целевым, именно на конкретных лиц.
          Однако это весьма сомнительно. Это все отрыжка социалистических представлений, что если у богатых больше отнимать, то они станут беднее. На самом деле богатые от этого вовсе не становятся беднее, так как, обладая властью и влиянием, они попросту увеличивают свой налогооблагаемый доход (с одновременным увеличением цен), так что после уплаты налогов их доходы остаются теми же самыми. В реальности обложение сверхдоходов все равно сводится к косвенному налогу на всех людей. Действительно, если сделать высокое налогообложение больших доходов физических лиц, это приведет лишь к тому, что стоимость оплаты труда этих лиц возрастет и все равно переложится на широкую публику. Например, если ввести большой налог на личный доход, например в половину его, то сразу же возрастут вдвое гонорары артистов, спортсменов и т. д., что приведет к росту цен на билеты. Другими словами, заплатит все равно не артист, а публика. Лица с большими доходами – это одновременно и лица с большими правами и возможностями. И они всегда найдут способ сохранить свои доходы, какие бы налоги на их личные доходы ни устанавливались, всегда найдут способ переложить эти налоги на все общество. Надо же быть хоть чуть-чуть реалистами. Поэтому мы считаем, что физические лица должны быть вообще освобождены от налогообложения. Все налоги должны платить юридические лица.
          Налог на собственность вообще не должен существовать. Может быть налог на доходы, которые приносит собственность. Но если собственность не приносит доходов, а, наоборот, требует от владельца только затрат, то смешно требовать уплаты налогов на эту собственность. Например, юридическое или физическое лицо может владеть ценным памятником архитектуры, стоимость которого весьма высока. Но для поддержания его в хорошем состоянии требуются большие затраты. А если еще надо платить пропорционально стоимости, то владелец может обанкротиться с самыми печальными последствиями для самого объекта. А вот при продаже его можно и нужно снимать налоги. Исключение составляет, естественно, налог на землю. Этот налог должен быть сохранен и для физических лиц.
          Об НДС вообще мало что можно сказать хорошего. Это несчастное изобретение ЕЭСовских чиновников – самый большой разрушитель экономики, потому что он в наиболее грубой форме вторгается в самый интимный процесс балансировки потоков денег и товаров в экономической системе. Сам его принцип напоминает действия полиции в оккупированной стране: арестовывай всех, а кто докажет свою невиновность – того можно выпустить. Остальные виновны. Так и этот налог. Собирай у всех подряд. Кто сможет доказать свое право на возврат – тому возвратить, а кто не сможет, с того уже взято. Но дело в том, что доказательства о необходимости возврата могут поступить и через год, и через пять лет. Вы платите НДС при закупке бычков сейчас, а быка продадите через два года, только тогда и сможете возвратить НДС. Фактически это кредитование государства, причем те предприятия, которые имеют длительный цикл производства, оказываются в самом худшем положении.
          На первый взгляд НДС легко поручить банкам. Поступают деньги юридическому лицу – банк снимает НДС. Перечисляет клиент деньги юридическому лицу – банк автоматически доплачивает НДС.
          Но на самом деле это может вызвать полную анархию в банковской сфере, одни банки могут разориться, если вдруг им потребуется произвести из своих средств большие платежи по НДС, другие могут получить не зависящие от них доходы. Наконец, это будет приводить к кредитованию банками бюджета. Так что несмотря на первый взгляд на легкость включения НДС в банковскую фискальную систему, на самом деле он может всю банковскую систему разрушить. Поэтому НДС должен быть ликвидирован безоговорочно, и чем быстрее, тем лучше.

    Основы банковской фискальной системы

          На основании указанных выше принципов можно описать основные статьи налогообложения.
          1.  Казначейские доходы.С целью подавления наличного обращения вся работа с наличностью передается Казначейству РФ. Казначейство само эмитирует наличные средства и распространяет их. Банки от работы с наличностью отстраняются. Из их авуаров наличность полностью исключается. Они могут лишь привлекаться Казначейством для целей распространения наличных денежных средств в качестве агентов. Казначейство работает на принципах хозрасчета, распространяя наличные денежные средства с курсом продажи и курсом покупки, причем маржа должна не только покрывать все издержки Казначейства, но и приносить определенную прибыль в бюджет.
          Запрещаются любые финансовые отношения юридических лиц через наличность, выплата зарплаты полностью осуществляется через сбербанк, который одновременно выступает агентом Казначейства по продаже наличности населению.
          Принцип платности наличного обращения стал уже всеобщим, во всем мире конвертация средств из безналичной формы в наличную есть платная операция. Так что здесь имеет место лишь фиксация уже сложившегося положения в мировой финансовой системе.
          С целью подавления наличного обращения вводятся ограничения на объемы покупки наличных денежных средств и на объемы ее продажи физическими лицами, что также уже широко используется в различных странах. Кроме того, сертифицируются предприятия, которые имеют право предъявлять наличность к продаже Казначейству, – к ним относятся предприятия розничной торговли и бытового обслуживания населения. Несертифицированные предприятия наличность не могут иметь и не могут предъявлять ее к продаже Казначейству.
          Наличное обращение из источника государственных затрат должно стать источником государственных доходов.
          2.  Налог на новые деньги. Поясним разницу между банковской ссудой и ссудой небанковского финансового учреждения.
          В небанковском учреждении имеет место смена права распоряжения деньгами. Такая ссуда называется займом. При займе количество денег в денежной системе не изменяется.
          Но в банке владельцы расчетных счетов не отдают свое право распоряжения деньгами банку. Они остаются их распорядителями. И потому банковская ссуда есть генерация новых денег. Объем денег, которыми могут распоряжаться клиенты банка, при выдаче кредита возрастает. Таким образом, ссуда-кредит от ссуды-займа отличается тем, что первая есть чистая генерация новых денег – кредитная эмиссия.
          Но деньги общественное достояние. И за право пользования дополнительно созданными для него деньгами пользователь кредита должен платить в пользу общества. Таким образом, кредитная ставка должна включать в себя определенную налоговую составляющую, которая прямо поступает в бюджет. Величину этой основной налого-во-кредитной ставки устанавливает государство. Например, если налогово-кредитная ставка равна 5 процентам, а банковская кредитная ставка равна тоже 5 процентам, то реальная ставка кредита должна быть 10 процентов, из которых пять поступает в бюджет в качестве кредитного налога, а пять – в пользу банка.
          Вопрос о диверсификации этой ставки по типам банков и пользователей – это особый вопрос, который требует дополнительного изучения.
          Отметим, что это налог только на генерацию новых денег. На передачу прав распоряжения (на займы), естественно, этот налог не может распространяться. Однако в современных банках кредитная деятельность и займовая совмещены. Срочный вклад – это уже чистая передача денег в траст, владелец передает право пользования ими на определенный срок банку. Вот почему банки должны быть очищены от всякой займовой деятельности, что означает, что они могут вести только расчетные или только текущие счета, то есть счета с полным правом распоряжения. А передача денег на определенных условиях (в траст) возможна только специальным займовым небанковским финансовым учреждениям – финансовым посредникам. Которые и осуществляют передачу прав распоряжения деньгами клиентов-займодателей клиентам-займополучателям.
          3.  Коммуникационно-денежные налоги. Эти налоги имеют местный или региональный характер. Деньги – это такой же ресурс территории, как и ее людские и сырьевые ресурсы. Вывоз денег за пределы той или иной территории может налогообла-гаться. Причем каждая территория может самостоятельно решать этот вопрос.
          Одновременно территории могут устанавливать налоги на вывоз с них товаров. Так как вывоз товаров соответствует ввозу денег, то территории могут устанавливать налоги и на ввоз денег. Эти вопросы территории решают самостоятельно, в связи с теми или иными особенностями территорий. Например, для курортных зон характерен ввоз денег, налог на ввоз денег в этом случае аналогичен налогу на пользование рекреационными ресурсами территорий и может стать важнейшим источником их поддержания и восстановления.
          Другие территории, которые заинтересованы в увеличении деловой активности на собственной территории, могут вводить налог на вывоз денег, чтобы они больше использовались на их территории.
          Таким образом, коммуникационно-территориальные налоги могут решать различные задачи развития или функционирования территорий.
          Эти налоги банки снимают автоматически при осуществлении банковских транзакций. Это выглядит как плата за пересылку денег. Причем эта плата должна включать затраты банков на осуществление денежных коммуникаций и налог на вывоз или ввоз денег.
          Налог на вывоз денег снимает банк, пересылая деньги своему ностро-банку. Налог на ввоз денег снимает банк, получая деньги со своего ностро-банка.
          Важно отметить, что, так как каждый уровень территориально-административного деления имеет свой общественно-территориальный банк, большая часть денежных коммуникаций происходит по ОТБ, то соответственно и коммуникационные налоги поступают на соответствующий бюджетный уровень. Именно в этом удобство коммуникационного налога, что он дает средства для всех уровней государственного управления.
          4.  Налог на зарплату и доходы физических лиц. Этот налог платят юридические лица непосредственно на объем начисленной зарплаты (или дохода), который автоматически снимается при любых перечислениях со счета юридического лица на счет физических лиц. Это важнейший налог, и он может составлять примерно 100 процентов от переводимой суммы. Если предприятие начислило миллион зарплаты и переслало ее по счетам своих работников – счетам физических лиц в гражданских банках, то автоматически такая же точно сумма снимается с расчетного счета предприятия в качестве налога. Это абсолютно действующий закон, не знающий никаких исключений. Этот налог является платой обществу за трудовые ресурсы, которые подготовлены всем обществом и используются предприятием.
          Эти налоги банки сразу же без всяких посредников переводят в центральный банк страны. И там они просто списываются. Одновременно на эту же самую сумму во всех сбербанках на всех без исключения счетах физических лиц начисляются денежные средства в одном и том же размере в качестве социальной стипендии как реализация права человека на жизнь. Таким образом, осуществляется распределение всего фонда общественного потребления – половина по труду или по доходам иного характера, половина всем людям для обеспечения права на жизнь.
          При этом одновременно ликвидируется вся сфера государственного социального обеспечения. Ликвидируются пособия по безработице, госпенсии (за исключением, возможно, государственных пенсий для госслужащих), государственные стипендии студентам, пособия по инвалидности, пособия на детей (на детские счета также поступают средства социальной стипендии), ликвидируется вся государственная медицина, заменяясь страховой, в которую граждане сами перечисляют определенную долю своей социальной стипендии или при желании также из заработков.
          5.  Налог с розничного оборота. Этот налог выплачивают все предприятия, осуществляющие обслуживание физических лиц, и в качестве налогооблагаемой базы используется объем поступлений на счет юридического лица со счетов физических лиц или со счета Казначейства (за счет конвертации наличных средств, полученных от населения, в безналичные).
          Это основной общегосударственный налог для финансирования таких расходов государства, как содержание армии, государственных органов и т. д.
          6.  Рентные платежи.
          а)  Налог на землю. Эти налоги дифференцированы по видам землепользования.
          б)  Налог на строения. Строения, особенно в городах, занимают городское пространство. Этот налог взимается только на кубатуру здания, а не за его стоимость. Возможно использование более сложных соотношений между кубатурой и площадью. Это создаст стимулы для наиболее эффективного использования городского объема и площадей.
          в)  Налог на природные ресурсы. Налоги на природные ресурсы должны выполнять не столько фискальную функцию, сколько функцию управления использованием ресурсов. В частности, они должны уравнивать предприятия, работающие в разных условиях. Эти налоги поступают частично в местные, а частично в центральные органы власти.
          г) Налогами может обкладываться использование и иных природных ресурсов, например потребление воздуха, воды и т. д.
          7.  Экологический налог. Все предприятия сертифицируются на классы по уровню нагрузки на экологию. В соответствии со ставкой налога по данному классу налог распространяется на все поступления средств на счет данного предприятия. Этим самым создаются повышенная стоимость экологически вредных товаров, стимул для перехода на экологически более чистые технологии, система автоматического отторжения товаров, полученных экологически вредным образом. Все средства по этим платежам поступают в специальный экологический фонд и используются лишь на цели восстановления экологии, на природоохранные мероприятия, на кредитование предприятий для внедрения экологически чистых производств.
          8.  Отменяются таможенные пошлины.Их заменяет коммуникационный налог на поступающие из-за границы средства. При этом предприятия сертифицируются по характеру вывозимой продукции, и в соответствии с налогом на данный продукт с их средств, поступающих из-за границы, и осуществляется автоматическое списание требуемого процента. Этот налог диверсифицируется по степени переработки продукта. Чем ниже уровень переработки продукта, тем выше налог. Например, налог на сырую нефть больше, чем налог на бензин, налог на вывоз программных продуктов, кинофильмов, книг, лицензий, изобретений, ноу-хау и других интеллектуальных продуктов должен быть самым минимальным либо даже, наоборот, за такой экспорт должны даваться поощрительные премии, ибо такие продукты вывозить наиболее выгодно.
          9.  Акцизные платежина социально вредное производство. Акцизы оплачивают непосредственно сертифицированные производители подакцизных продуктов в виде процента от суммы поступающих на их счет средств.
          Акцизные платежи по импорту оплачивают сертифицированные импортеры подакцизных товаров также непосредственно с суммы средств, поступающих на их счет, или с суммы средств, отправленных за границу.
          10.  Самоналогообложение прибыли. Производители сами устанавливают процент на прибыль и этот заявленный налог распределяют для использования в некоммерческих целях. Таким образом, появляется большой источник глубоко диверсифицированных средств на развитие культуры, науки, образования.
          Отметим, что все налоги (кроме самоналогообложения прибыли) входят в состав производственных затрат, так как они все имеют характер платы за те или иные услуги, представляемые предприятию со стороны государства и общества.
          Никаких налоговых отчетов предприятие представлять никому не обязано. Бухгалтерия – внутреннее дело каждого предприятия, хотя, естественно, что на добровольной основе объединения и ассоциации могут рекомендовать своим членам определенные стандарты в этой области. Возможно, потребуются какие-то государственные стандарты ограниченного характера в области учета, исключительно для статистических целей.
          Кроме налогов, государство должно и само зарабатывать деньги за счет представления своим членам тех или иных услуг, например судебные пошлины, пошлины по регистрации, почтовые, железнодорожные и иные услуги. Все они должны иметь, как правило, хозрасчетный характер, хотя возможны и исключения в интересах общества. С предприятий, принадлежащих государству, государство должно получать причитающуюся ему прибыль.
          Все эти налоги имеют даже не столько фискальный характер, сколько характер направления и управления экономическим развитием.
          В системе банковского налогообложения банки приобретают роль центра всей государственности, что приводит к громадному росту их значимости в общественной жизни. Естественно, что фискальная функция должна стать для банков важным источником роста банковских капиталов. Например, можно установить, что банки за выполнение фискальной функции оставляют себе 0,5–1 процент от собранных средств.

    Заключение

          Создание банковской фискальной системы позволит сформировать принципиально новую налоговую систему, в которой собираемость налогов станет почти абсолютной, что позволит резко уменьшить само налоговое бремя.
          Это многократно уменьшит затраты общества на функционирование налоговой системы. А насколько велики эти затраты в бухгалтерской системе можно судить по Соединенным Штатам, где в сфере собирания налогов, контроля за уплатой, расследования и налогового консультирования занято более полумиллиона человек.
          Создание такой системы позволит решать с помощью налогов не только чисто фискальные функции, но эффективно управлять экономическим развитием и направлять его в сторону повышения общественной эффективности.
          Создание этой системы ликвидирует значительную часть преступности и правонарушений, повысит общественную этику, особенно в такой области, как экономика.
          Банковская фискальная система поставит банки в центр всей общественной и государственной жизни общества.

    Инвестиционно-денежная система

    Структура цены и амортизация

          Цена – одна из центральных и важнейших экономических категорий. К проблеме цен сводится почти 90 процентов всех экономических проблем. Сколько фирм испытывают проблемы или даже ушли в небытие только потому, что не смогли решить корректно проблему цен.
          Экономическая наука уделяет проблеме цен большое внимание чуть ли не с первых дней своего существования. Создано множество теорий цен – и каждое время создает собственную. Теории цен Адама Смита, Маркса или венской школы предельной полезности уже не могут удовлетворить современного делового человека (хотя ученых, может быть, и вполне удовлетворяют). Ведь теория цен – не квантовая механика или термодинамика, которые изучают внешний по отношению к человеку мир. Эта теория описывает мир человека, который меняется. Меняется общество, меняются виды предпринимательства и его окружение. Поэтому теории цен разрабатывались, разрабатываются и будут разрабатываться. И нет ничего глупее, чем посконные утверждения типа «не надо изобретать велосипед».
          В современной западной экономической литературе теория цен излагается в науке, получившей название «Экономикс». Ее исходные концепции для российского предпринимателя просто чужды, ибо она рассматривает всю экономическую практику с точки зрения интересов так называемой семейной фермы, понятия для России чуждого и непонятного. Второй порок этой теории, с точки зрения российского делового человека, состоит в том, что она исследует процессы под углом рынка, который «сам регулирует». Ничего более нелепого и бессмысленного для российского предпринимателя и придумать трудно. Он-то прекрасно понимает, что не рынок регулирует, а он сам регулирует или управляет. Другое дело, что он может плохо это делать, и потому вылетает в трубу. Вот почему мы будем рассматривать проблему цен не с точки зрения того, как их регулирует рынок, а с точки зрения того, как предпринимателю управлять ценами в условиях рынка. Не как работает рынок, а как работать в рынке – вот главная парадигма нашего подхода.
          Почему это важно именно для российского предпринимателя? Дело в том, что российский бизнесмен молод. Он не пришел и не приходит в уже готовый рынок, он его сам создал и до сих пор создает. И потому всякие разговоры о том, как работает рынок, для него бессмысленны, так как зачастую этого рынка нет, его предстоит создать, создать самому. И ему необходимо знание того, как он должен действовать в условиях складывающегося рынка.

    Структура цены

          Начнем с исследования структуры цены. Предприятие имеет поступления денежных средств в результате продажи товара на рынке и расход этих средств. Поступления равны, естественно, затратам. Затраты имеют различную природу и структуру. Если затраты и их составляющие разделить на объем продаж, то получим структуру цены, которая более наглядна и легче сравнима по различным отраслям, чем структура затрат. Поэтому мы и будем исследовать структуру цены, то есть структуру затрат на единицу продукции.
          На рис. 20 изображена структура цены в наиболее обобщенном виде.
          Всего имеется 5 составляющих: расходы на сырье, материалы и полуфабрикаты (текущие производственные расходы), расходы на зарплату, налоги, амортизация и прибыль. Легко убедиться, что эта структура совпадает со структурой связей предприятия как во внутренней области, так и с его окружением. Действительно, статья «Материалы и полуфабрикаты» соответствует связям предприятия с другими предприятиями, статья «Зарплата» со своими работниками, статья «Налоги» с государством, а статья «Прибыль» определяет связь предприятия с его владельцем.

     
           Рис. 20. Структура цены в наиболее обобщенном виде
          Наиболее загадочной и непонятной для многих до сих пор является статья «Амортизация».
          Действительно, необходимость и неизбежность всех других четырех статей не вызывает сомнений. Невозможно отказаться от статьи «Материалы и полуфабрикаты», ибо без этого производство вообще невозможно. Нужно платить зарплату своим работникам, если не поступать гангстерским образом, как это делает нынешнее государство Российское, буквально «кидающее» работников своих предприятий – работников науки, просвещения, оборонки и т. п. Необходимо платить налоги, хотя можно стремиться к уклонению от них, используя «дыры» в законодательстве. Наконец, владельцы предприятия имеют полное право на получение прибыли на вложенные ими капиталы. А вот с амортизацией все как-то непонятно. Неясно, связи с кем определяет амортизация, нужна ли она вообще, нужно ли стремиться к повышению своих амортизационных платежей и даже как их вообще осуществлять.
          Чтобы понять смысл амортизации, рассмотрим обычное семейное хозяйство. В семейной экономике имеются текущие затраты: на питание, транспорт, средства гигиены, одежду и т. д. Но в нормальной семейной экономике есть и специальная статья «Сбережения». Это средства, которые откладываются на предметы длительного пользования, для покупки или обновления автомобиля, квартиры, мебели, холодильника и т. д.
          Амортизация для предприятия есть то же, что и сбережения для семейной экономики. Действительно, именно через статью «Амортизация» происходит накопление средств для обновления или реконструкции производства, для строительства новых зданий, закупки новых станков и других так называемых основных средств производства.
          Предприниматель, думающий не только о том, чтобы извлечь прибыль сегодня, но и о завтрашнем дне своего предприятия, должен поэтому относиться особенно внимательно к амортизации, накоплению амортизационного фонда.
          Заметим, что грамотное экономическое поведение не допускает хранения средств на текущее потребление и сбережений «в одном кармане». Любая хозяйка скажет, что стоит только соединить деньги на текущие нужды и на покупку автомашины или холодильника, и вы никогда не купите ни того, ни другого, все деньги будут потрачены на всякие «совершенно необходимые мелочи». Более того, грамотная хозяйка постарается хранить свои накопления в таком месте, откуда забрать их будет достаточно затруднительно, например на срочном счете, а уж если хранит в квартире, то запрячет их как можно дальше.
          Аналогична этому и правильная стратегия хранения амортизационных средств. Амортизационный фонд, хранимый на общем расчетном счете, можно сказать, заведомо мертв, ибо он будет непременно растрачен на текущие нужды. Поэтому самое лучшее – хранить амортизационные средства на специальном счете с затрудненным доступом.

    Проблемы амортизации

          В настоящее время в российской экономике проблема амортизационных средств является чрезвычайно острой. Трудности, испытываемые современными предприятиями, не в последнюю очередь связаны с неправильным пониманием роли и смысла этих средств.
          В чем тут дело?
          В социалистической плановой экономике амортизация начислялась по нормативам на величину основных средств. При этом были разработаны подробные нормативы для различных видов этих средств. Почему это было возможно?
          Причины в том, что цены определялись затратным методом исходя из теоретической концепции производственной теории стоимости Маркса. Для установления цены товара определялись по определенным нормативам все приведенные на рис. 16 статьи расходов. Правда, ввиду того, что владельцем предприятий было государство, статьи «Налоги» и «Прибыль» часто объединялись. В результате суммирования этих статей получалась цена, с которой товар поступал на социалистический рынок.
          Но в рыночной экономике ситуация совершенно иная. Теперь цену задает рынок. Не предприятие диктует цену рынку, а рынок диктует цену предприятию. И потому сама концепция затратного механизма ценоустановления непригодна. Теперь, наоборот, предприятие должно в качестве первичного понятия, исходного пункта использовать ту цену на товар, которая сформировалась на рынке, тем более что российский рынок уже настолько тесно привязан к мировому, что речь в большинстве случаев идет о мировых ценах или соотнесенных с мировыми.
          Таким образом, в отличие от социалистической экономики, в которой проблема структуризации цены сводилась к сложению отдельных структурных компонент, в рыночной экономике задача сводится к расщеплению заданной цены на отдельные структурные составляющие.
          Рассмотрим более подробно, как необходимо решать эту проблему.
          Статья «Материалы и полуфабрикаты» определена, и платить за них необходимо, чтобы вести само производство. Таким образом, эта статья является первоочередной.
          Естественно, что необходимо платить и зарплату своим работникам в соответствии с теми договорами найма, которые заключены. В крайнем случае ее можно несколько задержать, поэтому эта статья имеет второй уровень приоритета.
          Необходимо расплатиться с государством по налогам. Хотя вполне допустимы некоторые задержки, но при этом начисляются достаточно большие пени, поэтому можно считать, что статья «Налоги» имеет третий уровень приоритета.
          Остаток уже может делиться между статьями «Прибыль» и «Амортизация». Таким образом, статьи «Прибыль» + «Амортизация» имеют четвертый уровень приоритета. И тут у предпринимателя есть выбор. Ведь прибыль – это сегодняшнее потребление владельцев предприятия, амортизация – это завтрашний день предприятия.
          Предприниматель должен решить, как разделить этот остаток, какую часть пустить на прибыль, а какую – на амортизацию, производственное накопление.
          Легко заметить, что в рыночной экономике это однозначная система структуризации цены. Любая иная ведет к экономическому коллапсу.
          Действительно, если мы, к примеру, выделим сначала по нормативу амортизацию, то при плохой структуре основных средств может вообще не хватить средств на материалы и зарплату. И это именно то, что мы имеем в современной российской экономике, где до сих пор сохранился пережиток эпохи социалистической экономики в виде амортизационных нормативов. В результате мы и имеем неплатежи зарплаты, отсутствие оборотных средств (средства на оплату материалов и полуфабрикатов и т. д.).
          Таким образом, актуальная задача российской экономики состоит в необходимости отказа от жестких амортизационных нормативов. Амортизация вместе с прибылью должна стать остаточными статьями в структуре цены, статьями с низшим уровнем приоритета.
          Это вполне логично и соответствует нормальному экономическому поведению. Разве хозяйка будет в первую очередь планировать свои сбережения? Нет, конечно. Она сначала выделит деньги на текущие расходы и лишь то, что останется, будет откладывать. Конечно, она может уменьшить или увеличить текущие расходы, но в любом случае именно эти затраты, а отнюдь не сбережения она поставит на первое место. Это при товарище Сталине всем насильственно планировали «сбережения» путем принудительной подписки на государственные займы. И потому нынешняя политика принудительного нормативного установления уровня амортизации аналогична этой сталинской политике плановых принудительных сбережений. Как в свое время займы превращались в кошмар для всего населения, так и нынешняя политика нормативной амортизации приводит к экономическому краху многих предприятий. Тем более что амортизация начисляется на основные средства, ценность которых в результате перехода на новый экономический уклад зачастую стала вообще неопределенной. На многих предприятиях простаивают станки, дорогостоящее оборудование, входящее в номенклатуру основных средств, но на них нередко уже просто нечего производить, ибо исчезли сами товары (стали ненужными или полностью неконкурентоспособными), которые на них производились. И вот теперь Минэкономики ломает голову, как произвести переоценку основных средств предприятий для того, чтобы хотя бы какой-то смысл внести в нормативы амортизации. Как мы видим, это квазипроблема. На самом деле необходимо полностью ликвидировать все нормы амортизации, оставив ее начисление на усмотрение самих предприятий, и тогда отпадет сама проблема оценки основных фондов.
          Впрочем, можно оставить некоторые предельные, верхние нормативы для амортизации. Они нужны для предотвращения вздувания цен монополистами, которые, пользуясь своей монополией, могут завышать цены сверх всякой меры, используя сверхбольшие амортизационные отчисления. Нижнего предела амортизационных норм быть вообще не должно. Если предприятие не может откладывать средства на будущее, то это, конечно, очень плохо для такого предприятия, но оно само должно решать, как изменить структуру своей цены, чтобы появились наконец возможности для сбережений, – уменьшить ли производственные материальные затраты, рационализировать ли производственный процесс и уменьшить численность работников, повысить ли качество продукции с целью возможности повышения цены и т. д. Это проблема самого предприятия, которую никто не может за него решить. Естественно, в рыночной, а не в директивной экономике.
          Итак, для решения проблемы структуризации цен в рыночной экономике государство должно:
          предоставить предприятию полную свободу (с некоторым ограничением) в начислении амортизации на основе остаточного принципа;
          создать финансовый механизм сохранения амортизационных средств с выведением их с расчетного счета.
          Отметим, что контроль над использованием амортизационных средств со стороны государства, запрет возможности использования их на текущие нужды хотя и кажется на первый взгляд ограничением свободы предприятий, на самом деле принесет пользу предприятиям.
          В настоящее время амортизационные средства отделены от текущих средств лишь в бухгалтерских записях, а физически они находятся на едином расчетном счете предприятия. Необходимо разделить их не только в учете по бухгалтерским документам, но и иметь специальный счет накопления амортизационных средств. Государство должно не только контролировать движение средств по этому счету, но и предоставить гарантии их сохранности.
          Мы имеем в виду, что государство не может обратить взыскания на весь амортизационный фонд по налоговым недоимкам. Точнее, государство может осуществлять списание налоговых недоимок данного отчетного периода с амортизационного счета, но лишь в объеме поступлений этого же периода. Накопления прошлых периодов не должны при этом затрагиваться. И лишь в случае проведения установленной процедуры банкротства предприятия амортизационные средства в полном объеме могут поступать в состав источников взыскания. Следовательно, предприятие будет иметь гарантии сохранности своих накоплений и сможет накапливать свои амортизационные средства, не опасаясь за их судьбу.
          Хотя сами по себе нормативы амортизации и соответственно нормативы сроков службы оборудования нонсенс. Действительно, кто может знать, сколько прослужит тот или иной станок? Этого не знает даже производитель станка, который дает лишь срок его гарантийного обслуживания, но никогда не указывает срока его службы. А вот наши чиновники из Минэкономики берутся «с потолка» определить, сколько километров пробежит автомобиль, пока не развалится, сколько нормочасов проработает токарный, а сколько фрезерный станок, сколько должен проработать компьютер или компьютерная программа и т. д.
          Итак, проблема структуризации цены должна быть переведена на рыночный механизм. Конечно, этим не решатся все проблемы российской экономики, но решится хоть что-то, а самое главное, станет ясно, какие дальнейшие проблемы необходимо решить для выхода из экономического кризиса. В настоящее же время эти проблемы так переплетены, что непонятно, с чего и начинать.

    Инвестиционный процесс в СССР

          Очевидно, что главным фактором, способствовавшим краху СССР, было его отставание в научно-техническом соревновании с Западом. Последние 20 лет, предшествовавшие «перестройке», известные как «эпоха застоя», СССР характеризовался полным невосприятием к новому, отторжением научно-технического прогресса, катастрофическим падением эффективности народного хозяйства. Именно это и явилось побудительным мотивом к «перестройке», плавно перешедшей в полное крушение самого государства.
          И важно понять, что же явилось причиной этого.
          Утверждают, что это связано с органическими пороками социализма как общества с государственной экономикой. Но ведь индустриальные тридцатые годы да и сам по себе бурный взлет СССР от крестьянской страны к величайшей индустриальной державе мира как-то не согласуются с этим утверждением.
          Можно предположить, что какой-то вирус технико-экономического застоя был внесен в экономику страны где-то на рубеже 50-60-х годов, который и развалил страну.
          Но для того, чтобы понять это, необходимо немного поговорить о не совсем простых и даже скучных вещах.

    Основные средства и амортизация

          Рассмотрим некоторое производство, например хлебопекарню. Для выпечки хлеба нужна мука и другие расходные материалы. Нужен труд рабочих. Причем затраты на расходные материалы и рабочую силу, называемые переменным капиталом, сразу же включаются в цену готовой продукции, сколько затратили, столько и включили.
          Но, кроме того, необходимы и более крупные начальные затраты. На здание, на оборудование. Эти затраты носят название «основного капитала». Основной капитал невозможно включить в цену производства сразу после его затраты. Действительно, если в цену хлеба включить стоимость здания в месяц его сдачи, то цена хлеба сразу же подскочит в сотни раз.
          Поэтому для восстановления основного капитала в современной экономике используется финансовый механизм, называемый амортизацией.
          Амортизация состоит в том, что затраты основного капитала переносятся на цену продукта в течение некоторого промежутка времени, например в течение пяти или даже десяти лет.
          Как правило, срок переноса (срок амортизации) устанавливается на законодательном или ином правовом уровне.
          Существует множество схем переноса основного капитала, которые используются в разных странах и даже для различных видов основных средств. Но сам механизм амортизации применяется во всех современных экономических системах, как в социалистических, так и в капиталистических.
          Итак, в течение всего амортизационного срока на цену готовой продукции переносится определенная часть стоимости основных средств. По окончании срока амортизации затраты основного капитала полностью восстановлены, и этот капитал может вновь использоваться для закупки, к примеру, нового оборудования.
          Казалось бы, естественно, что после этого амортизационные начисления должны отменяться. Ведь никаких затрат уже нет. Включение амортизации в себестоимость будет означать включение несуществующих затрат, то есть обман и потребителя, да и государства.
          Так и делается во всех нормальных экономических системах. Вроде бы как может быть иначе?
          Оказывается, может быть. Иначе было в советской экономике в последние три десятилетия. На рубеже 50-60-х годов было принято положение об амортизации, в котором амортизация начислялась не до окончания амортизационного срока, а до срока физической ликвидации основного средства.
          Другими словами, если срок амортизации какого-нибудь станка 7 лет, а фактически он служил 20, то в течение 13 лет на него начислялась амортизация на несуществующий капитал, включались реально не существовавшие затраты. Фактически делались деньги из воздуха.
          Одним из главных авторов этого механизма амортизации был молодой тогда кандидат экономических наук Павел Бунич.
          Этим самым в экономику СССР был введен медленно действующий, но чрезвычайно губительный вирус, который свою разрушительную работу особенно активно начал в конце 70 – начале 80-х годов. Удивительно, но даже до сих пор ставший видным академиком, парламентарием, руководителем комитета Государственной думы г-н Бунич не понимает, какую страшную мину под всю экономику, под всю страну он подложил, каким смертельным вирусом инфицировал народное хозяйство СССР. Ведь действительно, какая мелочь, вести какой-то там бухгалтерский учет одной из статей бухгалтерского баланса.
          Увы, не мелочь. Вернее, такая же мелочь, как мелок вирус СПИДа. А этот механизм и был «экономическим СПИДом». В данном случае наглядно отражается высочайшая чувствительность современного общественного организма к самым тонким и техническим деталям в области денег и финансов.
          Как и человеческий, «экономический СПИД» действует медленно, но неотвратимо и в конце концов приводит к тому, к чему приходит зараженный человек, к смерти, к полному краху экономической системы, а с нею и самого государства.

    Как действовал «экономический СПИД»?

          В СССР в плановой централизованной экономике все инвестиции, все поставки оборудования осуществлялись централизованно, через министерства.
          Поэтому амортизационные платежи не оставались в распоряжении предприятия, а концентрировались в соответствующих министерствах. И именно министерства на эти средства закупали и поставляли оборудование предприятиям в централизованном порядке, а также создавали новые предприятия по своему профилю.
          Ясно, что министерства кровно были заинтересованы, чтобы оборудование находилось в составе действующего как можно дольше. Ведь оно тем самым получало денежные средства из ничего, из воздуха. Поэтому они всячески препятствовали списанию проамортизировавшего свою стоимость оборудования. Это достигалось тем, что новое оборудование на замену не поставлялось, предприятия буквально заставляли эксплуатировать устаревшие, изношенные станки и машины сверх всяких норм нормальной эксплуатации, принуждали чинить и латать старое оборудование. Вспомним хотя бы, какими сложностями был обставлен процесс списания оборудования в советской экономике. Списание осуществлялось специальной комиссией, причем списанное оборудование должно было быть обязательно разбито молотками, кувалдами, взорвано, разорвано, закопано и т. д., чтоб, не дай бог, нельзя было его использовать. Для чего это делать, для чего было уничтожать еще пригодные для использования, возможно, в других местах пишущие машинки и автомашины, станки и многое другое, задавалась вопросом в течение десятилетий вся советская пресса, наполненная рассказами об абсурде списания. Именно для этого. Чтобы не могли производственники осуществлять фиктивного списания с исключением оборудования из амортизационного обложения при фактическом использовании. Нет, как бы говорило министерство, коли списали, то обязательно уничтожьте. А иначе посписываете, а на самом деле будете продолжать работать, но к нам амортизационные платежи поступать не будут.
          Именно благодаря «экономическому СПИДу» министерства были совершенно не заинтересованы в замене оборудования, в реконструкции предприятий. Ведь это бы означало резать курицу, которая несет золотые яйца. Министерствам было выгодно, чтобы предприятия работали как можно дольше на старом оборудовании, а амортизационные средства затрачивать прежде всего на все новое и новое строительство, которое давало новые амортизационные средства. Вот почему последние десятилетия социалистической экономики характеризовались необычайным обилием новостроек, незавершенки. Вместо того чтобы, как следует из здравого смысла, увеличивать производство прежде всего реконструкцией старых предприятий, ведь это куда дешевле, чем новое строительство, «экономический СПИД» извращал все стимулы экономического поведения, создавая затратную, расточительную экономику.
          А для чего же нужны были министерствам все бо’льшие и бо’льшие амортизационные средства? Но ведь именно эти средства и были главным источником их существования и их экономической власти, именно на эти средства они строили в Москве свои многоэтажные офисы, осуществляли отделку их мрамором, да и вообще стремление зарабатывать и распоряжаться все бо’льшими и бо’льшими деньгами есть стимул деятельности как любого человека, так и учреждения.
          Это и приводило к научно-техническому застою. Министерства были мало заинтересованы в новых процессах, в новых и более производительных устройствах, ибо это могло бы вызвать сокращение и ликвидацию старого и ненужного оборудования, что полностью противоречило их интересам. Громадный избыток амортизационных денег, которые можно было использовать исключительно на цели производства, приводил к созданию того, что позднее было названо «самоедской экономикой», он формировал экономику, направленную на удовлетворение не нужд человека, а прежде всего производства. Производство росло ради производства, новое производство ради нового производства и так далее. Доля средств, направляемых в сферу производства товаров личного потребления, все сокращалась и сокращалась, что приводило к замедлению темпов роста уровня жизни, а в 80-х годах начался уже и обратный процесс, его падения.
          С другой стороны, рост амортизационных средств из воздуха приводил бы в рыночной экономике к инфляции. Но у нас была плановая экономика, в которой цены устанавливались в директивном порядке. И в этом случае инфляция трансформируется в дефицитную экономику. Рост амортизационных средств превышал возможности промышленности по удовлетворению потребности в соответствующих основных средствах – станках, машинах, устройствах и т. п. В результате в производственном секторе развивался дефицит. А там где дефицит, там и взяточничество, коррупция, блат. Наверное, многие еще помнят, какими средствами и способами предприятия «выбивали» из министерств фонды. Московское чиновничество стало развращенным до последней степени, потеряло всяческие государственнические навыки и инстинкты. Вот почему оно так легко клюнуло на посулы райской жизни в рыночной экономике, без всякого сожаления развалило всю государственную экономику.
          Но дефицитная экономика естественным образом из производственного сектора мигрировала и в сферу личного потребления. И в конце концов перед своей кончиной социалистическая экономика перешла в систему тотального дефицита всего и вся. И гайдаровский удар, видимо, был в той или иной мере неизбежен.
          В нормальной экономике жизнь товара идет по следующей схеме. Сначала новый товар появляется по дорогой цене, затем он постепенно дешевеет. Вспомним, как на наших глазах подешевели западные компьютеры, видео и многое другое. Понятна причина этого. Сначала были сделаны большие капитальные вложения, затем они окупаются, и товар дешевеет. Удешевление товара приводит к уменьшению прибыли, так как норма прибыли примерно постоянна. И появляется стимул создавать новый товар, разрабатывать все новые и новые продукты, чтобы была возможность увеличивать цены и получать больше прибыли. Таким образом, в нормальной экономике есть стимул к постоянному научному и техническому прогрессу.
          Совсем не то было в социалистической экономике. Впрочем, так было в 40-х и начале 50-х, когда регулярно снижались цены. Но запущенный в советскую экономику вирус «экономического СПИДа» все изменил после 60-х годов.
          В эти годы цены на товары практически не изменялись. Вспомним хотя бы цветной телевизор. Он появился в начале 70-х по цене 650 рублей. И затем в течение 20 лет производство телевизоров развивалось бурными темпами, но цены оставались практически теми, что и с самого начала.
          И это понятно. Ведь даже при полном возврате начальных затрат, амортизация продолжала начисляться, так что снижать цены производственники не могли. Впрочем, их это вполне устраивало, так как не падали их прибыли, связанные с ценой товара. А это, в свою очередь, вело к тому, что стимула к новым разработкам, к внедрению новых моделей, к обновлению у производителей практически не было. Так формировалась застойная экономика, формировалось отставание от Запада, неприятие научно-технического прогресса.
          Таким образом, этот вирус был одинаково удобен и министерствам, и производственникам. А то, что это противоречит интересам потребителя, что при этом разрушается экономика, на это им было наплевать. А политические круги, которые могли бы в это дело вмешаться, просто не понимали и не знали о существовании вируса. Эка важность, как там бухгалтеришки считают свои балансы. Битва за мир, борьба с империализмом, постановления ЦК – вот что определяло, по их мнению, развитие страны. Увы, этот вирус оказался куда сильнее и сделал в конце концов свое черное дело.
          Отметим, что многие состояния нынешних нуворишей были как раз и основаны на переводе средств производственного назначения в средства потребительского назначения в первый золотой период кооперативного движения. Именно тогда и рухнула экономика СССР окончательно, когда все эти накопленные за долгие годы, надутые экономическим воздухом амортизационные средства хлынули на потребительский рынок через посредство кооператоров, которые на этом переводе и создавали свои первые миллионные состояния. Дальше процесс крушения экономики СССР стал неотвратимым.
          Вот как маленькая бухгалтерская деталь по учету каких-то там основных средств и привела к столь глобальному по своим масштабам для всей человеческой истории событию – краху социализма.
          И вина в этом во многом лежит на Павле Буниче, который и был создателем этого вируса «экономического СПИДа», был тем самым горе-лекарем, который инфицировал экономику страны незаметным, но смертельным заболеванием.
          Но почему же было сделано такое на первый взгляд нелепое положение? Наверное, в первую очередь просто по недомыслию. Ведь вести бухгалтерский учет с начислением амортизации на все стоящее на балансе оборудование гораздо проще. Но это та простота, которая оказалась поистине хуже любого воровства.

    Уроки на будущее

          Из прошлого необходимо извлекать уроки на будущее.
          И первый из этих уроков состоит в том, как ответственно необходимо подходить к конструированию всякого рода финансовых и экономических механизмов. Мелочь в этой области может иметь катастрофические последствия.
          Опыт СССР тем не менее должен быть тщательно изучен, и из него необходимо взять все наилучшее для нового времени. Ведь, несмотря на все недостатки, в СССР была создана стройная и достаточно совершенная инвестиционная система, которая позволила осуществить индустриализацию страны, построить гиганты гидроэнергетики, атомную индустрию, создать аэрокосмическую отрасль и многое другое. Ясно, что без создания соответствующей системы мобилизации финансовых средств на инвестиционные цели, системы их распределения и контроля за их использованием это было бы невозможно.
          Инвестиционный механизм в СССР был основан прежде всего на средствах для восстановления производственного потенциала, то есть на амортизационных денежных средствах. При этом использование амортизационных средств было строго регламентировано, и предприятия сами могли их использовать чрезвычайно ограничено. Фактически в СССР денежная система как бы имела два контура – контур потребительских денег и контур производственных денег. Перетекание денег из одного контура в другой находилось под чрезвычайно жестким административным контролем. Причем деньги потребительского назначения были более ценными и более редкими ввиду указанного выше механизма опережающего роста амортизационных (производственных) средств. Предприятия всячески пытались собственные производственные средства перевести в потребительские (на зарплату, на премирование и т. п.), чему противостоял механизм административного управления. И когда этот механизм получил пробоину при создании кооперативов, которые сразу же бросились превращать производственные деньги в потребительские, тут сразу же социалистической экономике и наступил конец, гигантские производственные средства хлынули на потребительский рынок, который находился в тисках жесткого государственного ценового управления, буквально сметя его. Начало 90-х годов, думается, еще живо в памяти у многих.
          Итак, возвращаясь не к последним дням советской инвестиционной системы, а к периоду ее расцвета – 50-60-м годам, мы видим, что одним из важнейших условий успешности действия инвестиционного механизма было расслоение денежной системы на две подсистемы. Фактически это было расслоение денег на короткие деньги и деньги длинные. Короткие деньги – это деньги с небольшой длительностью цикла своего обращения. Например, деньги на оплату труда имеют цикл движения порядка месяца. Такой же небольшой цикл движения и у средств на оплату материалов, накладных затрат и т. п. В то же время амортизационные и инвестиционные средства – это денежные средства с длительным циклом их движения. И в социалистической экономике движение этих средств было раздельным.
          Вторым важнейшим инструментом инвестиционной деятельности в СССР был специальный инструментарий для распределения и контроля за использованием инвестиционных средств. Этот инструментарий представлял собой систему промстройбанков, представляющую цельную общегосударственную централизованную систему Промстройбанка СССР (название менялось). Промстройбанк СССР был не банковской структурой, а внебанковской финансовой системой для распределения и контроля за использованием инвестиционных средств. Благодаря этому была создана стройная система государственного распределения инвестиционных средств и контроля за их использованием.
          Таким образом, мы можем подытожить особенности инвестиционного процесса в СССР, которые имеют большую ценность и на современном этапе:
          1. Выделение, обособление денежно-платежной системы «длинных» (производственных) денег из общей денежной системы. Инвестиционные средства являлись составной частью этой денежно-платежной системы.
          2. Наличие целой системы специальных внебанковских финансовых институтов для распределения и контроля за использованием инвестиционных средств.
          В настоящее время в России инвестиционный механизм развалился полностью. Все деньги объединились в одно денежное пространство, управляемое через коммерческие банки, в результате чего «короткие» деньги «пожрали» «длинные». «Длинные» деньги стали невыгодными, и потому денег на инвестиционные цели нет. Надеяться, что коммерческие банки станут сами со временем вкладывать средства в сферу «длинных» денег, в высшей степени сомнительно. Да и нереалистично. Для движения длинных денег необходимо создавать специальное денежное подпространство.
          Должны быть также созданы и специальные финансовые институты, которые бы работали с этими деньгами, а с другой стороны, и контролировали их использование в интересах общественно полезного использования денег, которые, как еще раз отметим, являются общенародным достоянием и лишь передаются в использование тем или иным финансовым лицам. Общество вправе иметь определенный уровень контроля за их рациональным и общественно полезным использованием.
          Наконец, необходимо создать механизм государственных инвестиций. В высшей степени нелепо представление, что весь инвестиционный процесс может быть передан в руки частных инвесторов. Есть множество областей, в которые частный инвестор либо вообще не должен допускаться, либо он сам туда не пойдет ввиду низкой экономической эффективности этих инвестиций. Государство обязано само вкладывать средства в общественно важные проекты низкой экономической эффективности или даже вообще не имеющие экономической эффективности.
          Простой пример – космонавтика. Разве могли частные инвесторы вкладывать средства в эту отрасль в 50-е годы, когда экономическая эффективность ее даже не просматривалась. Это сейчас ясна ее экономическая эффективность. Но сама эта эффективность создана громадными вложениями государственных средств СССР, США и других стран.

    Проблемы инвестиций в российской экономике

          В настоящее время проблемы не только расширенного (инвестиционного), но даже и простого воспроизводства приобрели чрезвычайную остроту.
          Как известно, простое воспроизводство основных средств осуществляется через финансовый механизм амортизационных отчислений и амортизационные фонды. И если ранее амортизационные средства выделялись из общих финансовых средств предприятия и использование их не по назначению было строго запрещено, то в настоящее время амортизационные средства остаются на едином нерасчлененном расчетном счете предприятия и используются на нужды текущего характера и практически (а не по бухгалтерскому балансу) отсутствуют на большинстве предприятий.
          Наконец, прежняя социалистическая система финансового обеспечения процесса восстановления основных средств, предусматривавшая жесткий регламент самих отчислений, их использование и условия вывода основных средств из эксплуатации для условий рыночной экономики и частной (негосударственной) собственности на средства производства уже не отвечает новым политико-экономическим условиям. Действительно, кто может запретить владельцу основных средств менять их, выводить из эксплуатации и вообще делать с ними все что угодно? Ведь полное распоряжение своими средствами и есть главный признак собственности. И все нормы списания основных средств, а с ними и нормативы амортизации различных видов основных средств потеряли всякий смысл.
          И в то же время проблема сохранения производственного потенциала государства является настолько важной, что во всем мире она достаточно детально регулируется на высшем законодательном уровне.
          Таким образом, возникает задача в новом теоретическом осмыслении самой проблемы государственно-правового регулирования восстановления основных производственных средств.

    Восстановление основных средств или основного капитала

          Рыночные отношения ставят проблему амортизации совершенно по-иному.
          В социалистической экономической системе амортизация решала двуединую задачу – восстановление основных средств (оборудования) и восстановление основного капитала (основных фондов). Процесс восстановления основного капитала подгонялся под процесс физического износа основных средств путем многообразных нормативов, сроков использования и норм амортизации. Это было возможно в условиях монопольного характера государственной собственности и использования в качестве главных управляющих параметров не экономических, а физических (технологических и иных) параметров.
          В условиях рыночной экономики контроль за физическими (содержательными) параметрами производственной деятельности государство теряет, и его контрольные функции сосредотачиваются почти всецело в области финансово-экономических условий. И потому, не имея возможности и даже права воздействовать на содержательную сторону процесса восстановления, основной акцент должен быть перенесен на область регулирования финансовых характеристик этого процесса. А это означает, что теперь с точки зрения процесса регулирования и контроля должен быть сделан упор именно на процесс восстановления основного капитала, оставив процесс восстановления основных средств в существенной части в сфере ведения самого владельца этих средств.
          Тем более что именно восстановление капитала и есть основная цель любого инвестора, которому зачастую безразлично, куда конкретно вложены эти капиталы. И система государственного регулирования в рыночной экономике должна предоставить любым вложениям основных капиталов потенциально равные права и возможности для вложений их в любые сферы экономики без создания преимуществ или дискриминации отдельным отраслям или видам вложений. А уж куда реально будут вкладываться капиталы, должно определяться конкретной оперативной экономической ситуацией, на которую государство может воздействовать, но уже другими средствами оперативного управления.
           Именно поэтому необходимо перейти от понимания процесса амортизации как процесса восстановления основных средств к пониманию его как процесса восстановления основных капиталов.
          Поставив так вопрос, мы можем создать чрезвычайно простую и эффективную систему законодательного регулирования этого процесса, не требующего больших затрат для его контроля со стороны государства.
          Капиталы едины. И чтобы обеспечить потенциально единые условия для их восстановления вне зависимости от технико-экономической конкретики их вложения, сами амортизационные нормы на их восстановление должны быть едиными. Другими словами, для любых основных капиталов должен быть установлен единый срок его оборачиваемости, его возврата. Если такой срок установлен в размере, например, 5 лет, то соответственно и норматив амортизационных отчислений должен составлять 20 процентов на весь нерасчлененный основной капитал.

    Амортизационно-инвестиционные фонды

           Неистраченные деньги – приобретение.


          Амортизация – это производственные затраты. Начисление их уменьшает налогооблагаемую базу налога на прибыль. И потому государство, естественно, вправе потребовать использования этих средств только на эти цели – на цели восстановления основных средств, финансовым выражением которого и является основной капитал, и осуществлять соответственно контроль.
          Накопление амортизационных средств осуществляется в амортизационном фонде. Но нахождение амортизационного фонда в составе единого нерасчлененного расчетного счета будет постоянно провоцировать предприятие по его использованию на иные нужды, а также может явиться одним из способов уклонения от налогов. Поэтому амортизационный фонд должен быть выведен с основного расчетного счета предприятия, что позволит эффективно контролировать использование этих средств на уставные цели.
          Это полностью соответствует логике экономического поведения. Даже самая малограмотная домохозяйка прекрасно понимает, что недопустимо хранить вместе деньги для текущего питания и деньги, откладываемые на покупку телевизора или меховой шубки. Уж тем более это экономическое поведение разумно и целесообразно для экономических субъектов, которые должны иметь четко разделенные карманы для коротких и длинных денег.
          Но хранение амортизационных средств на особом и самостоятельном счете в коммерческом банке вряд ли является хорошим решением. Это, во-первых, вызовет дополнительную перегрузку банковской системы. Во-вторых, контроль государства над этими распыленными фондами будет затруднен. Наконец, распыление этих средств не в интересах общества, они не смогут быть эффективно использованы, к примеру, на цели инвестиционной деятельности.
          Поэтому, думается, является желательным их объединение в специальные аморти-зационно-инвестиционные фонды (АИФ).
          Амортизационно-инвестиционный фонд – финансовая организация трастового характера, которая принимает на хранение и накопление амортизационные средства своих клиентов, формируя амортизационный фонд предприятия, и способствует их росту за счет использования этих средств в консолидированной форме в своей финансово-коммерческой деятельности. Коммерческо-финансовая деятельность АИФа должна носить преимущественно инвестиционный характер. Таким образом, амортизационные средства не только не замораживаются, но и, наоборот, растут за счет трастовой деятельности АИФа.
          Сами АИФы по юридическому статусу могут быть кооперативными, акционерными и иными учреждениями.
          Важный и центральный момент, создающий особую привлекательность этого механизма для вкладчиков фондов, должен состоять в том, что амортизационные фонды, находящиеся в официально зарегистрированном АИФе, должны быть полностью освобождены от налогообложения. Это вполне логично, ибо это средства, идущие на восстановление основных средств, а именно основные средства и являются важнейшим источником налогов. И если в результате деятельности АИФа предприятие получит возможности не простого, а расширенного воспроизводства, то это будет еще лучше и для общества, и для государства.
          Но это побуждает государство еще более строго контролировать использование амортизационных средств. В частности, должно быть полностью запрещено перемещение средств из АИФа со счета клиента на его же расчетный или иной счет. Средства со счетов в АИФе могут использоваться только на капитальный ремонт и на восстановление основных средств, и потому основной способ использования их должен состоять в оплате счетов третьих лиц в связи с произведенными капитальными ремонтами или покупкой основных средств. Причем соответствие представленных счетов регламентированному назначению может осуществлять сам фонд.
          Отметим, что фонд не контролирует обоснованность приобретения основных средств, целесообразность ремонта, не осуществляет контроль по срокам. Это находится в ведении самого предприятия – фондовладельца. АИФ контролирует только сам факт использования средств на закупку именно основных средств (а не материалов или малоценного инвентаря) и на проведение капремонтов основного оборудования. Какое основное оборудование закупается, нужно ли оно предприятию, целесообразно ли заменять старое на новое или расширять производство, пришло ли время делать капремонт – все это находится в полном ведении самого предприятия. АИФ получает лишь счет, проверяет, действительно ли речь идет о приобретении основных средств и капремонта, и если это так, то оплачивает его. Здесь, думается, вполне логично сочетаются интересы общества с хозяйственной самостоятельностью предпринимателя.

    Рынок инвестиционных средств

          Но может так случиться, что предприятие накопило амортизационный фонд в излишнем количестве. Либо предприятие имеет амортизационный фонд, а ввиду отсутствия средств на зарплату оно может обанкротиться при наличии больших средств в этом фонде.
          Ясно, что гибкое управление в рыночной экономике должно предусмотреть возможность разрешения таких коллизий, например, путем продажи амортизационных фондов на финансовом рынке.
          Другими словами, предлагается создать особый сектор финансового рынка – рынок инвестиционных средств.
          При продаже фонда его амортизационно-фондовый характер не меняется. Он меняет только владельца. Перевод фондовых средств при этом происходит лишь в пределах одного фонда либо из одного фонда в другой. И все ограничения, связанные с использованием амортизационных средств, полностью сохраняются и для нового владельца.
          Таким образом, у владельцев амортизационных средств появляется возможность трансформации амортизационных денег в деньги общего назначения за счет продажи первых на финансовом рынке амортизационных фондов. При таких операциях общий объем амортизационных средств в стране не меняется.
          Однако, так как амортизационные фонды представлены финансовыми средствами с ограниченными возможностями использования, курс продажи их будет, естественно, ниже 100 пунктов. Например, он может быть равен 80 или даже 60 пунктам, то есть за 100 миллионов амортизационных рублей могут давать лишь 80 или даже 60 миллионов рублей общего назначения. Курс будет устанавливать финансовый рынок.
          При продаже амортизационных средств продавец уплачивает налог на прибыль со всей суммы продажи (а не покупки). Это естественно, так как ранее эта сумма была выведена из-под налогообложения.
          Итак, у предприятий появляется возможность конверсии амортизационных средств в обычные деньги. Но естественно, что такая конверсия будет сопровождаться затратами. Каков уровень этих затрат, сейчас вряд ли можно сказать, вернее всего, что это будет меняющийся курс, связанный с экономической ситуацией в стране. В период оживления, когда требуется быстро нарастить производство, спрос на амортизационные фонды может возрасти, в период спада он будет снижаться, так как будет возрастать их предложение с целью выхода из экономических трудностей, характерных для периода экономической депрессии.
          Этот рынок позволит резко активизировать инвестиционный процесс. Теперь инвестору, вместо того чтобы вкладывать в основные средства собственные деньги общего назначения, станет выгодным купить на них амортизационные средства, на которые и осуществлять закупку основных средств. Таким образом возникает механизм, позволяющий осуществить инвестиционные затраты значительно дешевле. А это, в свою очередь, будет подстегивать и производство основных средств, то есть стимулировать тяжелую и капиталоемкую сферу экономики.
          Амортизационные фонды могут стать также прекрасным залоговым средством, под которые предприятия могут брать кредиты в коротких деньгах, так как это средства легко ликвидные. По крайней мере значительно более ликвидные, чем классические залоговые средства в виде оборудования, материалов, зданий и земли. Таким образом, даже с целью легкого получения кредитов предприятия будут заинтересованы иметь амортизационные фонды. Это особенно будет важно в сельском хозяйстве, ибо это чрезвычайно кредитоемкая сфера народного хозяйства, а ипотечные залоги совсем не так уж и хороши, как это представляется некоторым экономистам. Ликвидность сельхозземель не очень высока и связана с длинными и сложными процедурами.

    Амортизационные отчисления

          Теперь, когда мы решили проблему контроля за формированием амортизационного фонда и его использованием, можно уточнить и сделать более гибкой саму систему амортизационных отчислений.
          Действительно, жесткая система амортизационных начислений может привести к самым тяжелым последствиям для предприятия. Предположим, мы построили гидростанцию. И если в стоимость производства электроэнергии мы заложим 20 процентов амортизационных затрат, то эта энергия может натолкнуться на отсутствие спроса. В то же время ввиду долговременности функционирования этой станции инвесторы могли бы пойти и на увеличение срока окупаемости своих капитальных затрат.
          Получается, что вновь необходимо разрабатывать на государственном уровне нормативы амортизации по различным сферам применения?
          Думается, что в этом нет никакой необходимости. Любой инвестор заинтересован в том, чтобы как можно быстрее возвратить свои капиталы. И вот предельный срок возврата и должен законодательно регулироваться. Но инвестор вправе увеличивать этот срок на любой иной, как ему заблагорассудится и как это отвечает его экономическим условиям и интересам.
          Другими словами, государство устанавливает норму амортизационных отчислений лишь в качестве верхней границы. Но предприятие само может определять, какие реально амортизационные затраты оно включает в себестоимость в данный момент, лишь бы это не превышало верхней границы. При этом включение этих затрат с выводом их из налогооблагаемой базы должно сопровождаться синхронным перечислением таких же точно сумм в амортизационный фонд предприятия в один из АИФов.
          Таким образом, амортизационные начисления превращаются в один из тончайших инструментов экономического менеджмента. Предприятие может гибко использовать этот инструмент в своей экономической деятельности и конкурентной борьбе. Например, на стадии внедрения продукции предприятие может вообще не включать амортизационные расходы в ее стоимость, тем самым уменьшая ее цену. А на стадии завоевания рынка оно уже может включать эти расходы в полном объеме.
          Думается, что с целью предотвращения недобросовестной конкуренции однотипные предприятия будут по своей инициативе и без вмешательства государства создавать ассоциации, которые будут рекомендовать своим членам использовать единые нормы амортизационных начислений или некоторые интервалы для этих начислений. Таким образом, различные нормы амортизации возникнут де-факто, но уже без всякого диктата государства, по инициативе самих производителей.
          Может возникнуть вопрос: а есть ли тогда смысл устанавливать законодательно верхнюю границу этих начислений? Думается, да, и прежде всего, в целях защиты потребителей от производителей-монополистов. Например, хотя бы в условиях патентной монополии. Пользуясь монопольным положением, такие производители могли бы резко увеличить нормы амортизации, чтобы окупить свои средства до окончания срока монополии или по иным причинам, завышая цены.
          Другой резон состоит в том, что установление таких норм будет до некоторой степени средством борьбы с фиктивным списанием основных средств, например, с целью ухода от налогообложения собственности. Уменьшение учетного значения основных средств будет в этом случае препятствовать быстрому или даже нормативному возврату инвестированного капитала, так как при этом уменьшается и размер возможных амортизационных начислений.
          Однако здесь возникает еще одна проблема. Общество заинтересовано, чтобы вместо расходования прибыли она также инвестировалась. Ввиду этого предлагается возможность сверхнормативного начисления амортизации, но уже из прибыли предприятия, причем в этом случае предприятие получает налоговую скидку в размере 50 процентов налога с прибыли. Таким образом осуществляется стимулирование вложения прибыли в производственный процесс, а не ее растрата на цели личного потребления.

    Бухгалтерский учет основных средств

          Государственно установленный бухгалтерский отчет по основным средствам может быть теперь существенно упрощен.
          Амортизационный фонд непосредственно учитывается на счете предприятия в АИФе. В бухгалтерском учете ведется учет основного капитала по его остаточной, текущей стоимости. При каждом перечислении средств в амортизационный фонд соответствующая сумма основного капитала списывается как проамортизированная. Таким образом, в случае отсутствия капиталовложений извне происходит одновременный рост амортизационного фонда и уменьшение основного капитала. А их сумма остается неизменной. При затратах амортизационных средств на цели восстановления происходит уменьшение амортизационного фонда при одновременном росте основного капитала. Сумму основного капитала и амортизационного фонда можно назвать главным капиталом. Главный капитал в процессе производственной деятельности остается неизменным, только преобразуется из основного капитала в амортизационный фонд и обратно.
          Списание или вывод основных средств из эксплуатации не отражается на величине главного капитала. Таким образом, владелец основных средств волен использовать свои производственные средства столько времени, сколько считает целесообразным. Контроль государства над реальным использованием основных средств, характерный для тоталитарной государственной экономики, полностью ликвидируется. (Вспомним, какие по вопросу списания основных средств возникали коллизии, как крушили молотками и кувалдами списываемое оборудование специальные комиссии только с од-ной-единственной целью – не допустить фиктивного списания оборудования.)
          Отметим, что в случае сверхнормативного начисления амортизации из прибыли уменьшения основного капитала на соответствующую величину не делается, а, следовательно, главный капитал в этом случае возрастает. Таким образом, нераспределенная прибыль, зачисленная в амортизационный фонд, является способом увеличения главного капитала.
          Главный капитал также увеличивается при покупке амортизационных средств и при вложениях со стороны и уменьшается при продаже амортизационных средств.
          Мы получаем ряд финансовых характеристик капитала: размер главного капитала, его структуру, то есть долю в нем основного капитала и долю амортизационных средств, среднюю норму амортизационных отчислений, норму прибыли, отношение фонда зарплаты к главному капиталу, отношение величины оборотных средств к главному капиталу.
          Таким образом, учет основных средств становится чрезвычайно простым, строго документированным на основе банковских (АИФ) проводок.
          Счет износа основных средств должен быть ликвидирован, ибо не дело бухгалтерии определять физический износ основных средств. Это зависит от условий эксплуатации этих средств. Продажная цена должна определяться не на основе бухгалтерского учета, а на основе конкретного договора между покупателем и продавцом. Таковы принципы рыночной экономики.

    Федеральный инвестиционный фонд

          Если внимательно присмотреться к предложенной системе, то нельзя не заметить, что во многом мы возвращаемся к социалистической «двухслойной» денежной системе.
          Действительно, теперь «длинные» деньги – амортизационные средства – движутся в собственном денежном пространстве, отдельном от пространства «коротких» денег – денег на зарплату, материалы и пр.
          В социалистической экономике было близкое разделение «коротких» и «длинных» денег, когда деньги из амортизационных средств были отделены от средств предприятия на зарплату и материалы.
          Наконец, сами АИФы – возрождение на некотором новом этапе так называемых «промстройбанков», через которые осуществлялся в СССР инвестиционный процесс.
          Несчастье нынешнего момента как раз и состоит в том, что произошло объединение «длинных» и «коротких» денег и короткие деньги «пожрали» длинные, так как первые гораздо более выгодны банкам. И все попытки восстановления «длинных» денег в условиях единого денежного пространства оказались обреченными на провал. Многочисленные инвестиционные компании, фонды и банки на практике реально оказываются теми же самыми инструментами обслуживания «коротких» денег.
          Только разделение сфер движения денег, расслоение единого денежного пространства на подпространство «длинных» и подпространство «коротких» денег позволяет вновь восстановить инвестиционный процесс.
          Но в отличие от социалистической системы, где переток между этими подпространствами не допускался и потому имел криминальный или полукриминальный характер (вспомним начальный этап развития кооперации, на основе обслуживания этого перетока многие ныне известные фирмы получили свои начальные капиталы), мы имеем легальные механизмы перетока денежных средств между этими подпространствами в виде финансового рынка амортизационных средств. Поэтому и не может быть здесь никакой преступности, никакой нелегальной деятельности.
          С целью государственного управления сферой «длинных» денег предлагается создать федеральный инвестиционный фонд.
          Он должен получить свои уставные средства в виде чисто эмиссионных денег и, кроме того, ежегодно подпитываться эмиссией в объеме, устанавливаемом Госдумой или правительством.
          Этот фонд должен на финансовом рынке амортизационных средств выполнять регулирующую роль, аналогичную роли ЦБР на валютном рынке. Одновременно этот фонд может служить в качестве источника кредитных ресурсов «длинных» (амортизационных или инвестиционных) денег для АИФа или отдельных предприятий.
          Государственные инвестиции удобно осуществлять через АИФы.
          Вполне логично при этом эмиссию осуществлять в рамках бюджетного процесса. Эмиссия должна происходить в сфере «длинных» денег, и все эмиссионные средства должны направляться исключительно на инвестиционные цели. Этим самым инфляционный характер эмиссии будет в существенной части подавлен.
          Действительно, инвестиционные средства идут на капитальное строительство и в значительной степени не на зарплату, а на закупки оборудования, материалов и т. д. Таким образом, путь превращения инвестиционных денег в средства оплаты труда максимально растянут. В отличие, к примеру, от передачи эмиссионных денег на финансирование госаппарата, при которой деньги сразу же появляются на потребительском рынке, вызывая инфляционные явления. Предлагаемый механизм эмиссии и есть тот самый «бюджет развития», о котором сейчас так много говорится. К сожалению, в настоящее время этот бюджет строится в отрыве от общего инвестиционного процесса в стране. Здесь же предлагается органическое слияние бюджета развития (денежной эмиссии) и общего инвестиционного процесса в стране.
          Отметим важный момент. Чистая эмиссия происходит во всех странах. Например, эмиссия в США осуществляется Федеральной резервной системой в ходе так называемых операций на вторичном рынке ценных бумаг. Поэтому отказ в последние несколько лет от простой эмиссии в России является ошибочным, важен механизм «впрыска» эмиссионных денег в экономическую систему. Думается, что предлагаемый впрыск через инвестиционный механизм отнюдь не хуже, чем впрыск через рынок ценных бумаг, используемый в США.
          Думается, что без всякого неблагоприятного инфляционного воздействия объем эмиссии вполне может составить до 40 триллионов в год.
          Отметим, что эмиссионные средства должны направляться прежде всего на финансирование проектов, коммерческая привлекательность которых для частных инвесторов недостаточна, однако они важны для общества. Это такие области, как транспорт, коммуникации, космонавтика, фундаментальные научные исследования, новейшие энергетические процессы, экология.

    Государственный сектор

          В области государственной экономики государство как владелец имеет право устанавливать свои нормы и правила в сфере амортизации. В принципе оно может восстановить по отношению к собственным (казенным) предприятиям старую систему амортизации. Это право государства как собственника. Для этого достаточно иметь подзаконные акты на уровне постановлений правительства.
          Кроме того, должна быть предусмотрена возможность вводить особый амортизационный статус для предприятий, имеющих особую общественную и государственную значимость. Это такие предприятия, которые могут оказать разрушающее воздействие на экологию, предприятия, эксплуатирующие памятники старины и т. д. Естественно, что для таких предприятий свобода амортизационных отчислений и их использования должна иметь ограничения.

    Хартия инвестора

          Предлагается включить в Закон о восстановлении основного капитала и инвестициях ХАРТИЮ ИНВЕСТОРА. В этой хартии должны быть на законодательном уровне зафиксированы права и обязанности инвестора (производственного инвестора). Нужно отличать при этом производственного инвестора, вкладывающего средства в производство, от так называемого «портфельного» инвестора, который вкладывает средства в ценные бумаги, то есть в права над юридическим лицом, как правило, производителем.
          Таким образом, надо четко различать вложение средств в производство и вложение средств в производителя , который уже сам, самостоятельно, использует эти средства. Права производственного инвестора и портфельного инвестора резко отличны. Так, производственный инвестор имеет право на восстановление основного капитала, для чего и служит механизм амортизации. Права портфельного инвестора уже более определяются условиями его конкретного соглашения с объектом инвестиции, а также видом инвестиционного инструмента. Например, если портфельный инструмент есть облигации, то право на восстановление, возврат капитала имеется. Если таким инструментом являются акции, то такое право отсутствует, хотя и есть возможности, например путем перепродажи, но сам инвестант не гарантирует возврат этих средств.
          Важен принципиально новый подход. Права инвестора должны на новом этапе заменить так называемое «священное право частной собственности». Инвестор с точки зрения финансового права не создатель предприятия или еще какой ценности, над которой он приобретает вечные и неотчуждаемые права. Он создает не собственность, а лишь вкладывает капитал, который он имеет право, с одной стороны, возвратить, а с другой стороны, получить на этот капитал прибыль. Но никаких гарантий на вечное владение государство ему вовсе не обязано давать. Понятие «вечное владение» – это пережиток рабовладельческого строя и феодализма, когда сеньор получал право на вечное владение поместьями, деревнями, крепостными или рабами. Капитализм имеет дело лишь с капиталом, и его права должны распространяться исключительно на капитал и лишь в опосредствованной форме на материальное выражение этого капитала.
          В хартии инвестора должны быть сразу же зафиксированы и обязанности инвестора.
          Принятие хартии инвестора особенно важно в условиях привлечения иностранных инвестиций. Тем самым для иностранных инвесторов даются гарантии на капитал, но в то же время они не идут дальше этого, то есть ясно заявляется, что никакого абсолютного владения ни землей, ни объектом инвестиций государство вовсе не гарантирует.
          Это абсолютно логичный и деловой подход, который решает проблему собственности. Государство отнюдь не продает землю, недра и т. д., а лишь предоставляет иностранцам осуществлять экономически выгодные вложения капитала. И ничего больше при этом не гарантируется и не обещается. Вложения средств в производство всего лишь частный случай использования капитала. Альтернативой такому использованию являются вложение средств в банки, в финансовые обязательства (ценные бумаги) предприятий или государства, в ссудные финансовые учреждения и т. п. Цель этих вложений – получение прибыли. И все права инвесторов должны ограничиваться именно сферой финансов. И ни о какой «священной частной собственности» речи нет и не может быть. Есть лишь финансовые обязательства и права. Государство должно обеспечить эти права и обязанности. Но не надо строить над этими финансовыми отношениями мистику «нерушимости», «священности» и т. д.
          С этой целью, думается, было бы полезно ввести в бухучет специальный счет накопленной с начала инвестиционного процесса чистой (распределенной) прибыли.

    Заключение

          Как нам представляется, полностью разработаны принципы создания эффективной системы восстановления основных средств для новой ситуации в стране – перехода к рыночной экономике и частногосударственным формам собственности на основные средства. С одной стороны, они дают простор для экономической самостоятельности, а с другой стороны, получаются чрезвычайно простые и эффективные механизмы по регулированию этого процесса и контролю за ним со стороны государства и общества.

    Денежная система финансового общения со странами евразии

          Внастоящее время страны бывшего СССР не имеют надежного механизма финансового общения. И потому столь неэффективно само Содружество Независимых Государств. Все интеграционные планы фактически наталкиваются на эту проблему, проблему отсутствия надежных средств финансового общения. Даже отношения с Белоруссией, в которых с обеих сторон действуют мощные интеграционные силы, увы, не могут сдвинуть процесс сближения и объединения с позиций деклараций и намерений исключительно по этой причине.
          В 1993 году был создан Евразийский банк, который по идее должен был стать основой этого финансового общения. Увы, он так им и не стал. Да и не мог им стать, ибо предусмотренный в нем сложнейший клиринговый механизм, основанный на использовании национальных валют, неработоспособен. Напомним, что на подобных идеях в Европе в свое время пытались создать Европейский платежный союз, который просуществовал неполных два года, а затем был ликвидирован ввиду своей полной неэффективности.
          Клиринговый механизм финансового общения мог существовать и относительно успешно действовать лишь в СЭВе, так как экономики всех входящих стран были централизованными, государственно управляемыми. Но в условиях диверсификации экономического управления клиринг становится невозможным либо весьма малоэффективным.
          Таким образом, проблема простого и надежного механизма финансового общения стран СНГ стала первостепенной задачей. И здесь необходимы как новые подходы, так и использование имеющегося мирового опыта.
          Предлагается создать систему финансового общения на пространстве Евразии на основе одной национальной валюты, причем валюты страны, входящей в сам круг общающихся стран. Такой валютой, естественно, может быть только валюта самой крупной страны этого содружества России. Тем более что в настоящее время рубль стабилизировался, и его использование уже не может вызывать тех трудностей, которые возникали бы в условиях его гиперинфляции.
          Таким образом, в основе предложения стоит предложение о создании Содружества финансового общения – СФО. В качестве валюты общения предлагается использовать российский рубль, который на этом пространстве приобретает статус международных (региональных) денег.
          Как же должен работать механизм финансового общения в СФО?
          С этой целью создается Центральный банк Содружества финансового общения – ЦБ СФО. Всем государствам – членам финансового содружества открывается в этом банке рублевый счет.
          Денежные средства ЦБ СФО имеют чисто эмиссионный характер и не имеют никакой поддержки какими-либо банковскими активами. Никакого обеспечения золотовалютными резервами авуары этого банка не имеют. Эти авуары имеют чисто эмиссионную природу.
          Эти средства имеют безналичный характер и не могут быть проконвертированы через банк в наличные рубли. ЦБ СФО работает исключительно с безналичными денежными средствами.
          Через этот банк ведутся все расчеты между членами Содружества. Причем расчеты, естественно, в рублях. Банк имеет характер расчетного учреждения и не имеет кредитных функций. Клиентами банка являются только государства, входящие в СФО. В качестве представителей государств выступают центральные банки этих государств. Таким образом, все движения денежных средств через этот банк сводятся к перечислению денег с одного счета на другой в этом же банке. Ни выйти за пределы банка, ни войти в него откуда-нибудь снаружи деньги не могут. Мы имеем полный закон сохранения банковского актива ЦБ СФО. Он остается неизменным при любых банковских операциях. Поэтому и общего кризиса неплатежей здесь просто не может быть. Если у одних государств на счетах нет денежных средств, то это означает, что они сосредоточились на счетах других стран.
          Таким образом, вся торговля между странами Содружества ведется на рубли и исключительно через счета в ЦБ СФО. Деньги при этом только перемещаются по кругу, но никуда не уходят и ниоткуда не приходят.
          Так как за рублем стоит достаточно крупная экономика России, то именно эта экономика и дает денежной единице СФО меру и ценность. Это чрезвычайно важно, так как при создании специальной валюты встал бы очень сложный вопрос о ее мере и цене, о ценах товаров в этой валюте. А так у нас всегда есть образец (но не норматив) цены на почти любой товар на российском экономическом пространстве.
          Реальными клиентами ЦБ СФО являются центральные банки стран участников Содружества. Счета этих банков являются чисто коммуникационными (корреспондентскими) счетами, то есть центральные банки не осуществляют никакого распоряжения над этими денежными средствами.
          Рассмотрим для примера, как российское предприятие может осуществить платеж предприятию в другой стране Содружества.
          У российского предприятия, естественно, имеется рублевый счет в одном из коммерческих банков России. Платежеполучатель также должен иметь рублевый счет в одном из банковских учреждений собственной страны. Российское предприятие выписывает обычным образом платежное поручение своему банку для перечисления денежных средств на счет своего клиента в другой стране, указывая реквизиты его банковского рублевого счета. Банк направляет авизо в ЦБ РФ, причем резервный счет коммерческого банка в ЦБ РФ, который есть у всех банков, используется как корсчет, через который и идет этот платеж. ЦБ РФ списывает с резервного счета коммерческого банка сумму платежа и направляет авизо в ЦБ СФО. ЦБ СФО списывает со счета ЦБ РФ соответствующую сумму, зачисляет ее на счет центрального банка страны получателя и направляет авизо в центральный банк страны получателя. Последний начисляет на резервный счет банка получателя соответствующую сумму и направляет авизо в этот банк, который уже и производит окончательное зачисление денежных средств на рублевый счет получателя. Операция финансового общения закончена. На счете плательщика, на резервном счете банка плательщика и на счете ЦБ РФ в ЦБ СФО произошло уменьшение денежных средств, на счете ЦБ страны получателя в ЦБ СФО, резервном счете банка получателя и на рублевом счете получателя произошло соответствующее увеличение денежных средств, количество денежных средств (сальдо баланса) в ЦБ СФО осталось при этом неизменным.
          Точно так же могут идти расчеты между предприятиями Туркмении и Таджикистана, Азербайджана и Армении, Молдавии и Киргизии, любыми предприятиями – членов СФО. При этом никаких иностранных валют, золотых резервов и прочего совершенно не требуется.
          Таким образом, российские предприятия будут вести расчеты со своими иностранными контрагентами абсолютно так же, как если бы это были российские предприятия.
          Однако в других странах СФО рубль является нерезидентной валютой, и в принципе их предприятия не имеют рублевых счетов. Поэтому возникает вопрос, каким образом эти предприятия могут получить рублевые денежные средства для осуществления операций с иностранными предприятиями.
          И здесь действует главный принцип Содружества. Способ подключения резидентных предприятий к международной рублевой денежной системе входит в компетенцию исключительно самих этих государств. Содружество это не интересует, и оно в этот вопрос не вмешивается. Например, если в некотором государстве – члене СФО имеет место государственная экономика, то в этой стране государство может административно распределять имеющиеся в его распоряжении рублевые средства между предприятиями по своему желанию. Если же экономика рыночная, то рублевые средства могут продаваться, например, на бирже международных валютных средств путем добавления к торгам по доллару и немецкой марке торгов по международному рублю. Какой курс рубля в резидентной валюте будет установлен (директивно или через валютный рынок) в странах Содружества – это также всецело проблема самих этих стран, в которую ни Россия, ни Содружество в целом никак не вмешиваются. Ведь если курс международного рубля будет занижен, то будет выгоден импорт в данную страну из других стран Содружества. Но при этом рублевые денежные средства очень быстро истощатся, и возможности этого импорта соответственно прекращаются. Если же курс слишком завышен, то будет выгоден экспорт и невыгоден импорт, на рублевом счете в ЦБ СФО накопятся слишком большие рублевые суммы, а экономика страны лишится импортных ресурсов. Таким образом, управляя курсом рубля в резидентной валюте, каждое из государств может весьма тонко настраивать свою экономическую политику.
          Именно рублевые курсы становятся очень тонким инструментом настройки экономических взаимоотношений в рамках СФО. Такого инструмента в настоящее время не существует.
          В то же время можно предположить, что для каждой из стран будет выгодно поддерживать соотношение между рублевым и долларовым валютными паритетами национальной валюты таким, чтобы было выгодно покупать товары в рамках Содружества, а продавать свои товары на международном рынке. Ведь рубль – это региональная валюта, а доллар – мировая, и потому более привлекателен. Но ведь доллар нужно еще где-то достать, а рубль в объеме квоты дается совершенно бесплатно. И, кроме того, в странах Содружества пока что не очень много товаров, обладающих конкурентоспособностью на мировом рынке. Так что эта тенденция вряд ли будет очень обременительна и будет сдерживать экономические отношения между странами содружества. Наоборот, Содружество становится как бы трамплином для выхода национальных товаров на мировой рынок, так как в рамках торговли внутри Содружества будет происходить повышение качества этих товаров до уровня, когда их уже можно будет предложить и на мировой рынок.
          Мы видим, что финансовые отношения страны с другими членами Содружества возможны лишь при наличии на счете этой страны в ЦБ СФО рублевых средств. Но что же делать, если по какой-то причине этих средств не оказалось.
          Сам по себе этот факт сигнализирует, что государство ведет несбалансированную финансово-экономическую политику, слишком много импортирует и слишком мало экспортирует. И это будет первым сигналом, что надо увеличивать экспорт собственной продукции или услуг. Но коррекция экономической политики дело не быстрое, а надо что-то предпринимать уже сейчас.
          Центральный банк Содружества никаких кредитов не дает, овердрафт (отрицательное значение счетов) не допускает, и потому к нему обращаться нет смысла. Но возможно несколько путей пополнения рублевого счета. Первый путь – взять заем у страны, у которой на счете имеется излишек рублевых средств. Второй путь – продажа принадлежащей государству собственности, например каких-то акций, интересных для других предприятий с передачей их в совместную или полностью иностранную собственность. Это может случиться в том числе и с Россией. Хотя в России рублей громадное количество, но если на счете России в ЦБ СФО нет денег, то российские агенты не смогут провести свои платежи в другие страны. И здесь уже должно будет принимать меры правительство. Например, оно может осуществить поставки нефтепродуктов или газа какой-то стране или принять иные изложенные выше меры, чтобы пополнить корсчет ЦБР в ЦБ СФО.
          Таким образом, для финансового общения юридических лиц и государственных учреждений этот механизм создает прекрасные возможности. Но как будет осуществляться финансовое общение физических лиц, сограждан бывшей единой великой страны, на пространстве которой до сих пор имеются многочисленные родственные и иные связи граждан различных стран?
          Каждый из членов СФО самостоятельно решает вопрос о возможности иметь физическим лицам рублевые счета в резидентных банках. Если на такие счета физические лица будут иметь право, то появляется возможность общения между гражданами различных стран через безналичные расчеты. Можно будет посылать деньги своим родственникам из одной страны Содружества в любую другую. Если же рублевые счета физических лиц запрещены, то при посылке рублевых денежных средств они подвергаются принудительной конвертации в резидентные денежные средства.
          Однако физические лица при поездках и в приграничной торговле используют пока что преимущественно наличность. Не будет ли вышеописанный механизм препятствием такому общению физических лиц?
          Покажем, что это не так.
          Для обеспечения возможности работать с наличностью Россия объявляет свой рубль за пределами России (но в пределах СФО) высоколиквидным товаром, который покупается у правительственных органов членов СФО без ограничения и по номиналу и может быть продан любому государству Содружества также по номиналу. Впрочем, возможно и использование каких-то небольших дисконтов или маржи, этот вопрос должен быть рассмотрен дополнительно.
          Итак, если россиянин приезжает на Украину, то он просто обменивает свои наличные рубли в банке на гривны. Банк, в свою очередь, может при избытке продать эти рубли ЦБ Украины. А ЦБ Украины может их предъявить к продаже России, причем Россия их покупает как обычный товар через свой безналичный счет в ЦБ СФО. Таким образом, Украине выгодно привлекать туристов из России и остальных стран СФО с их рублевой наличностью, так как этим она пополняет свой счет в ЦБ СФО, на который она закупает газ, нефть или иные товары у России или у других стран Содружества.
          В некотором смысле государствам СФО наличные рубли даже выгоднее, так как при финансовом общении через безналичный рубль средства поступают в распоряжение определенных юридических лиц, а при наличном общении рублевые средства поступают в распоряжение сразу государства.
          Если же житель Туркменистана пожелает съездить на Украину, то он купит рубли в Туркменском банке и затем едет на Украину, как и россиянин. Таким образом, вновь интенсифицируются разорванные контакты между гражданами бывшего СССР, что воспринимается в настоящее время как одно из самых мучительных последствий развала СССР.
          В приграничной торговле между Россией и другими странами наличный рубль может использоваться непосредственно в качестве валюты платежа, а накопившиеся излишки рублей нероссийские граждане без всяких осложнений смогут конвертировать в резидентную валюту в своих банках. Как же вести приграничную торговлю между иными странами СФО – этот вопрос они должны будут решать сами в двухстороннем порядке.
          Для обеспечения своих сограждан наличными рублями, например для их поездок в другие государства члены СФО, эти члены могут покупать наличные рубли у России по номиналу или с некоторой маржой.
          Таким образом, данный механизм позволяет обеспечить эффективное финансовое общение не только юридических, но и физических лиц.
          Но можно пойти и несколько дальше. Действительные члены финансового содружества обязаны будут по Уставу СФО вести всю торговлю между собой исключительно в рублях. Но можно вполне представить, что и некоторые другие страны, например страны Балтии, были бы готовы, хотя бы частично, вести свою торговлю со странами СФО на основе международных рублей, а не СКВ, с которыми у них не густо. Однако на полное включение в Содружество они не готовы. Для таких стран можно ввести статус ассоциированного члена Содружества. Ассоциированный член может (но не обязан) осуществлять свое финансовое общение с членами СФО на рубли. Такому члену открывается счет в ЦБ СФО, но эмиссионная рублевая квота ему не полагается. Он должен сам зарабатывать рубли и использовать их в своей торговле со странами СФО. Либо он может купить международные рубли в объеме не выше причитавшейся бы ему квоты за СКВ по пониженному курсу. Получающуюся при этом валюту можно будет вкладывать в специальный Фонд СФО, средства которого использовать для некоторых общих для СФО целей, например поддержки наиболее бедных стран, для оказания гуманитарной помощи при стихийных бедствиях и т. д.
          Думается, что на таких условиях в качестве ассоциированных, а в дальнейшем, возможно, и полных членов в СФО могли бы вступить и такие страны, как Куба, Северная Корея, страны Балтии, некоторые страны бывшего СЭВа. В результате постепенно СФО могло бы фактически вновь вырасти до размеров СЭВа, а может быть, и даже перерасти его размеры. Ведь чем больше это содружество, тем выгоднее в нем состоять. К тому же оно накладывает на суверенитет входящих стран самые минимальные ограничения, а на торговые и экономические отношения с нечленами СФО вообще не накладывает никаких требований, что резко отличает СФО от, к примеру, Общего рынка, в котором есть чрезвычайно серьезные ограничения и по суверенитету, и по отношениям с нечленами этого объединения.
          А на основе финансового содружества могли бы легче решаться проблемы содружества и в других областях экономических, политических, гуманитарных, военных, экологических, таможенных и иных. Фактически предлагается инверсный путь объединения Евразии по отношению к Западной Европе. В Западной Европе путь объединения шел в направлении политическом, затем экономическом, и сейчас ведутся попытки финансового объединения, что вызывает большие трудности. Предлагается в Евразии объединительные процессы перевернуть: сначала финансовое объединение, потом экономическое и лишь на последней стадии, если будет к этому общее желание, политическое.
          Рассмотрим теперь вопрос о квотах. Каков должен быть объем рублевой эмиссии на счетах ЦБ СФО?
          Можно оценить, что объем взаимной торговли стран Евразии между собой составит очень скоро величину порядка 100 миллиардов долларов в год. Если мы предположим, что международные рублевые средства будут обращаться со скоростью десять циклов в год, то необходимый объем денежных средств составит 10 миллиардов долларов. Или в рублях это составит 50 триллионов рублей. Таков объем рублевой эмиссии. И именно такова должна быть валюта баланса ЦБ СФО. Именно в таком объеме должны быть эмитированы рубли в ЦБ СФО.
          Но как эти 50 триллионов разделить на отдельные квоты? Можно предложить различные методы квотирования. Например, в МВФ проблема квотирования вызвала к жизни целую науку, разрабатывавшуюся самыми светлыми умами Гарварда, Оксфорда и Сорбонны. Но, думается, наиболее наглядный и естественный способ квотирования может быть основан на численности населения страны. Это к тому же соответствует новой идеологии («новому мышлению», которое с такой безуспешностью пытался внедрить в мозги западных политиков наш бедный Горбачев), идеологии XXI века, в которой на первый план выходит человек, а не организационные структуры, в том числе и само государство. И если принять общую численность населения стран бывшего СССР в 250 миллионов человек, то квота на одного жителя будет равна 40 долларам.
          Таким образом, чтобы определить рублевую квоту какого-нибудь действительного члена СФО, необходимо умножить численность населения на квоту на одного жителя. Например, если в Туркменистане проживает 5 миллионов человек, то при вхождении в СФО на счет Туркменистана сразу же записывается сумма в размере 1 триллиона рублей, что эквивалентно 200 миллионов долларов. И на эту сумму Туркмения будет закупать у других стран СФО продукты и товары, в то же время и сама продавая на рубли другим странам свою нефть и газ. Причем для Туркмении не будет иметь значения, какая из стран больше покупает, а какая больше продает. Ее забота состоит в том, чтобы в среднем счет ее в этом банке не слишком далеко уклонялся от начальной суммы. Но даже если и отклонится далеко, то проблемы также не возникнет, так как размер квоты дает время для принятия решений и исправления положения.
          Квота России при этом составит примерно 6 миллиардов долларов, или 30 триллионов рублей. Однако для России эта квота не может превышать сумму всех квот остальных государств. Она должна быть не более примерно трех четвертей от общей квотной суммы всех остальных участников. И поэтому квота России должна быть уменьшена. И если эта квота составит 600 миллионов долларов, то Россия получает эту сумму абсолютно бесплатно, одним росчерком пера. Если же использовать механизм торговли на СКВ, то можно представить, сколько необходимо будет вывезти из России нефти, металлов и других сырьевых ресурсов на эту сумму.
          Казалось бы, по всем канонам монетаризма при одновременной эмиссии 30 триллионов рублей должна была бы начаться сразу же бешеная инфляция. Увы, законы монетаризма уже давно устарели. Инфляции от этой эмиссии не может начаться потому, что эти деньги никому не даются. Они лишь создают корсчет ЦБ РФ в ЦБ СФО, а конкретно ими никто не может распоряжаться, ни одного нового рубля у конкретных пользователей не появляется. Эти деньги не принадлежат никому на праве собственности, ни ЦБ, ни государству, а принадлежат на праве распоряжения всей стране. Это принципиально новое явление в денежно-финансовой сфере – деньги, не являющиеся ничьей, даже государства, собственностью. Вот в чем сложность этого механизма, с точки зрения его понимания для классического монетариста и даже банкиров.
          Начинать создание Содружества можно необязательно сразу со всеми странами СНГ. Можно начать создание Содружества из двух – России и Белоруссии, или трех, дополнительно Казахстана, членов. А затем к этому Содружеству будут постепенно присоединяться другие страны на основе действительного или ассоциированного членства.
          Итак, мы видим, что простой и эффективный механизм финансового общения стран Евразии (а может быть, и шире) существует.
          Легко убедиться, что в нем логично сочетается целый ряд известных и апробированных финансовых механизмов: Бреттон-Вудский механизм использования одной национальной валюты в качестве средства межгосударственного финансового общения с самостоятельным и независимым определением курсовой стоимости этой валюты в резидентной, механизм генерации валюты общения из ничего, из воздуха, использованный в свое время не без успеха при создании специальных средств заимствования (СПЗ) – официальной валюты МВФ, механизм объединения стран, близкий к механизму Общего рынка с его действительными и ассоциированными членами.
          Ввиду большого объема деньгооборота, который будет идти через ЦБ СФО, он должен сразу же делаться как полностью компьютеризированный и автоматизированный расчетный центр. Для уменьшения коммуникационных расходов возможно создание нескольких региональных филиалов этого банка, например Среднеазиатский филиал в Ташкенте, который будет обрабатывать движение денежных средств в этом регионе, Закавказский филиал, Московский филиал, а штаб-квартиру этого банка выгодно было бы иметь в центре Евразии, например в Акмоле. Филиал обрабатывает все платежи между соответствующими странами в течение банковского дня, а в конце его передает данные о движении средств в Центральное управление для полного подведения баланса. Ясно, что потребуется создание высокоскоростных и надежных коммуникационных средств (информационных супермагистралей) между столицами государств и филиалами, а также между филиалами и центром. Но это как раз и есть самая насущная проблема, решение которой может быть резко стимулировано и ускорено. Причем эти супермагистрали могут быть использованы и для других целей, например для целей общения по Интернету. Оплату каналов можно будет возложить на сами государства, а использование этих каналов для интернет-целей можно будет предоставлять бесплатно или по пониженной цене, что резко удешевит стоимость интернет-услуг на пространстве Евразии и позволит этому пространству быстрее войти в мировое информационное сообщество.
          Очень важно отметить следующее. Несмотря на то что в качестве регионально-международной используется валюта России, никаких видимых материальных преимуществ, односторонних привилегий, доходов Россия не получает. Она никого не эксплуатирует, а имеет те же условия, что и все члены СФО. Конечно, растет ее престиж. А финансовые и экономические выгоды получают все. Важно отметить, что, сколько бы в России не было своих внутренних рублей, выйти на рынок Содружества могут только те деньги, которые имеются на ее счете в СФО. Таким образом, никакой эксплуатации других стран со стороны России нет и в помине. Внутреннюю денежную политику России можно настраивать в соответствии с собственными внутренними интересами. Как это резко отличает предлагаемый региональный финансовый порядок от существующего Мирового финансового порядка, в котором именно США получают гигантские односторонние привилегии и осязаемые экономические и финансовые выгоды, что позволяет даже с полным правом этот порядок назвать «американским финансовым империализмом».
          Можно при этом допустить, что ожесточенное сопротивление этому окажет МВФ как непосредственно, так и через своих агентов влияния. Ведь эта организация давно превратилась в агентство по продвижению доллара на мировые рынки, а здесь доллару наносится чувствительный удар, из орбиты долларового межгосударственного общения выводится громадный, по крайней мере в одну шестую часть Земли, регион с далеко идущими последствиями и прецедентами и для других районов планеты.
          Итак, существует возможность создания высокоэффективного механизма финансового общения евразийских стран. Вопрос теперь в реализации этого механизма, в создании на базе Содружества Независимых Государств Содружества финансового общения.

    Денежно-платежная система для общения с высокоразвитыми странами

    Долларизация экономики. Зло или благо?

          Долларизация экономики становится фактом, вызывающим все большую тревогу экономистов, финансистов и политиков.
          Суть долларизации заключается в проникновении во внутреннюю финансовую систему денег третьих стран, и прежде всего денег наиболее мощного в финансовом плане государства современного мира – доллара США. Долларизация ведет к разрушению внутренней финансовой системы, а вслед за этим происходит деформация экономики, которая уже начинает работать не на собственные нужды страны, а на нужды западной (американской прежде всего) экономики. Долларизация и есть механизм финансового империализма, механизм включения России в систему современного неоколониализма, превращения как России, так и других бывших соцстран в новое колониальное пространство индустриального Запада и Востока.
          Если посмотреть с исторической точки зрения, то всю свою историю СССР находился под непрерывным давлением долларизации, и только жесткое государственное противостояние, использующее все меры административного регулирования и правового запугивания (вплоть до смертной казни за незаконную валютную деятельность), предотвращало этот процесс либо сводило его к терпимому минимуму. Фактически именно в этом и состоял глубинный смысл самой системы социализма.
          Вот почему сейчас все попытки противостоять этой долларизации практически нереальны. Любые принимаемые меры или запреты только усугубят ситуацию. Ограничения на использование доллара заведомо окажутся малоэффективными и в качестве результата приведут лишь к тезаврации валютных средств юридических и физических лиц за пределами страны в западных банках, к эмиграции владельцев этих средств вслед за своими капиталами после достаточного их накопления, где последние получат свободу использования.
          Долларизация приводит к падению курса рубля (по отношению к доллару), что подстегивает инфляцию, которая, в свою очередь, еще более увеличивает падение курса рубля. Таким образом возникает порочный круг гиперинфляции. Выход из него за счет жесткой политики ограничения денежной массы (дефицитизация рубля) приводит к стабилизации финансов, но к разрушению экономики, которая не может работать в условиях дефицита денег.
          Мы видим, что долларизация есть объективный финансовый процесс, связанный с приобщением России и других бывших соцстран к мировой финансово-экономической системе на тех условиях, которые сложились в современном мировом сообществе в виде так называемого Мирового финансового порядка, основная направленность которого как раз и состоит в обогащении «высокоразвитого Севера» за счет «колониального Юга». Основными органами, регулирующими и контролирующими этот процесс, являются Международный валютный фонд, Европейский банк реконструкции и развития и другие международные финансовые институты. Хотелось бы, чтобы было ясно осознано, в рамках этого Мирового финансового порядка Россия не имеет никаких перспектив, участь ее – стать колониальной страной (страной третьего мира). Более того, этот процесс уже фактически происходит с нарастающей скоростью, программа приватизации является одним из последних, завершающих элементов в этом процессе. Результатом его стало превращение России в сырьевой придаток Запада, ликвидация в России всей промышленности высоких технологий, ее научного и культурного потенциала. Это объективный процесс не связан с какими бы то ни было субъективными интересами отдельных лиц или кругов, хотя, естественно, как при любом крупном социальном и экономическом преобразовании, всегда найдутся круги, которым это выгодно, которые именно в этих условиях получают свое процветание. Еще герой «Унесенных ветром» хорошо знал, что нет лучшего времени для бизнеса, чем время «крушения мира».
          Итак, долларизация экономики – объективный процесс, противостоять которому невозможно и бессмысленно. Поэтому не лучше ли поступить прямо противоположно. Приняв «долларизацию» как неотвратимую данность, взять ее под контроль и попытаться использовать в целях именно российского (а не американского) благополучия. Ведь валюта – это могущественнейший экономический фактор, можно сказать, самый мощный экономический фактор, и если им овладеть, то можно совершать подлинные экономические чудеса.

    Мировое валютное средство

          Итак, целью данного анализа является создание такой финансовой системы, в которой бы именно долларизация использовалась на благо России, для целей быстрого ее подъема и возрождения. Но задача эта не проста, она требует очень серьезных политико-финансовых и финансово-экономических анализов, новых парадигмальных подходов, наконец, требуется интеллектуальное мужество, чтобы противостоять интеллектуальной интервенции Запада, который объективно заинтересован в сокрытии и извращении важнейших фактов и механизмов в сфере международных денег и финансов.
          И прежде всего начнем с самого понятия «долларизация». Фактически под этим понимается вторжение и использование в рамках национальной экономики денег третьих стран. Причем речь вовсе не обязательно должна идти о долларах. Если мы хотим использовать валюты третьих стран в собственной экономике, то недопустимо привязываться к какой-либо конкретной национальной валюте, будь то доллар, марка, франк или иена. Особенно опасен доллар ввиду своей нестабильности. Но в промежутках времени достаточной длительности нет никакой гарантии, что какая бы то ни было национальная валюта будет сохранять стабильность.
          Казалось бы, из этого следовало бы допустить хождение самых различных валют высокоразвитых стран. Но такое решение тоже чрезвычайно уязвимо. Что значит, если в стране будет официально допущено хождение десятков валют, которые при этом постоянно меняют свои курсы? Это ведет к экономической и финансовой анархии.
          Современная финансовая практика уже давно дала пути выхода из этой ситуации. Речь идет о так называемых коллективных валютах. К таким валютам относятся «специальные средства заимствования» – официальная валюта МВФ, ЭКЮ – валюта Европейского валютного союза, наконец, именно к этому типу валют принадлежал и наш отечественный инвалютный рубль, почивший в бозе стараниями «великого финансиста» В. Павлова.
          Коллективная валюта основывается на некотором валютном регламенте. Валютный регламент включает в себя:
          валютный перечень (валютную корзину) тех валют, на которых основывается данная коллективная валюта. Например, в валютный перечень СПЗ входит 5 мировых валют, в валютный перечень ЭКЮ входят 12 европейских валют и т. д.;
          весовой вектор, компоненты которого определяют «вес» каждой из валют валютного перечня. Сумма компонент весового вектора равна единице;
          курсы обмена валют из валютного перечня друг друга. Эти курсы обычно изображают в виде валютных курсов по отношению к одной «избранной» валюте, например доллару.
          Для создания мирового валютного средства (МВС) в качестве валютного перечня желательно использовать все национально-мировые валюты, используемые в мировой торговле. Такие валюты иногда называют «свободно конвертируемые валюты».
          Весовой вектор также желательно не фиксировать некоторым волевым образом, как это сделано относительно векторов ЭКЮ или СПЗ, а устанавливать его по реальному использованию тех или иных валют, но ни в коем случае не по экономическому могуществу или производству (Китай, к примеру, – большая экономически страна, но ее валюта может вообще не входить в валютный перечень).
          Наконец, курсы обмена валют берутся на основании данных мирового валютного рынка. Более тонкий анализ показывает, что эта проблема тоже имеет свои подводные камни и не столь тривиальна, как это кажется на первый взгляд. Но это уже касается сугубо профессиональных деталей, на которых мы не будем останавливаться.
          Как же конкретно описать характеристики мирового валютного средства на основании валютного регламента.
          Покажем это на простейшем примере. Для простоты примем валютный перечень, состоящий всего из трех валют: доллара, марки и иены.
          Весовой вектор примем в виде (0,5, 0,3, 0,2). Это означает, что в нашу коллективную корзину доллар входит с весом 0,5, марка с весом 0,3, а иена с весом 0,2.

     
          Наконец, пусть курсовая таблица по этим валютам имеет следующий условный вид:

     
          А теперь примем начальное значение для единицы мирового валютного средства – мировой денежной единицы, МДЕ (International Curriency Unit – ICU):
          1 $ = 100 МДЕ. Тогда получаем естественную курсовую таблицу валют в единицах МДЕ:

     
          Все это несложно. Гораздо сложнее определить, как будут меняться курсы валют в МДЕ при изменении курсов обмена между самими исходными валютами. Пусть, например, через некоторое время доллар подорожал по отношению к дойчмарке и подешевел по отношению к иене, и курсовая таблица приняла вид:

     
          Требуется определить новый курс МДЕ.
          Существуют различные алгоритмы решения этой задачи – алгоритм МВФ, алгоритм бывшего Госбанка СССР (при расчете курса инвалютного рубля), алгоритм ЕВС.
          Мы продемонстрируем наиболее простой алгоритм, основанный на аппарате курсовых матриц обмена и другом представлении валютного регламента.
          Для нового представления валютного регламента нашей коллективной валюты выберем некоторую условную, но фиксированную сумму в МДЕ, например 1000 МДЕ. Тогда, согласно весовому вектору, из этой тысячи половина, то есть 500 МДЕ, представляет долларовую, 30 процентов, то есть 300 МДЕ, – дойчмарковую и 200 МДЕ – ие-новую компоненты. Используя исходную курсовую таблицу, мы можем записать:
          500 МДЕ = 500:100 = 5 $;
          300 МДЕ = 300: 50 = 6 DМ;
          200 МДЕ = 200: 10 = 20 иен.
          Или окончательно получаем валютный регламент в альтернативном представлении:
           1000 МДЕ = 5 $ + 6 DM + 20 иен
          Таково «наполнение» нашей мировой валютной единицы, которое не меняется при любых плавающих изменениях курсов парциальных валют.
          Представим теперь и новую курсовую таблицу в виде курсовой матрицы обмена (КМО). В КМО по столбцам и строкам отложены парциальные валюты, а в клеточках записаны пропорции обмена единицы горизонтальной валюты на вертикальную.
          Из этой таблицы видны пропорции обмена валют (по данным мирового валютного рынка). Например, за одну дойчмарку дают 3,2 иены и т. д.
          А теперь легко, используя альтернативное представление регламента и курсовую матрицу обмена, подсчитать и новый курс парциальных валют в МДЕ.
          Для этого определим стоимость нашей корзины в долларах, марках и иенах.
           1000 МДЕ = 5 $ + 6 DM + 20 иен = = 5Ч 1 $ +6Ч 0,4 $ + 20Ч 0,125 $ = 5 + 2,4 + 2,5 = 9,9 $.
           1000 МДЕ = 5 $ + 6 DM + 20 иен = = 5Ч 2,5 DM + 6Ч 1 DM + 20Ч 0,3125 DM = 12,5 + 6 + 6,25 = 24,75 DM.
           1000 МДЕ = 5 $ + 6 DM + 20 иен = = 5Ч 8 иен +6Ч 3,2 иены + 20Ч 1 иену = 40 + 19,2 + 20 = 79,2 иен.
     
          Итак, получаем курс МДЕ:
          1000 МДЕ = 9,9 $;
          1000 МДЕ = 24,75 DM;
          1000 МДЕ = 79,2 иены.
     
          Или обратный курс – курс парциальных валют:
          1 $ = 1000/9,9 = 101,01 МДЕ;
          1 DM = 1000/24,75 = 40,404 МДЕ;
          1 иена = 1000/79,2 = 12,626 МДЕ.
     
          Итак, мы получили полное решение проблемы пересчета курсов коллективных валют при плавающих изменениях курсов парциальных валют.
          Почему мы так подробно остановились на таком сугубо техническом вопросе? Дело в том, что до сих пор даже среди специалистов в сфере финансов имеется непонимание коллективных валют. Коллективные валюты – это не рыночные валюты. Их курс устанавливается не на валютных рынках, а расчетным путем. Кроме того, сами способы расчета коллективных валют являются сокровенным, почти жреческим знанием буквально считанного числа валютных специалистов во всем мире, которые это свое знание чрезвычайно ревниво оберегают от всех непосвященных. Мы полагаем, что здесь впервые это знание открыто для непосвященных, для широких кругов финансовой и экономической общественности. Пользуясь этим знанием, каждый может сам свободно считать курсы ЭКЮ или СПЗ. А для целей использования мирового валютного средства в качестве коллективной мировой валюты такое знание и понимание особенно важны. Здесь не должно быть никаких мистических покровов, только в этом случае гарантируется надежное функционирование МВС и МДЕ в практической финансово-экономической деятельности.

    Денежная система на основе мирового валютного средства

          Итак, для внутреннего использования предлагается не доллар, а мировое валютное средство, которое должно быть легитимировано для свободного использования внутри страны.
          Но МВС не может иметь бумажного, купюрного выражения. Действительно, МВС всего лишь некоторый заместитель доллара и других «чужих» валют. И печатать соответствующие дензнаки будет государственным фальшивомонетничеством, которое заведомо вызовет острую реакцию всех заинтересованных государств. Таким образом, мировое валютное средство может быть только сугубо счетным денежным средством, то есть храниться на банковских счетах и перемещаться только по счетам, никогда не появляясь в наглядном купюрном образе. Впрочем, это общая судьба всех коллективных валют, ни СПЗ, ни ЭКЮ, ни инвалютный рубль никто никогда не видел въяве, они всегда были и будут счетными деньгами.
          Но отсюда следует еще одно условие, как бы ни критиковали его поборники «криминальной демократии». Использование МВС с неизбежностью требует полнейшего, строжайшего, тотального, не знающего никаких исключений запрета на ввоз в страну наличных денег третьих стран. Действительно, МВС заместитель этих денег – доллара и иены, марки и фунта. Но заместитель может эффективно использоваться только в том случае, если наложен жесточайший запрет на использование самих первообразов.
          Таким образом, первым актом программы использования внутри страны валютных средств является строжайший запрет на ввоз, хранение и использование самих этих валют в наличной форме внутри страны. Сами истинные валютные средства должны храниться в некотором банковском учреждении. Впрочем, ведь здесь нет ничего нового. В системе инвалютного рубля валюты также не ходили внутри страны, а лежали на счетах Внешэкономбанка СССР.
          Правда, теперь доверие к любому государственному банку настолько подорвано, особенно после банкротства ВЭБ и замораживания всех валютных счетов, что это уже требует какой-то другой, более надежной банковской структуры для хранения самих истинных валют. Но об этом мы поговорим несколько позже.
          Использование валютных средств внутри страны требует законодательного установления права любых юридических и физических лиц иметь и свободно распоряжаться своими валютными средствами в виде мировых валютных средств. Другими словами, должен быть принят закон, который бы установил право на владение и распоряжение мировыми валютными средствами в качестве неотъемлемого права личности и хозяйственного субъекта.
          Эти средства должны размещаться в банке. Любой гражданин или юридическое лицо должны иметь право свободно открывать свои валютные счета в банках. Таким образом, мы приходим к необходимости создания специальной валютной банковской системы.
          В принципе желательно, чтобы это была отдельная банковская система, не связанная с рублевой банковской системой. К сожалению, такое решение потребует слишком много средств на создание параллельной банковской системы. Более того, вторая, параллельная, валютная денежная система с неизбежностью будет постепенно вытеснять рублевую денежную систему. Во вполне просматриваемые исторические сроки рубль вообще будет поглощен мировым валютным средством, в результате чего в стране вновь восстановится однофинансовая система. Но при этом будут сокращаться и банковские функции в рублевой системе, будут отмирать и сами рублевые банки. Ясно, что это очень нежелательно, ведь банк – это и люди, и техника, и знания, желательно, чтобы отмирание денежной системы приводило не к исчезновению банковской системы, а лишь к ее переориентации на работу в альтернативной денежной системе.
          Вот почему предлагается, чтобы банковская система на основе мирового валютного средства была с чисто банковской точки зрения (по системе учета средств, их движения и т. п.) отдельной банковской системой, но «физически» она должна быть совмещена с рублевой банковской системой. Другими словами, необходимо дать право или даже обязанность каждому банку открывать у себя валютное отделение, и это отделение должно рассматриваться с чисто банковской точки зрения как некоторый независимый банк, лишь физически находящийся «под одной крышей» с рублевым банком, объединенный с ним лишь организационно.
          Этим самым проблема создания параллельной валютной банковской системы решается значительно проще и не будет требовать больших затрат.
          При этом функциональная структура совмещенных рублевых и валютных банков должна быть полностью однотипной. Рублевый сбербанк сочленяется с валютным сбербанком, валютный коммерческий банк может быть только при рублевом коммерческом банке и т. д. Таким образом, вся валютная банковская структура становится как бы зеркальной копией рублевой банковской структуры, за исключением структуры высших банковских органов.
          Аналогично тому, как мы имеем рублевую однокомпонентную многоуровневую полифункциональную банковскую систему, так мы автоматически получаем и ее валютный двойник – валютную однокомпонентную многоуровневую полифункциональную банковскую систему, причем обе системы организационно объединены в рамках одних и тех же физических компонент.
          А реально мы получаем вновь двухкомпонентную банковскую систему. Пытаясь создать однокомпонентную банковскую систему, мы вывели из денежной сферы наличность. Однако включением валютных денежных средств мы вновь возвращаемся к двухкомпонентной денежной системе – рублевой и валютной. Однако теперь уже обе компоненты являются счетными, а проблема создания истинно однокомпонентной банковской системы переносится на будущее, когда рубль будет полностью вытеснен из оборота, и все деньги в стране станут мировыми валютными средствами, то есть истинными мировыми деньгами.
          Так как сама валютная банковская система становится двойником рублевой банковской системы, то все, что было написано ранее по структуре рублевой, полностью переносится на валютную банковскую систему.
          Тем не менее некоторые основные моменты мы опишем заново.

    Мировой обменно-депозитный банк

          В рублевой банковской системе банк высшего уровня есть Банк России, а в случае создания Союза финансового общения – Центральный банк СФО. В любом случае этот банк является расчетно-эмиссионным.
          Коренное отличие рублевой денежной системы от валютной состоит в том, что валютная система является вообще неэмиссионной. В ней нет эмиссионного банка. Точнее, в ней много эмиссионных банков, но они «не наши», это иностранные центральные банки. Поэтому банк высшего уровня в валютной системе является обменно-депозитнымбанком, и его логично называть Мировым обменно-депозитным банком(МОДБ).
          Спрашивается, почему он мировой, если создан Россией или Россией в содружестве с другими странами? Мировой он потому, что работает с мировой валютой, являющейся сплавом всех национально-международных валют (СКВ).
          Каковы функции МОДБ? Функции МОДБ во многом аналогичны функциям бывшего Внешэкономбанка СССР. Этот банк хранит на своих корреспондентских счетах в иностранных банках все истинные валютные средства (в долларах, марках, иенах и пр.), вместо которых он генерирует мировую коллективную валюту (мировое валютное средство), в которых и ведет счета своих клиентов. Другими словами, он обменивает реальные валюты на валютные сертификаты в коллективной валюте МОДБ, которая и является мировым валютным средством. Причем эти сертификаты приобретают силу платежного средства только во внутренней валютной банковской системе. Одновременно эти же сертификаты вне страны являются безусловным правом на реальную валюту. Так как в этих сертификатах нет никакой отметки о начальной валюте (валюте платежа), то это есть безусловное право на любую иностранную валюту, включенную в валютный перечень МОДБ. Этот валютный перечень МОДБ включает всеширокоиспользуемые в мировой торговле валюты (так называемые СКВ), а также и иные валюты, возможно, не имеющие в настоящее время общепризнанного СКВ-статуса, если с эмитентами этих валют у МОДБ имеются специальные соглашения.
          Право на иностранную валюту, повторим, можно реализовать только и только за пределами России, а если будет создан специальный валютный союз, то и за пределами этого союза. Внутри России или соответствующего валютного союза это ужеденьги, причем деньги наивысшегоранга. Напомним, что сами иностранные валюты вообще недопустимо ввозить в страну.
          Депозитный характер МОДБ вовсе не означает, что он хранит валюты – марки, доллары, франки и пр. в собственных кладовых. У МОДБ вообще не должно быть никаких кладовых. МОДБ является всего лишь держателем корреспондентских ностро-счетов в иностранных банках, в которых и хранятся принадлежащие ему валютные средства. Причем валютой хранения является резидентная валюта корреспондентского банка. Таким образом, все доллары МОДБ держит в американских банках, марки – в немецких банках и т. д. С этой целью МОДБ заключает корреспондентские соглашения с соответствующими национальными банками. Одновременно с этими же банками заключаются и соглашения о свободной и безусловной выдаче резидентной валюты по сертификатам МОДБ. Но так как эти сертификаты в мировых валютных единицах – валюте МОДБ, то одновременно МОДБ заключает и соглашение о порядке пересчета МВС в резидентные валюты и обратно. Другими словами, МОДБ «ведет» МВС (ICU) и с установленной периодичностью (например, ежедневно, каждые два часа или с другой периодичностью) сообщает своим иностранным корреспондентам курс их резидентной валюты по отношению к МВС.
          На корреспондентских счетах МОДБ валюта хранится не на счетах их истинных владельцев, которые ее туда положили, а на счетах только и только МОДБ.
          Чтобы стало более понятно, приведем пример. Пусть российский гражданин заработал в США или Франции некоторую сумму в долларах или франках. Он возвращается в Россию и желает пользоваться своей валютой внутри страны. Перед отъездом он заходит в американский или французский банк, с которыми имеются соответствующие соглашения у МОДБ, и кладет деньги на счет МОДБ с дополнительными реквизитами своего российского банка и своего счета в этом банке. Затем он едет в Россию, заходит в свой банк, в котором уже на его счете лежат денежные средства в МВС, которыми он и может пользоваться в российских магазинах или предприятиях бытового обслуживания.
          Каким образом пришли деньги?
          Американский или французский банк, принявший деньги, помещает их в соответствующей национальной валюте на корсчет МОДБ и одновременно посылает сообщение в этот банк о поступлении денег от клиента с такими-то и такими-то реквизитами. МОДБ переводит по таблице валюту в мировое валютное средство и по внутренней российской банковской сети посылает сообщение банку гражданина о зачислении на его корсчет денег в МВС для такого-то клиента.
          Если теперь гражданин решил поехать в отпуск в Италию или любую иную страну, он выписывает сертификат на определенную сумму в МВС, приезжает в эту страну, обращается в корреспондентский банк МОДБ в этой стране и по данному сертификату получает национальную валюту страны в соответствии с курсом обмена МОДБ на данную валюту. В дальнейшем не потребуется никаких сертификатов, а достаточно будет лишь предъявить собственный электронный кошелек для получения денег в любой валюте.
          Ясно, что точно так же могут работать с деньгами и предприятия, а не только физические лица.
          Мы видим, что для добросовестных граждан или предприятий никаких проблем или неудобств отсутствие валютной наличности в России не представит. Зато они получают несомненные преимущества в том, что могут не думать о переводе одних валют в другие, они везде становится клиентами «первого сорта» как в самой России, так и за ее пределами. Эта система дает им автоматическую страховку от валютных рисков, ибо мировое валютное средство, опирающееся на все мировые СКВ, обладает стабильностью гораздо более высокой, чем любая из частных СКВ. Они становятся благодаря МВС «своими» практически во всем мире, даже более престижным гостем, чем любой японец или американец, ибо по стабильности с МВС не может сравниться ни одна из национальных валют.
          Итак, мы видим, что главное условие стабильности МВС состоит в его безэмиссионном характере. МОДБ не может «произвести» ни одной мировой валютной единицы, он только обменивает иностранные валюты, преобразует их из одной денежной формы в другую. За любой единицей МДЕ скрывается доллар, франк или марка. Нет ни одной необеспеченной «валютной полушки», что резко отличает МВС от любых национальных денег. МВС принципиально не могут инфлировать. Другими словами, валютное окно, через которое могут пройти мировые деньги в мировую финансовую систему, всегда равно количеству реально имеющихся денег на счетах МОДБ.
          Мировые денежные средства не присутствуют на мировом валютном рынке. Им там просто нечего делать. Аналогично тому, как на мировом валютном рынке нет и СПЗ, и ЭКЮ, не было на нем и инвалютного рубля. На МВС невозможно осуществлять валютные спекуляции, ибо они свободно принимаются банками во всем мире по единообразно установленному курсу МОДБ, который сам устанавливается по данным мирового валютного рынка.
          Итак, активы МОДБ – это корреспондентские счета зарубежных банков. Вести ли эти счета в МОДБ в иностранных валютах или только в МВС – это дело банковских специалистов и соглашений с корреспондентскими банками. Тут есть тонкие банковские хитрости, но на них останавливаться не будем.
          Пассивы же МОДБ – это МВС-счета Центрального валютного банка России, а если будет создан валютный союз, то и МВС-счета и других суверенных государств – членов валютного союза. МОДБ никаких кредитов никому не выдает. Не платит он и процентов по счетам.
          Но ведь по своим корреспондентским счетам МОДБ получает от иностранных банков проценты. Куда же идут эти доходы? Естественно, что некоторая (незначительная) часть идет на содержание самого банка. Но большая часть распределяется в виде доходов «акционерам» этого банка, каковыми являются автоматически все государства, входящие в соответствующее валютное объединение. Таким образом, участие в этом объединении весьма прибыльное дело.
          Конечно, Россия по своим размерам и потенциалу способна и сама, в одиночку создать предлагаемую финансовую систему. Однако наиболее эффективно, чтобы был некоторый валютный союз, который можно назвать МИРОВЫМ ВАЛЮТНЫМ СОЮЗОМ или МИРОМ ЕДИНОЙ ВАЛЮТНОЙ СИСТЕМЫ (Единый Мир). Вот почему это выгодно не только России, но и другим странам, особенно странам бывшего соцлагеря, не имеющим собственной хорошей валюты.
          Во-первых, хотя мировое валютное средство и создает Россия, но легко понять, что это вовсе не российская валюта, это вообще не национальная валюта, это истинные мировые деньги. Это деньги наднациональные, они фактически стоят над государством. Таким образом, нет никаких опасений, что через эту денежную систему Россия может устанавливать какую-либо «гегемонию». Все государства, входящие в этот союз, на равных будут пользоваться плодами хорошей денежной системы.
          МОДБ есть высший банк этого союза. Он не подчиняется никаким государственным установлениям, он стоит выше их и подчиняется только собственному Уставу. Это аналогично ООН, которая создана некоторыми государствами, но стоит тем не менее над ними и подчиняется только собственному Уставу.
          С целью придания авторитета и надежности МОДБ целесообразно разместить этот банк вообще за пределами не только России, но даже и самого союза. Это тем более естественно, что МОДБ работает с иностранными валютами, а на территории как России, так и союза работа с иностранными валютами вообще запрещена.
          Думается, наилучшим местом нахождения МОДБ, исходя из российских интересов, была бы Финляндия. Это ближайший сосед России, имеющий с ней хорошие связи, малая страна, не включенная целиком пока в орбиту Запада. Нахождение МОДБ на территории Финляндии было бы самой этой стране чрезвычайно выгодно, так как этот банк станет одним из мировых коммуникационных центров, он дал бы стране много рабочих мест, сама по себе резиденция МОДБ станет центром развития и исследований в области современной финансовой системы.
          Но со страной нахождения МОДБ должен быть заключен специальный договор, статус МОДБ должен быть закреплен в законе страны пребывания, чтобы не было никаких оснований сомневаться в полном невмешательстве страны во внутренние дела МОДБ, чтобы никто, ни США, ни даже ООН, не мог наложить лапу на его счета или вмешаться в его деятельность. Опыт финансовой блокады Ирана и Ирака показывает, что эта проблема достаточно актуальна.
          России еще придется столкнуться с Америкой на поле финансовых битв. И то, что все валютные средства России находятся за ее пределами, причем, естественно, по большей части в американских банках, делает ее уязвимой. И только участие России в валютном союзе делает ее неуязвимой от возможных действий американского правительства.
          Действительно, в этом случае валютные авуары находятся в американских банках на счетах не России, а МОДБ, и непосредственно в этих банках выделить российскую долю невозможно. Любые американские санкции будут уже направлены не против России, а против всего валютного союза, а это вряд ли будет по силам США, особенно если этот союз будет достаточно представительным. Но, естественно, необходимо, чтобы США ни самим, ни даже через ООН невозможно было добраться до счетов МОДБ. Именно для этого и нужна маленькая Финляндия, находящаяся поблизости от гигантской России, нужен и специальный закон Финляндии о МОДБ, нужен и договор с Финляндией о МОДБ, в котором бы прямо говорилось о том, что действия правительственных органов против МОДБ, под чьим бы нажимом они ни происходили, будут расцениваться как агрессия против всех стран союза.
          Но одновременно иностранным вкладчикам капиталов на территории валютного союза должно быть предоставлено право обращаться с исками непосредственно в МОДБ через суды Финляндии в случае нанесения им ущерба политическими и иными противоправными действиями правительств стран союза либо даже в случае выхода ситуации в той или иной стране союза из-под правительственного контроля. Другими словами, именно МОДБ мог бы стать гарантом политических рисков вложения иностранных капиталов. Естественно, что экономические риски МОДБ не может и не должен страховать. Для этого есть страховые компании. Таким образом, именно создание валютного союза решает центральную проблему, препятствующую вложению мировых капиталов в экономику России и других евразийских стран – проблему страхования политических рисков.
          Мы видим, что эта система дает двухстороннее страхование – Западу от политических рисков в странах союза и странам союза от политических рисков, связанных с действиями Запада. По крайней мере так, как США поступили с Ираком – замораживание иракских счетов, – со странами союза они уже не смогли бы поступить. Заморозить счета в МОДБ можно теперь только с помощью процедур внутри самого валютного союза, и эти процедуры должны быть строго описаны в его Уставе.
          Мы говорили выше, что доходы МОДБ по корреспондентским счетам поступают в распоряжение его «акционеров», каковыми автоматически являются участники валютного союза.
          Предполагается разделить эти доходы на две части – на учредительскую прибыль и прибыль по текущей деятельности. Например, пятьдесят на пятьдесят. Учредителями союза должны стать те государства, которые создавали этот союз и вошли первыми в него. Критерии деления учредительской прибыли между государствами-учредителями должны еще быть обдуманы. Но в любом случае это будут очень большие суммы, исчисляемые миллиардами и десятками миллиардов долларов. Так что тех, кто рискнет и первым приступит вместе с Россией к созданию союза, ожидают весьма крупные дивиденды, которые со временем будут все более и более расти.
          Остальная прибыль распределяется между государствами – участниками союза пропорционально их среднегодовому лоро-счету в МОДБ.
          Отметим, что эта прибыль должна идти непосредственно на счета правительственных органов. Распределение ее – дело уже правительств. Но в любом случае эта прибыль будет тем больше, чем больше объем валютных средств в форме МВС циркулирует в стране. Значит, каждое правительство будет заинтересовано в том, чтобы валютные средства как можно больше притекали в страну и как можно меньше утекали из нее. А для этого необходимо сделать все для привлечения иностранных капиталов, все, чтобы можно было использовать валютные средства внутри страны. А значит, сами правительства будут максимально заинтересованы в создании системы валютного обслуживания в собственных странах на самом высшем мировом уровне. Это уже не «общегосударственный интерес» (увы, мы знаем, как слабо он действует), это уже интерес каждого чиновника, ибо чем больше государство будет получать валюты, тем большую долю зарплаты своим чиновникам оно сможет выплачивать в валютных средствах.
          Одним из естественных средств предотвращения утечки валютных средств должна стать целая система налогов на «вывоз валютных капиталов». Этим самым государства, входящие в валютный союз, получают преимущества перед государствами, не входящими в союз. Таким образом, страны бывшего СССР и СЭВа, вступившие в союз, получают преимущества перед западными странами. Так как межгосударственный обмен будет преимущественно вестись через валютные средства, то страны – члены союза получают на этом пространстве преимущества для своей промышленности, для своих товаров перед западными товарами, которое может оказаться существенным даже в условиях более низкого их качества. В то же время оплата этих товаров в валютных средствах создает для промышленности этих стран стимулы для совершенствования качества этой продукции, одновременно давая и средства для этого в виде валютных средств, которые можно затратить для покупки на Западе лицензий, технологий и оборудования. Таким образом, участники валютного союза через него получают плавный пандус для постепенного выхода на мировые рынки, а не так, как сейчас, когда они стоят перед громадным барьером, который просто не могут преодолеть.
          Мы говорили, что МОДБ не выдает кредитов. Но зато все иные внутренние валютные банки могут выдавать кредиты в МВС. Таким образом, в этом плане МВС являются настоящими деньгами, которые можно получить даже в кредит.

    Взаимосвязь двух денежных систем

          Проблема взаимосвязи национальной денежной системы с мировой финансовой системой известна как проблема конвертации национальной валюты.
          Мировой опыт создал две основные системы решения этой проблемы: нормативную и рыночную конвертацию.
          Нормативная конвертация состоит в том, что государство своими распоряжениями устанавливает твердый курс обмена, который действует принудительно. Такова была, к примеру, система конвертации рубля в советское время. Можно сказать даже более жестко: социализм есть система с нормативной конвертацией.
          В странах так называемого третьего мира проблема конвертации решается на внутренних валютных рынках (на мировой валютный рынок их деньги вообще не допускаются). Это рыночный механизм конвертации.
          Однако создание второй валютной системы в стране позволяет подойти к проблеме конвертации принципиально иным и еще не известным в мировой практике способом. Речь идет о создании комплексной – нормативно-рыночной – системы конвертации.
          Аргументы в пользу именно такой комплексной системы конвертации следующие.
          Введение второй финансовой системы, широкое допущение использования валюты во внутреннем обороте делает проблему обмена валюты на рубли не очень острой и существенной. Действительно, при широкой сети валютного обслуживания нет никакой острой необходимости превращать валюту в национальные деньги, ее можно использовать и в целях личного потребления, ее можно использовать и для целей экономической деятельности. Фактически потребность в таком обороте валюты в рубли остается лишь для целей спекуляции. Но вряд ли задачей общества и государства является предоставление режима наибольшего благоприятствования валютчикам и спекулянтам. Поэтому не будет особых проблем для честных граждан и бизнесменов, если обмен валюты на рубли будет происходить по нормативному способу, то есть по жестко установленному государством курсу. В конце концов это дело добровольное. Не желаете – не меняйте. Никто вас не насилует и не требует. Потребность в таком обмене, естественно, может возникать и у честных граждан или бизнесменов, но это будут достаточно редкие случаи. Так что если и будут здесь какие-то убытки, они будут весьма редки и невелики.
          Но совсем иная ситуация возникает в сфере обмена рублей на валюту. Здесь, наоборот, потребность в обмене будет чрезвычайно велика. И установление нормативного обмена приведет к существенному ограничению прав граждан и хозяйственных организаций, ибо такой обмен придется вновь жестко регламентировать. Вот почему обмен рублей на валюту предлагается осуществлять уже по рыночному типу.
          Как же конкретно должен действовать комплексный, нормативно-рыночный механизм конвертации?
          Во-первых, государство объявляет все обменно-валютные операции государственной монополией. Ни одно юридическое лицо не имеет права на проведение этих операций. На физических лиц это ограничение не распространяется, ибо физическое лицо может всегда замаскировать проведение такого рода операций под невинные операции дарения и т. п., так что для того, чтобы не подводить всех граждан под меч уголовного кодекса, на них это прямо не распространяется, но кое-какие меры по затруднению этих обменных операций и для физических лиц могут быть предприняты.
          Право на проведение обменных операций государство делегирует всем банкам, но на условиях, четко описанных и жестко контролируемых.
          1. Любой банк имеет неограниченное право обменивать валюту физических и юридических лиц на рубли по жесткому и раз и навсегда фиксированному и непере-сматриваемому курсу. При этом часть этой валюты, например 10 процентов, имеет право по этому же самому курсу выкупить за рубли территориальный орган власти, на территории которого зарегистрирован данный банк. Некоторую часть, например 1 процент, имеет право выкупить и сам банк в качестве своего дохода. Остальная же часть переводится на специальный общегосударственный валютный счет. Средства на покупку валюты также списываются со специального общегосударственного рублевого счета.
          2. Любой банк имеет право неограниченной продажи валюты по централизованно устанавливаемому Центробанком России плавающему (рыночному) курсу любым физическим и юридическим лицам. (Впрочем, возможно будет более справедливо иметь два курса – для физических и для юридических лиц.) Курс этот устанавливает Центробанк России следующим образом. Так как валюты за счет продажи ее владельцами будет сравнительно немного, то правительство из собственных валютных поступлений выделяет определенную квоту валюты для продажи. Может быть, ее даже можно разделить на подквоты – для юридических и для физических лиц. Курс же продажи Центробанк устанавливает таким, чтобы эта квота расходовалась более или менее равномерно в течение всего года. Например, пусть на основе установленной квоты в неделю должно продаваться миллион валютных единиц. Центробанк установил на неделю курс продажи. По истечении недели выяснилось, что продано несколько меньше недельной квоты. Значит, на следующую неделю ЦБР уменьшает курс продажи. Если, наоборот, объем продаж выше установленной недельной квоты, курс продажи увеличивается. Таким образом, без всяких валютных бирж можно установить рыночный курс.
          Естественно, что проданные валютные средства банки списывают со специального валютного счета Центробанка. Вырученные рублевые средства также зачисляют на спецсчет Центробанка.
          Куда же далее идут рублевые средства? В принципе эти средства должны просто-напросто уничтожаться, то есть за счет продажи валютных средств должна происходить деэмиссия рублевых денежных средств по мере все большего и большего перехода на валютные деньги. Однако в первое время можно допустить, чтобы получаемые рублевые средства правительство использовало на цели общественного призрения и социального обеспечения путем передачи их Пенсионному фонду. Важно отметить, что излишки рублевых средств будут автоматически перекачиваться в валютные средства, а не создавать инфляционные тенденции.
          Конкретные параметры валютной системы можно было бы выбрать следующие:
          Фиксированный и неизменный курс обмена МДЕ на рубли предлагается установить в пропорции: 1 МДЕ = 1 рубль. Этот курс устанавливается на вечные времена и не может быть подвергнут никаким изменениям. Этим самым мы можем с полным правом для МДЕ использовать название «инвалютный рубль».
          Начальный курс обмена долларов на МДЕ должен быть установлен нормативным образом. В дальнейшем он будет меняться в связи с изменением стоимости доллара на мировом валютном рынке.
          Курс обмена рублей на МДЕ будет определяться рыночным образом. Возможно, в первое время рыночный курс рубля составит: 2 рубля = 1 МДЕ. Но затем, по мере развития второй валютной системы и увеличения «валютных интервенций» Центробанка, курс будет непрерывно снижаться и приближаться к его обратному курсу: 1 МДЕ = 1 рубль. Когда это произойдет, а может, и чуть ранее, можно уже будет объединить обе денежные системы в единственную мировую денежную систему.
          В результате рубль окажется зажатым по своей реальной стоимости между этими двумя значениями – между значениями 0,5 и 1 МДЕ. По мере роста в стране объема валюты и промышленности будет происходить постепенное увеличение нижней границы стоимости рубля, и когда обе эти границы наконец сомкнутся, рубль станет истинной свободно конвертируемой валютой, и останется чисто техническая проблема перехода от рублей на мировые деньги, в результате этого в стране вновь восстановится единая валютная система, но уже на основе мировых денег.
          Но в любом случае рубль получает фиксированную, но эластичную привязку к мировым валютам, и это стабилизирует его, инфляция рубля очень быстро прекратится.
          Итак, мы видим, что каждому гражданину и предприятию предоставляется два способа получения валюты. Один способ – это покупка валюты. Но это способ очень дорогостоящий, и доступен он будет сравнительно немногим. Зато второй способ получения валюты – путем ее зарабатывания, думается, будет гораздо более доступен самым широким кругам населения и предприятиям. Система специально настраивается на зарабатывание валюты, а не на ее покупку. А вот каковы пути зарабатывания валюты – мы опишем в следующем разделе. В настоящее же время все обстоит совсем наоборот. Валюту можно купить, но невозможно заработать. Ясно, что ничего порочнее невозможно придумать. Ведь купить ее можно на любые, самые грязные российские деньги. А чтобы заработать валюту, необходимо действительно предложить внутреннему или мировому рынку нечто стоящее и привлекательное.

    Экономика двухфинансовой системы

           Деньги теперь так поднялись в глазах всех народов, что даже в очень мудрых и просвещенных государствах обладание ими считается почти всегда высшей заслугой.
    К.А. Гельвеций. Об уме. 1758 г.


          Итак, мы получаем в стране двухфинансовую (двухденежную) систему, и важно понять, как экономика может работать в столь уникальной системе, каковы те финансовые рычаги прямого воздействия на экономику, которые дает появление второй валютной системы.
          Отметим сначала, что двухфинансовые системы в истории известны. Например, в Великобритании достаточно долго было две финансовые системы, обслуживающие: одна – экономику метрополии, вторая – имперскую экономику. Остатки этой двухфи-нансовой системы до сих пор остались в названиях двух денежных единиц – фунт стерлингов и гинея.
          В Советской России в течение полутора лет была двухфинансовая система – ден-знаковая денежная система и денежная система червонца в переходный период от дензнака к червонцу. При введении золотого червонца его «отцы» предполагали, что этот переходный период растянется минимум на пять, а то и десять лет, и были приятно удивлены, с какой скоростью червонец вытеснил дензнак. Поэтому и мы можем очень сильно ошибиться в оценке длительности двухфинансовой системы, думается, что и ныне процесс вытеснения рубля пойдет темпами, которые превысят наше самое смелое воображение.
          Основой двухфинансовой системы должно стать законодательное установление, что любое физическое и юридическое лицо имеет полное право получать, приобретать, оказывать услуги и продавать принадлежащую ему собственность совершенно свободно как за рубли, так и за валюту. Это должно быть объявлено неотъемлемым правом для всех физических и юридических лиц.
          Однако декларация этих прав вовсе не означает, что здесь не может быть некоторых стеснений чисто технического характера, любые свободы имеют те или иные стеснения в обществе, это неизбежно.
          Любое физическое лицо имеет право открывать валютный расчетный счет. Но этот счет может быть один и только один. Это полностью аналогично рублевым расчетным счетам. Но он имеет право открывать и неограниченное количество корреспондентских счетов, движение средств по этим счетам контролируется расчетным счетом.
          Но для юридических лиц ситуация несколько иная. Валютный счет имеют право открывать любые юридические лица, но вот на открытие рублевых счетов накладываются некоторые ограничения.
          Все юридические лица делятся на два класса.
          Юридические лица класса «А» не имеют права иметь рублевые счета и работать в рублевой денежной системе. Предприятия этого класса все свои финансовые операции могут осуществлять только в валюте. В валюте они платят зарплату работникам, за валюту они продают свою продукцию, в валюте они платят налоги и т. д. У них просто не может быть рублевого банковского счета.
          К предприятиям класса «А» относятся все предприятия с иностранным (нерезидентным) капиталом. То есть иностранные фирмы получают полную свободу открывать свои предприятия, представительства и т. п., но работать могут только и только в валютной денежной системе. Эта лафа, когда западные предприятия платят в России зарплату в 100 долларов своим рабочим, уходит безвозвратно. Конечно, они, естественно, будут платить на своих предприятиях российским работникам меньшую, возможно даже существенно меньшую, зарплату, чем у себя на родине, это неизбежно, если мы хотим привлечь в страну иностранные капиталы, но уже не в десятки или даже не в сотни раз меньше, а в разы. Ибо платить зарплату они должны будут уже в валюте без всякого пересчета на безумный рыночный курс доллара. А ясно, что платить зарплату прямо в валюте 100 долларов, пусть и в пересчете на МДЕ (а этот курс стабилен и вовсе не рыночный), будет уже просто невозможно. Более того, для этих предприятий должен быть установлен минимум зарплаты. Впрочем, тут государству лучше не вмешиваться, а поручить это профсоюзам работников иностранных предприятий, который быстро сорганизуется.
          К предприятиям класса «А» относятся и предприятия на смешанном капитале, если размер иностранного капитала превышает установленный минимум, например тридцать процентов.
          Наконец, предприятия класса «А» могут быть и на отечественном капитале. Тут нет какой-то дискриминации по отношению к собственным бизнесменам.
          Предприятия класса «Б» – это практически все остальные предприятия, они имеют право иметь как валютный, так и рублевый счета, могут продавать свою продукцию и услуги как за рубли, так и за валюту по собственному выбору.
          В своем бухгалтерском учете они должны использовать учет в рублях, приравнивая один рубль к одной МДЕ. Вот почему так важно иметь курс обмена валютной единицы на рубль один к одному. Это резко упрощает учет в двухфинансовой системе.
          Но если предприятия класса «Б» получают полную свободу продавать свои товары и услуги на рубли и на валюту, то не приведет ли это к тому, что они вообще откажутся работать за рубли, будут всячески дискриминировать рублевых клиентов? Надо прямо сказать, что именно в этом главная опасность двухфинансовой системы, именно поэтому встречаются в штыки все предложения о широком допуске валюты в народное хозяйство страны. Не решив этой проблемы, мы придем не к подъему народного хозяйства, а к еще большему его загниванию, которое валюта только усугубит. Именно в этом центр всей проблемы двойной финансии – как сделать для предприятия в условиях свободы использования валюты привлекательной работу не только за валюту, но и за рубли?
          И решение, оказывается, существует, и достаточно простое. Для этого вводится квотный характер валютной деятельности. А именно: для всех предприятий класса «Б» вводится квота привилегированной валютной деятельности – КПВД. Эта квота устанавливается в проценте от рублевой деятельности. Квота устанавливается ежегодно высшими законодательными или правительственными инстанциями, и сначала она может быть сравнительно невелика, например в пределах 15–20 процентов, но с течением времени она будет расти, пока вообще не будет отменена.
          В чем заключается суть КПВД? Если объем валютных продаж товаров или услуг не превышает размеров этой квоты, то вся валютная выручка остается в распоряжении предприятия. Например, пусть размер квоты составляет 15 процентов. Предприятие продало продукции за рубли в размере 2 миллионов рублей и на 250 тысяч МДЕ за валюту. Переводим валютную единицу в рубли по фиксированному курсу 1:1 и получаем – объем валютных продаж равен эквиваленту 250 тысяч рублей, что составляет 12,5 процента от объема рублевых продаж. Величина валютной деятельности не превзошла КПВД, следовательно, вся валюта полностью остается в распоряжении предприятия. На эту валюту предприятие может свободно закупать оборудование или материалы, платить валютную долю зарплаты своим сотрудникам, использовать на цели коллективного потребления, например для организации медицинского обслуживания и т. д. Естественно, что из этой суммы предприятие платит и валютные налоги.
          Но предположим теперь, предприятие продало товаров уже на 500 тысяч МДЕ, что составляет 25 процентов от рублевых продаж. Тогда квотная часть выручки в размере 300 тысяч МДЕ остается в распоряжении предприятия, а остальная, сверхквотная часть делится на две части, например пополам. И половина валюты также остается в распоряжении предприятия, то есть 100 тысяч МДЕ, а остальная часть принудительно обменивается на рубли, то есть за остальные 100 тысяч МДЕ предприятие получает 100 тысяч рублей.
          Ясно, как это ущемляет интересы предприятия. Что же оно может поделать, чтобы не дать государству «грабить» себя? Очень просто, если уж с таким трудом нашли валютных покупателей на свою продукцию, то, чтобы не расставаться с валютой, найдите еще больше рублевых покупателей. Продайте за рубли своей продукции не на миллион, а на 3–4 миллиона, и тогда ваши полмиллиона валюты уложатся в пределы квоты, и вам не придется расставаться с нею.
          Итак, именно квотный характер валютной деятельности для предприятий класса «Б» и создает для них стимул производить больше не только за валюту, но и за рубли.
          Этим самым мы наконец получаем решение той самой проблемы, которую до сих пор не могут найти в постсоциалистическом мире – как создать стимул для предприятий к большему производству в условиях, когда прежняя система плановых стимулов рухнула. В условиях чисто рублевой экономики таких стимулов практически не осталось. Ведь предприятию выгоднее стало не больше производить, а больше накручивать цены на свою продукцию. Мы это почувствовали уже в полной мере. И только предоставление предприятиям права продавать свою продукцию за рубли и за валюту в условиях квотного регулирования создает такие стимулы.
          Действительно, валютные цены предприятие уже не может накручивать по собственному произволу, ибо здесь оно вступает в конкуренцию со всем мировым рынком. Потребитель вовсе не обязан покупать продукцию данного предприятия, наверняка такую же или даже лучшую продукцию он за валюту сможет найти и на мировом рынке. И только если по комплексу «цена-качество» потребитель увидит выгоду в покупке – он ее купит. Таким образом, введение валютной деятельности полностью разрушает все возможные монополизмы. Но установление валютной цены на собственную продукцию из условий мировой конкуренции косвенно влияет и на установление и рублевой цены, ибо курс обмена, с которым реально сталкивается предприятие, составляет 1:1. И это соотношение будет доминировать и влиять на рублевую цену.
          Более того, в условиях реально более низкого качества своей продукции предприятие может выиграть конкуренцию с мировым рынком даже внутри страны только за счет более низких цен, то есть за счет демпинга. На мировом рынке демпинг преследуется, и выйти на мировой рынок с помощью демпинга сложно, а порой и вообще невозможно. Но внутри страны мы свободны
          в использовании демпинговых цен. И именно демпинг позволит первое время отечественным предприятиям выигрывать конкуренцию с мировым рынком. И в этом нет ничего плохого. Ибо начальный демпинг создает тем не менее валютные средства, которые можно пустить на цели подъема производства и повышение качества продукции, и по мере повышения качества будет снижаться и демпинговый характер продажи продукции, цены ее по мере роста качества будут все более и более приближаться к ценам мирового рынка. Таким образом, мы получаем пандус, плавный путь подъема качества отечественной продукции на мировой уровень. И этот пандус становится механизмом внутренней демпинговой конкуренции. В настоящее же время проблема выхода на мировой уровень имеет вид преодоления этого разрыва сразу, скачком, что малореалистично. А внутренняя демпинговая конкуренция как раз и позволяет решать проблему и подъема качества продукции, и проблему выхода с нею на мировой рынок постепенно, плавно.
          Как же конкретно будет происходить внутренняя валютная деятельность? Она будет происходить по «цепочкам влияния».
          Предположим, существуют некоторые валютные средства, которые их владельцы желают потратить на высококачественное питание. Покупатель желает купить, к примеру, хорошей колбасы. Валютный магазин с удовольствием удовлетворит желания своего клиента и готов предоставить ему колбасу немецкую, итальянскую и какую угодно. Но ведь этот же торговец понимает, что его клиент желает купить ее подешевле. И он обращается на местный мясокомбинат с вопросом, не сможет ли тот произвести для него колбасу хорошего качества за валюту? «За валюту? Да не хуже бра-уншвейгской. И возьму в два раза дешевле, чем за немецкую». Теперь тот же мясной завод, получив валюту, нуждается в высококачественном мясе. Он обращается к сельскохозяйственным производителям (фермерам или колхозам) с предложением продать ему качественную говядину или свинину за валюту, но по цене меньшей, чем та, за которую он мог бы ее купить в Голландии. И, без сомнения, получит вполне благожелательный ответ. Итак, мы видим, что валюта прошла через мясокомбинат и через сельскохозяйственного производителя, везде заставив произвести высококачественный продукт, пусть пока даже еще не такой, как лучшие мировые образцы, но, во всяком случае, повысив качество. Это явление можно назвать «валютно-хозяйственное воздействие». Оно приводит к повышению качественных характеристик производства, так как работа за валюту есть работа в конкуренции со всем мировым рынком. И если таких воздействий будет много, если они будут идти регулярно, то качество будет расти, и продукция будет постепенно выходить на мировой уровень.
          В свою очередь, крестьянин, получив валюту, может ее использовать для покупки видеомагнитофона или джинсов, но может использовать ее и для приобретения сельскохозяйственной техники. И он может в принципе купить за нее любой комбайн, например, «ДИР» или еще какой известной фирмы. Но он обращается на «Ростсель-маш» с просьбой сделать ему за валюту хороший комбайн. И тот постарается сделать ему достаточно хороший комбайн, и вновь по гораздо более дешевой цене. И так валюта будет двигаться по стране, на каждом этапе осуществляя валютно-хозяйствен-ное воздействие, пока наконец один из ее владельцев не сможет удовлетворить свои потребности в стране и не вынесет ее за пределы страны или валютного союза.
          Чем дольше валюта будет «ходить» внутри страны, чем больше актов купли-продажи она обслужит, тем эффективность ее действия будет выше. Но для того, чтобы это произошло, необходимо, чтобы сама экономическая система была как можно больше. В малой стране этот эффект валютной мультипликации ничтожен, ибо через одну-две цепочки обмена она уже «выскакивает» за пределы страны. Наиболее эффективен он в большой системе. Этот эффект аналогичен эффекту цепного деления в ядерных реакциях. Если масса делящегося вещества мала, то реакция не может идти, нейтроны деления быстро выходят из объема. Но если масса выше критической, то уже идет взрывной процесс. То же самое происходит и в данном случае. Роль нейтронов размножения играет валюта. Вот почему механизм валютного воздействия может быть эффективен лишь в большой системе. Россия, бесспорно, достаточно большая система, но Латвия или Эстония – уже малая, докритичная система. Но даже и для России выгодно, чтобы она объединилась с другими странами для создания сверхкритичной экономической системы, это в интересах всех и каждого в отдельности.
          Мы видим, как в новой финансовой системе начинают действовать совершенно новые макроэкономические законы. В существующей системе, основанной на системе национальной внутренне конвертируемой валюты, объективно работает закон дробления экономической системы; частям страны, имеющим более благоприятные экономические условия, выгодно отделиться от остальной части, чтобы самостоятельно эксплуатировать эти благоприятные возможности. Вот почему в финансово-эконо-мо-политической системе третьего мира существует объективный закон дробления «империй» или всякого рода «сверхдержав». Мы на этот путь уже вступили и пожинаем Карабах и Абхазию, Приднестровье и развал Союза, Чечню и что там еще нас может ожидать. Надо ясно понять, что дробление России в этом финансово-экономическом механизме лишь дело времени. А вот включение новой финансово-экономической системы резко поворачивает вектор силы в обратную сторону. В новом финан-со-экономическом механизме уже появляются мощнейшие силы, которые способствуют объединению, консолидации отдельных экономических систем, и прежде всего тех, что не имеют собственной свободно конвертируемой валюты.
          Естественно, что каждое предприятие, владеющее валютой, должно быть абсолютно свободно в праве ею распоряжаться.
          Отметим еще один момент. Каждое юридическое лицо может выбрать для себя класс «А» или «Б» совершенно свободно. Любое предприятие, если оно уверено, что способно существовать в валютной сфере, может зарегистрироваться как предприятие класса «А». Правда, для некоторых предприятий монопольного характера могут быть сделаны исключения. Например, железная дорога не может объявить себя предприятием класса «А». Для таких предприятий создается специальный класс – класс «В», они пользуются особым валютным регулированием.
          В заключение рассмотрим проблемы валютного регулирования предпринимательской деятельности физических лиц. Физическое лицо вправе заниматься валютной деятельностью без особой регистрации, если таковая деятельность не носит систематического характера. Однако если такая деятельность приобретает систематический характер, например если физическое лицо систематически имеет доходы из необъявленного источника, превышающие установленный минимум, можно потребовать, чтобы данное физическое лицо оформило себя в качестве юридического лица, например малого предприятия, и соответственно уже платило налоги и подвергалось другому регулированию как юридическое лицо. Например, художник, имеющий достаточный объем продаж, должен зарегистрироваться как некое юридическое лицо. Это в принципе выгодно и для него самого, ибо тогда он сможет со своих доходов списывать расходы на краски, кисти и прочие затраты по работе. Однако расходовать средства с этого счета на личное потребление он уже не имеет права, а должен будет переводить некоторые средства – личные доходы предпринимательской деятельности – на личный счет, с которого уже и тратить средства на личное потребление.

    Привлечение иностранных капиталов и отечественных капиталов, хранящихся за рубежом

          Создание валютной денежной системы позволяет на всей территории валютного союза создать единую свободную экономическую зону, зону свободного вложения иностранных капиталов.
          Действительно, иностранные предприятия являются предприятиями класса «А», работают они в одной-единственной валютной финансовой системе, им нет необходимости решать сложнейшие проблемы учета и планирования экономической деятельности в двухфинансовой системе. Капиталы могут свободно ввозиться и вывозиться (естественно, после уплаты соответствующих налогов на вывоз капитала). В то же время имеется дешевая и достаточно высококвалифицированная рабочая сила, богатейшие природные ресурсы. Однако и это еще не самое главное.
          Главное – это громаднейший рынок, причем рынок именно валютный. И рынок, который создает сам иностранный капитал. Действительно, например, «Хонда» строит в России автозавод. Но она платит своим рабочим в валюте, платит налоги в валюте, платит поставщикам и подрядчикам на месте в валюте. Но эта валюта может стать и обязательно станет средством спроса на саму продукцию «Хонды». Таким образом, большую часть продукции эта фирма может не вывозить за пределы страны производства, как это приходится делать при налаживании производства в свободных экономических зонах в настоящее время, а продавать прямо на месте. И чем больше будет вложений иностранных капиталов, тем шире будет и валютный рынок для продукции этих капиталов. Вот в чем уникальная привлекательность стран валютного союза для иностранных капиталов. Ибо они не только получают поле для их приложения, но и поле для оборота. А с точки зрения России и других стран союза это выглядит чуть ли не чистой благотворительностью. Иностранные фирмы привозят капиталы, строят предприятия, обучают персонал, строят для него жилье, создают инфраструктуру, платят за все в валюте и вдобавок саму продукцию оставляют в стране.
          Правда, удивленный ум может спросить, а что же имеют сами эти западные инвесторы? Честно говоря, не более чем еврей в известном анекдоте – бульон от яиц. Фактически они имеют цифры, цифрына банковских счетах и пакетах акций. Но почему бы не быть снисходительными к этой страсти к цифрам. Пусть растут их цифры-капиталы. На здоровье. Но думается, что любой здравомыслящий человек понимает, что с реальным заводом, стоящим на земле, с реальным производством они ничегосделать не могут. Они могут только разве что передать все это в другие руки, но как он стоял в России, как производил товары для России, так и будет завод стоять и производить, кто бы ни числился его хозяином.
          Отметим вновь, что тут есть принципиальнейшее отличие от вложений иностранных капиталов в странах третьего мира. Там продукция вывозится. Потому что нет валютного покупателя. Здесь же она остается по большей части на месте. Мы видим, как даже сам неоколониализм в новой финансовой системе начинает работать уже на «эксплуатируемую» страну. Вот почему мы должны создать самые привлекательные условия для широчайшего привлечения иностранных капиталов в Россию и другие страны валютного союза.
          И не забудем еще и того факта, что чем больше вложено капиталов в страну, тем больше валюты на счетах МОДБ, а значит, и тем больше процентов по корреспондентским счетам, которые тоже идут в пользу стран союза.
          Вот почему при создании валютной системы должны быть сведены к минимуму финансовые контакты с западными правительствами. Нам не нужны их (правительственные) кредиты. Вся направленность международной деятельности Правительства России должна быть переключена от преимущественных контактов с правительственными инстанциями на преимущественную работу с неправительственными структурами, частными капиталами и т. д. В том числе можно будет свести к минимуму и контакты со всякого рода официальными международными финансовыми институтами, такими, как МВФ, ЕБРР и т. д. Можно быть уверенным, что именно онибудут теперь искать эти контакты с валютным союзом.
          И можно прогнозировать с полнейшей уверенностью, что в самые кратчайшие сроки вложения иностранных капиталов в России и в других странах валютного союза составят не какие-то там жалкие сотни миллионов, а сотни миллиардов. Тем более что современные интернациональные капиталы не имеют сейчас хороших мест приложения. Страны третьего мира отягощены громадными долгами. И появление такого нового и привлекательного рынка вложения капиталов, как валютный союз, приведет к тому, что все эти капиталы хлынут к нам.
          Наконец, будет решена и проблема возврата в Россию и другие страны бывшего СССР тех десятков, если даже не сотен миллиардов долларов, которые тезаврированы на Западе (деньги КПСС, КГБ, Миннефтепрома и др. структур бывшего СССР, а также деньги «новых русских»). Сейчас эти деньги по большей части лежат в банках. Работать с ними на Западе очень сложно. В то же время появление внутри страны возможности легального их использования приведет к тому, что они будут возвращаться в страну. Действительно, их владельцы хорошо знают ситуацию в России и могут эффективно их использовать здесь, западная экономика для большинства – темный лес, к тому же громаднейшая конкуренция, которую они вряд ли смогут выдержать. Для облегчения возврата можно осуществить финансовую амнистию – валютные средства, которые появятся на счетах до определенного срока, не будут подвергаться проверке на происхождение.
          Более того, можно предположить, что многие эмигранты из СССР и России, приобретшие за это время некоторые средства, с удовольствием вернутся в страну со своими капиталами. Об этом свидетельствует тот факт, что в первые годы перестройки в страну приезжало громадное количество эмигрантов, которые надеялись сделать бизнес на своей прошлой родине, но, убедившись, что возможности только декларированы, а на самом деле царят полнейший хаос, беспредел и коррупция, большинство вернулось назад ни с чем.

    Валютные преобразования и США

          Предполагаемые валютные преобразования своим острием направлены объективно против финансовой роли США в современном мире. Ограничение роли доллара, появление мощных долларовых потоков, направленных внутрь этой страны может вызвать для нее большие потрясения. Эти потрясения могут наложить-ся на потрясения, связанные с окончанием холодной войны.
          В холодной войне, как вдруг оказалось, надорвался не только СССР, но и США. За это время мирные отрасли промышленности фактически перехватили другие высокоразвитые страны, США все более и более специализировались на производстве высокосложной и ультрапередовой военной техники. А теперь, когда началось сокращение военных расходов, вдруг это и выявилось. Вновь отвоевать мирные отрасли промышленности у Японии, Европы и т. д. США очень сложно, особенно учитывая сложившуюся в этой стране высокую стоимость рабочей силы. А все те высокие военные технологии, над которыми США работали столько десятилетий, вдруг оказались никому не нужными. Более того, если в пятидесятые – семидесятые годы военные и аэрокосмические отрасли давали в мирные отрасли промышленности громадное количество технологий, устройств и материалов, то в восьмидесятые годы этот процесс по странным причинам прекратился, современные военные технологии на удивление мало дали индустрии мирного назначения.
          Что отсюда следует? Отсюда следует, что России и США нужно совместно выбираться из кризиса. Причем если для России, по крайней мере теоретически, эти пути уже намечены в данной работе, то для США это труднее, причем сами пути выхода из кризиса России объективно носят антиамериканский характер. И США, бесспорно, пользуясь своей мощной агентурой влияния в России, могут многое сделать, чтобы затормозить этот процесс, но предотвратить его они не смогут. В то же время совместно с Россией они могут сделать так, чтобы этот процесс носил ослабленный антиамериканский характер, а вполне возможно, и стал бы даже основой выхода самой Америки из кризиса конца холодной войны.

    Валютные преобразования и другие высокоразвитые страны

          Крах коммунизма привел к новой ситуации в мире. И зачастую эта ситуация отнюдь не столь благоприятная, как это кажется на первый взгляд.
          Рассмотрим ситуацию с Европой.
          Если ранее Европа была крупнейшим поставщиком в СССР высоких технологий, современнейшего оборудования, то что сейчас идет из Европы в Россию и другие страны бывшего социализма? Обноски, пепси, секонд-хэнды, всякий брак и красиво упакованная мерзость. А к чему это может привести? Это не столь безобидная вещь, как кажется. Пример Чехословакии, которую разрушила работа на нетребовательный рынок, должен был бы внушить европейцам беспокойство. Сейчас наибольшие доходы имеют не фирмы, выпускающие высококачественные товары, а, наоборот, фирмы, гонящие брак и прямым ходом поставляющие его на дикий рынок, сложившийся на обломках СССР. В результате и у производителей, которые ценят марку, стремящихся стать мировым лидером по качеству, появляется соблазн в организации упрощенных, ухудшенных моделей своей продукции для этого рынка. А результат может стать катастрофичным. Невозможно в одном экономическом организме совмещать и высококачественное, и низкокачественное производство, ибо последнее как серое олово, оно заражает оловянной чумой все производство, и может случиться так, что Европа окажется выбитой с мировых рынков товаров высоких технологий. В этом отношении японцы ведут себя куда благоразумней, отнюдь не спешат броситься на рынки евразийских стран. Ибо они чувствуют, сегодняшние доходы на секонд-хэнде могут завтра обернуться куда большими потерями – потерями рынков, марки, авторитета.
          Создание валютной системы вновь позволило бы создать высокотребовательный рынок, ибо это рынок валютный, то есть мировой. Снова появился бы спрос на высокосложную продукцию, особенно производственного назначения. В выигрыше оказались бы фирмы высокого уровня. Для европейцев открылись бы рынки не только товаров, но и рынки вложения капиталов. Таким образом, экономически Европа от создания валютного союза бесспорно выиграла бы.
          Рассмотрим теперь финансовые проблемы высокоразвитых стран второго плана, то есть исключая таких мировых гигантов, как США, возможно, Японию и Германию.
          Эти страны имеют национальные свободно конвертируемые валюты. Но для того, чтобы поддерживать и страховать курс своей валюты, им приходится иметь валютные резервы, как правило, валюты США, Германии, Японии. Создание этих резервов и их поддержание отнюдь не безобидное дело, денег США и Германия даром не дают. В этих резервах омертвлен значительный потенциал народов этих государств.
          Создание мировой валютной системы на основе МВС позволит этим странам со временем совсем по-новому решать проблему контроля и поддержания курсов своих валют, позволят вообще отказаться от каких-либо валютных резервов.
          Действительно, мировой валютный рынок является в настоящее время наиболее архаичным из всех видов рынка. Это чисто обменный, бартерный рынок, где валюты меняют друг на друга. Это не современный денежный рынок, на котором имеется некоторый универсальный измеритель. Хотя в прошлом валютные рынки были денежными рынками, сначала роль универсального измерителя валютных денег играло золото, потом – доллар, сейчас нет этого универсального измерителя. А в результате на этом рынке царит анархия. Эмитенту валюты трудно понять, что происходит с его валютой. Например, по отношению к одной валюте курс его валюты растет, по отношению к другой падает. В чем дело – понять невозможно, то ли на самом деле моя валюта растет, то ли падают другие валюты и т. д. Придумка, к примеру, «валютной змеи» в ЕВС оказалась весьма уязвимой штукой. Ибо необходимо поддерживать курс в узких пределах, но относительно чего и кого? Нет репера, нет базы отсчета. Поэтому и произошел уже ее развал, в сентябре девяносто второго от этой змеи отвалились голова и хвост – Великобритания и Италия.
          И только мировое валютное средство, опирающееся на пул всех мировых валют и к тому же активно действующее на мировом денежном пространстве, имеет все шансы стать мировыми валютными деньгами, то есть универсальным измерителем на мировом валютном рынке. Постепенно не курс МВС будет устанавливаться по валютному рынку, а произойдет трансформация, и МВС станет измерителем стоимости национально-мировых валют. Причем показатели, на основании которых будут определяться курсы национальных валют, наглядны и просты. Если, к примеру, счет национальной валюты в МОДБ начинает уменьшаться, это означает, что курс этой валюты занижен, что выгодно покупать товары в стране – владельце валюты. Если, наоборот, счет национальной валюты начинает слишком быстро расти, это свидетельствует о завышении курса данной валюты. И на основании этих данных МОДБ со временем без всякого рынка сможет сам устанавливать курсы парциальных валют своего перечня. А мировой валютный рынок (мировая валютная толкучка) просто-напросто умрет, так как вместо того, чтобы менять валюты на мировом обменном рынке, гораздо проще будет от одной валюты к другой перейти через мировое валютное средство и МОДБ. Вы сдаете в МОДБ одну валюту за МВС, а затем МВС меняете на другую валюту. Причем курсы обмена строго и единообразно фиксированы. Это соответствует переходу от базарной торговли к магазинной торговле по стабильным ценам (а не ценам сиюминутной конъюнктуры).
          Нетрудно понять, какие выгоды получат все страны с национально-мировыми валютами. Ведь курс валюты определяет экономическое развитие страны. И когда этот курс будет устанавливаться независимым и объективным органом по объективным данным – это даст возможность тщательно контролировать экономические процессы, принимать заблаговременно меры. И к тому же это позволяет отказаться от омертвления средств в виде валютных авуаров. Более того, именно МВС и МОДБ во многом будут способствовать свержению доллара и марки с их особого пьедестала в современном финансовом мире. Для МОДБ эти валюты – рядовые национально-мировые валюты, которым не будет оказываться никакого предпочтения перед другими валютами валютного перечня МОДБ. МОДБ в два счета разрушит, к примеру, всю систему так называемого «евродоллара» уже тем, что не будет с ней иметь никаких отношений. В результате все национально-мировые валюты вновь «заползут» в свои национальные границы, во многом утеряют статус мировых. Для малых высокоразвитых стран это благо, а то, что США и Германия будут недовольны, то это их дело.

    Евро угрожает Европе

          А теперь рассмотрим вопрос о сопоставлении ЭКЮ и МВС. На первый взгляд идея ЭКЮ и идея МВС очень похожи. Обе валюты являются корзинными, правда, одна основана на пуле европейских валют, вторая – на пуле всех национально-мировых валют. Но это, естественно, не очень принципиально.
          На самом деле различие между этими двумя валютными системами чрезвычайно велико, благодаря чему одна – реальный проект, вторая – фантастика, хотя и поддержанная на высоком общеевропейском уровне и даже широкими народными массами этих стран, которым запудрили мозги западные не очень грамотные финансисты.
          Главное отличие состоит в том, что МВС основано на внешних, чужих валютах, а ЭКЮ – на внутренних, собственных валютах. МВС внутри валютного союза – это просто деньги, а вне его – это расчетная валюта, заместитель других национально-мировых валют. Но между этими двумя ипостасями существует жесткая пространственная граница. МВС ничем не обеспечено, курс его определяется чисто расчетным путем. Валютные авуары МОДБ – это не обеспечение МВС, это просто оно самое в количественном плане, то есть количество МДЕ полностью определяется количеством валюты на счетах МОДБ.
          Таким образом, здесь полностью разделены две вещи – качество и количество. Качество – стабильность – зависит от устойчивости национально-мировых валют. Количество же зависит от их объема на счетах МОДБ. В принципе можно иметь всего одну единственную единицу мирового валютного средства, тем не менее она будет высокостабильна и суперкачественна.
          А что же мы имеем с ЭКЮ? Половина выпущенных ЭКЮ обеспечена отчислениями от золотых и долларовых запасов, а половина – национальными валютами европейских стран. И в то же время расчет идет по корзине европейских валют. Что это? Какой-то странный монстр. С одной стороны, расчетная корзинная валюта, но тогда при чем тут обеспечение золотом и долларами? И что значит «обеспечение европейскими валютами»? У них что, печатный станок сломался, что они не могут напечатать своих валют еще на сотни миллиардов, чтобы еще наобеспечивать этих ЭКЮ на любую сумму? Идея ЭКЮ не выдерживает логического анализа. Она порочна в своей основе. И потому не может быть никакой общеевропейской валюты как подлинных денег широкого оборота, попытка ее введения вызовет финансовый крах Европы. Как можно ввести валюту, основанную на других валютах, когда эти же валюты ходят и самостоятельно, и на том же самом финансовом пространстве? Либо она вытеснит все парциальные (национальные) валюты, а тем самым и сама погибнет, ибо основана на тех же самых валютах, которые будет вытеснять, либо произойдет еще что-то, что сейчас просто логически невозможно предсказать (труднее всего предсказать последствия неразумных действий), но в любом случае финансовые потрясения Европе обеспечены. Маастрихт – это путь к гибели Европы.
          В настоящее время в Европе введена единая валюта евро, то есть обычная бумажно-счетная денежная система для целой группы государств. Фактически речь идет о государственном объединении Европы, превращении ее в единое государство. Единая валюта – это одно государство. По-другому быть не может. Думается, что Европа слишком поспешила с таким объединением. Она не может справиться с сепаратизмом в Италии, Франции, Испании, Великобритании, Бельгии. На что же надеются творцы новой Европы? На то, что французы смирятся с диктатом чиновников из Брюсселя и не возникнет национального движения французов за выход из этой Европы? Что этого же не захотят немцы, итальянцы, испанцы?
          Это приведет к такой волне национализма в Европе, что судьба ее будет не лучше бывшего СССР. Простейший пример. Во Франции существовали две франковые зоны в Африке, от которых поступали довольно большие доходы и преимущества. Создание общеевропейской валюты означает передачу всех этих французских привилегий в руки объединенной Европы либо отказ от них. Не нужно быть большим пророком, чтобы понять, какая пойдет во Франции волна, когда французы это осознают.
          Все это происходит от непонимания западными финансовыми специалистами взаимосвязей между финансами и политикой, финансами и социальными явлениями. Эти финансисты смотрят на вопросы с чисто технической стороны, не понимая, какое воздействие оказывают деньги на все стороны жизни. Но когда они это поймут, возможно, будет уже поздно.
          Почему мы так уверены в грандиозном провале евроизации Европы? Европейские финансисты отстали от жизни на целую историческую эпоху. Они не могут понять того, что бумажные деньги не способны объединить целый континент. Они несут дробление больших государств. Ведь даже существующие испытывают мощный напор сепаратистских разрушительных тенденций. А теперь подставьте вместо Ольстера Париж, вместо басков всех испанцев, вместо севера Италии всю Германию. Что останется от цветущей и процветающей Европы?
          Евроизацию Европы предлагается осуществить на отжившей свой век денежной институции – бумажных деньгах. Бумажные деньги по своей природе институт дробления, а не объединения. Только мощные внефинансовые факторы сдерживают эти тенденции. Разве мало примеров распада Британской империи, Португальской колониальной империи, Французской колониальной империи, СССР, Чехословакии, Югославии? Есть один контрпример – объединение Западной и Восточной Германии. Да и то оно произошло на волне эйфории крушения Берлинской стены. Если бы эти государства не объединились столь молниеносным способом тогда, то сейчас они бы уже не объединились ни за что.
          Объединительные тенденции несут в себе только электронные деньги. И если бы Европа попыталась создать единую общеевропейскую валюту в институции чисто электронных денег, то успех еще мог бы быть. Впрочем, вряд ли, так как до новой денежной институции надо дорасти и дострадать. Европа еще придет к ней через еврострадания.

    Вопросы внедрения

          Создание параллельной валютной системы, основанной на мировом валютном средстве, есть последний этап денежных преобразований. Предварительно должны быть произведены преобразования в рублевой области, создана многоуровневая банковская система, наличность выведена за пределы денежной системы.
          После этого может начинаться преобразование валютной сферы. В качестве первого шага должно быть издание указа или закона, запрещающего ввоз, хранение и использование на территории России любых нерезидентных валют в наличном виде, а также любых ценностных обязательств в иностранной валюте (иностранных неименных ценных бумаг) на предъявителя. Одновременно на территории России запрещается использование любых несертифицированных и не разрешенных к использованию Банком России электронных (карточных) платежных средств.
          После этого создается Международный обменно-депозитный банк (МОДБ), в который Банк России вкладывает все иностранные авуары. Одновременно МОДБ разрабатывает регламент Международного валютного средства (МВС) с Международной денежной единицей (МДЕ). И пересчитывает все свои валютные авуары в МДЕ.
          В стране создается параллельная (валютная) сеть торговли и обслуживания. В свое время запрет на использование иностранной валюты в торговле был совершенно ошибочным. Как известно, валютные магазины так и остались валютными, зато приобщение их к рублевому пространству вызвало резкий рост цен на отечественные товары, причем рост цен на отечественные товары зачастую был стимулятором роста и валютных цен, в результате чего Россия стала одной из самых дорогих стран в мире, даже в валютной сфере.
          Именно развязка валютного и рублевого сектора позволит вновь понизить цены и в рублевом секторе, и в валютном. Таким образом, валютные магазины должны торговать только на валюту в виде МВС, они относятся к предприятиям класса «А» и даже не имеют рублевого счета. Они за валюту закупают товары, за валюту их продают, валютой платят зарплату и налоги.
          За валюту они расплачиваются не только с иностранными поставщиками, но и с отечественными. Более того, с целью стимулирования валютных закупок у отечественного производителя создается специальная система налогового стимулирования. Например, налоги уменьшаются пропорционально увеличению доли отечественных товаров в закупках. Таким образом, создается система стимуляции экспорта без пересечения границы. Действительно, для предприятия, продающего товар за валюту, это есть экспорт. А если при этом не происходит пересечения границы, то это вторично. И вот такой экспорт и должен стимулироваться.
          В настоящее время валютная политика в России парадоксальна. Валюту нельзя заработать. Ее можно только купить.
          Новая валютная политика состоит в том, что теперь валюту можно заработать. Ее можно и купить. Но дорого. Таким образом, основными пользователями валюты становятся те, кто ее зарабатывает, а не те, кто украл каким-то образом рубли и купил на них валюту. Украсть валюту очень сложно. А заработать ее можно только действительно товаром высокого качества, необходимыми и конкурентоспособными услугами. И те, кто смогут это делать, и станут героями «новой России». Станут «суперновыми русскими».
          Куда легче украсть рубли в России. Тем более что само государство уже получило название «криминально-капиталистическое». А так как на эти же рубли можно по чрезвычайно низкой цене купить валюту, то и получается, что главными героями нашего времени стали именно бандиты, авторитеты, взяточники и кидалы из пирамид. Таковы «новые русские».
          В новой валютной стратегии Россия превратится в самую дешевую страну мира (в смысле валютных цен), в некотором смысле вся Россия становится беспошлинной зоной. Ввоз товаров для валютной торговли полностью освобождается от ввозных пошлин (за исключением акцизов). Вместо ввозной пошлины на товары вводится вывозная пошлина на валюту. Фактически это обычный коммуникационный сбор за пересылку валюты из ЦБ РФ в Международный банк, так как выход валюты из России идет именно и исключительно через Мировой обменно-депозитный банк.
          Потоку товаров из-за рубежа соответствует противоток валюты из России. И вместо того чтобы контролировать поток товаров, легче контролировать противоток валюты и на нем собирать пошлины. Но они должны быть умеренны, чтобы валютный рынок в России был самым дешевым в мире. Это необходимо, чтобы сами россияне могли свои небольшие валютные резервы потратить с наибольшей пользой, чтобы россиянам было выгодней тратить валюту внутри страны, а не вне ее, чтобы даже иностранцам было выгодно покупать в России собственные товары. Другими словами, необходима политика привлечения в Россию валютных средств всеми цивилизованными способами.
          Отметим, что сейчас от того, сколько валюты находится в России, государство практически никаких выгод не имеет. Поэтому оно заинтересовано только в налоговой стрижке. В новой системе государство получает доходы от валюты, которая находится на территории России. Ведь реальная валюта находится в западных банках, причем проценты по корреспондентским счетам – это чистый доход МОДБ, который по Уставу есть учредительская прибыль, то есть прибыль государств-учредителей.
          Создание параллельной валютной системы на основе мирового валютного средства станет окончательным завершением преобразования денежной системы России и главным фактором экономического подъема России в XXI веке.

    Теория цен и проблемы ценоустановления

    Теория цен товаров массового спроса

          В настоящее время существует несколько теорий цен. Наиболее распространенными являются две теории.
          Теории производственных цен (Рикардо, Смит, Маркс) исходят из того, что в основе цены лежат производственные затраты.
          В теории потребительских цен упор делается на потребителя и на его предпочтения.
          В наиболее распространенной в настоящее время теории цен демонстрируется, как цены устанавливает рынок на основе равенства спроса и предложения.
          Однако к проблеме цен можно подойти и по-иному.
          Цены устанавливает продавец, а не рынок и не покупатель. Реакция покупателя, а через него и рынка является вторичной. И теория цены должна прежде всего дать инструмент установления цены для производителя, а не только описывать коллективное взаимодействие всего рыночного механизма. Ведь конкретному продавцу или производителю мало утешения от того, что рынок сам «определит» цену, ибо к тому времени он может разориться. Значит, теория цены должна дать конкретному продавцу или производителю некоторые определенные советы и рекомендации, как установить цену на товар прежде, чем вынести его на рынок.
          Порок все прошлых теорий цен состоит в том, что в них действуют не субъекты, а объекты рыночных отношений. Но рынок – это не ансамбль молекул, а поле взаимодействия разумныхлюдей. И вот человеческий разум как раз и отсутствует в этих теориях.

    1. Кривые и области производственного предложения

          Рассмотрим производство некоторого товара.
          Прежде чем произвести товар, его необходимо разработать. Например, прежде чем начать производство зубной пасты, телевизора или стиральной машины, необходимо затратить определенные средства на разработку этих товаров. Пусть эти затраты равны A . Естественно, что затраты на разработку не зависят от объема производства самого товара.
          В процессе непосредственного производства существуют производственные затраты – на сырье, полуфабрикаты, электроэнергию, амортизационные затраты, на зарплату и т. д. Эти затраты можно отнести на производство единицы продукции. Пусть затраты на изготовление единицы товара равны a . Отметим, что в эти затраты мы сразу включили и некоторую нормальную производственную прибыль. Тогда полные затраты Z на производство n единиц товара будут функцией количества произведенного товара, для которой можно написать уравнение:
           Z(n) = A + n a
          Соответственно для полных производственных затрат на единицу товара можно записать следующее уравнение:

     
          Величину z мы назовем ценой производителя . Цена производителя не есть какая-то определенная величины, а есть функцияобъема производства. Чем больше объем производства, тем ниже цена производителя. На рис. 21 изображен график цены производителя в зависимости от объема производства, где Z – производственные затраты, a – цена изготовления.
          График этой кривой представляет собой гиперболу, которая плавно спадает с ростом объема производства. При достаточно большом объеме производства она стремится асимптотически к затратам на чистое изготовление a . Если взять некоторый объем производства n 0 , то общие производственные затраты будут Z = z n 0, которые на диаграмме выразятся в виде заштрихованного прямоугольника.

     
           Рис. 21. График зависимости цены производителя от объема производства
     
          Конечно, надо понимать, что это идеализированная схема. Как всегда, реальность намного сложнее. Но для того, чтобы понять сложную реальность, как раз и нужны простые идеальные схемы, которые можно постепенно усложнять, включая в нее те или иные факторы и влияния. Но если сразу начать со сложных схем, то вряд ли мы что-нибудь поймем. Таков общий ход научной рефлексии, которая резко отличается от рефлексии художественнической, которая сразу пытается вобрать в себя всю сложность и неоднозначность мира.
          Возвращаясь вновь к нашей проблеме – а это проблема установления цены продажи, – мы видим, что можем решить эту задачу только в том случае, когда кривая вышла на асимптоту, то есть объем производства товара настолько велик, что начальные затраты на его разработку составляют незначительную часть в общем объеме производственных расходов.
          Такой случай имеет место быть. Так, в прошлые века, когда научно-технический прогресс не шел такими бешеными темпами, когда товары производились по традиционным технологиям много лет и даже десятилетий, этот случай был наиболее характерным.
          Да и в наше время при производстве так называемых базисных товаров, то есть товаров очень большого производственного объема, например зерна, нефти, угля, черных металлов и т. п., хотя и в них может присутствовать постоянная компонента на разработку и совершенствование, но она сравнительно невелика по отношению к единице продукта и может быть просто учтена в качестве поправочного коэффициента к цене изготовления, этот случай имеет место.
          Но мы сейчас рассматриваем товары средней массовости, так называемые «товары широкого потребления» (ТШП), в которых объем производства не вышел на асимптоту, а уже надо создавать новый товар ввиду общей тенденции века научно-технического прогресса с его ориентацией на постоянную смену товара, на постоянное его совершенствование. Для таких товаров разработочная и изготовительская компоненты имеют одинаковый порядок величин. Другими словами, реальный предполагаемый объем возможных продаж далек от асимптотики.
          И вот при установлении цены продажи таких товаров мы сталкиваемся с той трудностью, что, зная все экономические факторы производства, мы тем не менее не можем установить цены продажи. И это именно ситуация в области среднемасштабного производства, которое в настоящее время представляет чрезвычайно большой сектор экономики. (Отметим, что, кроме крупномасштабного производства, мы исключаем и мелкосерийное, уникальное производство, например произведения искусства, ручные изделия и т. п., которые также характеризуются собственными законами ценоус-тановления.)
          Рассмотрим плоскость (z 0 N) , на которой по оси абсцисс откладывается цена z , а по оси ординат – количество N проданного товара T . Эту плоскость будем называть – экономической плоскостьютовара T .
          Произвольная точка (zn) на экономической плоскости характеризует экономику товара T . Действительно, она определяет цену товара, объем продаж, а произведение Z=z nопределяет полную выручку от реализации товара. Таким образом, экономические условия удобнее всего рассматривать на экономической плоскости товара.
          Для дальнейшего преобразуем уравнение производственной цены, вычислив из него объем продаж n :

     
          На экономической плоскости (zN) нанесем кривую n(z) . Этой кривой вся плоскость (zN) делится на две части. Область (zN) , при нахождении в которой производство приносит прибыль, и область, при нахождении в которой производство приносит убыток (см. рис. 22).
          Вся плоскость (zN) разделяется на области убыточного и область прибыльного производства. На самой кривой имеем нормальные экономические условия. Например, если точка А, характеризуемая значениями
           (z 1 n 1 ) , лежит в области прибыльного

     
           Рис. 22. Разделение плоскости «цена-объем» на области убыточного и прибыльного производства
          производства, то на рисунке изображена площадь прямоугольника, равного полученной сверхприбыли. Точка B лежит в области убыточного производства, и величина убытка отмечена на рисунке соответствующей раскраской.
          Итак, мы многое поняли, как распределяются убытки и прибыль. Но за производителем остается главный вопрос – установления цены. Если он правильно установит цену, то попадет в точку А и получит прибыль. Неправильно установив цену, он может попасть в точку В и получить одни убытки.

    2. Кривые и области спроса

          Для того чтобы установить цену, необходимо знать возможный объем продаж. В настоящее время на любом производстве существуют специальные службы маркетинга, которые как раз и имеют предметом своей деятельности априорное выяснение объема продаж.
          Главным инструментом маркетинговой деятельности является опрос потенциальных покупателей.
          Однако, думается, бессмысленно ставить вопрос перед потенциальным покупателем: «Купите ли вы объект предполагаемой продажи?» Ибо после выяснения качеств предлагаемого товара, он тут же задаст встречный вопрос: «А по какой цене?»
          Нет ответа на вопрос, купит ли потенциальный покупатель тот или иной товар. Правильный вопрос звучит так: «Купите ли вы такой-то товар по такой-то цене?» Ибо для покупателя важны не только чисто потребительские качества товара, но и его эко-

     
           Рис. 23. Кривая спроса и разделение экономического пространства на области возможных и невозможных продаж
          номическая характеристика – цена. Любой покупатель ограничен в финансовых ресурсах. И имеющиеся средства он желает использовать наиболее эффективно.
          Например, новый компьютер по некоторой цене может купить потребитель, для которого компьютеры являются основой производства, в то время как другой потребитель по этой цене его не купит, хотя и купил бы по более низкой цене.
          Таким образом, маркетинговая служба должна не дать ответ на вопрос об объемах возможных продаж, а должна дать ответ, сколько может быть продано товара при той или иной цене. Другими словами, маркетинговая служба в идеале должна дать кривую спроса p(z)  – зависимость потенциального объема продаж p от цены z . На рис. 23 изображена кривая спроса на плоскости (zN) .
          Эта кривая разбивает экономическое пространство «цена-объем» на область возможных продаж – нижняя часть, а верхняя часть – область, цель в которой при данном уровне цен и желаемом объеме продаж нереализуема. Максимально возможный объем продаж при данной цене находится на кривой спроса, которая и разделяет эти области.
           3. Ценоустановление
          Итак, мы имеем две экономические плоскости, одна из которых описывает предложение, вторая – спрос. Остается только их совместить.

     
           Рис. 24. Совмещенное экономическое пространство товара. Точка А определяет наивыгоднейшую цену. Заштрихованный прямоугольник показывает выручку
     
          1. На рис. 24 изображено совмещение двух экономических плоскостей одного и того же товара.
          На этом рисунке область прибыльности производства и область возможных продаж имеют единственную точку пересечения – точку А , которая и дает оптимальные условия продажи – цену, объем продажи, нормальную прибыльность и полную выручку, определяемую площадью заштрихованного прямоугольника.
          Итак, совмещение экономико-производственных данных с данными маркетингового исследования позволяет полностью решить проблему установления цены. Но любые данные в отдельности этого сделать не позволяют.
          Этим самым мы решили проблему ценоустановления для товаров указанного класса. Для этого необходимо определить кривую предложения и кривую спроса, что дает возможность на экономической плоскости товара определить область экономичности производства и область возможных продаж, и на пересечении этих областей и находится искомая оптимальная цена продажи. Одновременно определяется и объем продажи и выручка.
          На рис. 24 показано, что эти области имеют единственную точку касания. Это можно интерпретировать, что именно при цене z 0 произошло совпадение производственной и потребительской стоимости товара.
          Однако на самом деле взаимное расположение области производства и области продаж могут иметь самые различные взаимные расположения. О некоторых типовых случаях мы и поговорим.

     
           Рис. 25. Область спроса и область предложения не имеют пересечения. Производство
           товара экономически невыгодно

     
           Рис. 26. Область спроса и область предложения имеют перекрытие. В точке С имеются
           экономически выгоднейшие условия
          2. На рис. 25 показан случай, когда эти области вообще не имеют общих точек. Производство такого товара убыточно при любых ценах.
          Чем это можно объяснить? Очевидно, недостаточно высокими потребительскими качествами товара по сравнению с затратами на его производство.
          3. На рис. 26 изображен случай, когда кривые предложения и спроса пересекаются в точках A и B.
          Интервал цен (z A z B ) показывает интервал цен, удовлетворяющих условию прибыльности производства. Если нашей целью является получение наибольшей массы прибыли, то имеется точка С , в которой масса прибыли максимизируется. Цена, при которой масса прибыли максимальна, есть z C .
          Этот случай характеризуется получением сверхприбыли, что можно интерпретировать как превышение потребительской ценности товара над его производственной стоимостью.
          И тут возникает несколько схоластичный вопрос, но который тем не менее имеет определенный смысл: какой из субъектов экономического процесса является главным производителем этой сверхприбыли? Так как потребительская стоимость создается прежде всего при разработке товара, то естественно предположить, что именно разработчик товара и является основным создателем этой сверхприбыли. Совместно с тем лицом (физическим или юридическим), которое финансировало эту разработку и приняло на себя все риски этого процесса.
          4. На рис. 27 приведен пример товара, на экономической плоскости которого имеется несколько ценовых ниш. Экономически допустимыми являются цены z 1 , z 2 , z 3 c объемами производства n 1, n 2 , n 3 .

     
           Рис. 27. Экономическая плоскость товара с несколькими ценовыми нишами
          Какая из этих ценовых ниш является наиболее выгодной? Ответ на этот вопрос требует дополнительного анализа.
          Отметим, что этот случай совсем не редок на практике. Например, мы предполагаем издавать журнал или газету и должны сразу же определить свою ценовую нишу. Будет ли это массовый журнал невысокой стоимости либо элитарный журнал небольшого тиража и с высокой ценой. Определить ценовую нишу необходимо сразу же, перед выпуском товара на рынок, так как изменение ценовой ниши в процессе производства уже практически невозможно. Кроме того, выбор той или иной ценовой ниши во многом определяет характер оформления товара, направленность рекламы и т. д.
          Таким образом, проблема ценоустановления – чрезвычайно сложная проблема, которая во многом определяет дальнейший экономический успех всего предприятия.
          Какими же мерами можно улучшить экономические позиции товара? Важнейшим мероприятием является удешевление производства. Так как разработка товара к моменту, когда возникают эти проблемы, уже, как правило, закончена, то можно влиять лишь на цену изготовления. На рис. 28 показано, как влияет на область предложения удешевление (рационализация) производства. Ранее экономически невыгодный товар может при этом стать экономически выгодным.
          Другое важное мероприятие, которое воздействует не на область предложения, а на область спроса – реклама (см. рис. 29).
          Реклама позволяет расширить область спроса и сделать товар экономически выгодным. Зачастую этот способ является наиболее дешевым, вот почему роль рекламы приобретает столь большое значение в современной экономике. При этом важно не

     
           Рис. 28. Влияние рационализации производства на область предложения. 1 – начальная кривая предложения; 2 – кривая предложения после рационализации
          вообще поднять выше кривую спроса, а именно в области избранной ценовой ниши. Это требует нацеленного проведения рекламной кампании, чтобы воздействовать именно на те слои потребителей, которые являются главными в данной ценовой нише.
          Наконец, хотелось бы отметить еще один интересный феномен, при котором имеет место инверсное движение кривой спроса. Как правило, кривая спроса падает по мере увеличения цены. Однако существует и парадоксальное поведение кривой спроса, которая возрастает именно с увеличением цены (см. рис. 30).
          Это известный, по преимуществу в западной практике, феномен престижного потребления. В условиях потребительского общества основной способ «выделиться» человек находит в сфере прежде всего производства (в отличие от социалистического общества, где как раз культивировалось «выделение» в области производства. Вспомним «Доски почета», передовиков производства на телеэкранах и т. д.). И поэтому «выделение» происходит зачастую за счет дорогого товара, причем цена нередко мало связана с реальными потребительскими качествами товара. Вряд ли кто-нибудь скажет, что костюм «от Версачи» обладает десятикратно более высокими потребительскими качест-
     

     
           Рис . 29. Влияние рекламы на область с п р о с а
           1 – начальная кривая спроса; 2 – кривая
           спроса после рекламной кампании
     

     
           Рис. 30. Аномальное поведение функции спроса в области престижного потребления
          вами по сравнению с обычным массовым костюмом, как это следовало бы исходя из его цены. Зато обладание таким костюмом сразу выводит его владельца в некий круг особых людей. И снижение цен на эти костюмы не только не приведет к росту продаж, а может, даже наоборот, их уменьшить, ибо этим самым товар выводится из элитарной группы.
          Итак, мы описали основные принципы и понятия ценоустановления, которыми должен в явной или неявной форме руководствоваться любой производитель при запуске товара на рынок.
          Следующий момент, не менее важный для практики, – проблема управления ценой уже в процессе функционирования товара на рынке. Но этот момент в современной западной науке является достаточно детально разработанным, и мы на нем не будем останавливаться.
          Важность этого рассмотрения состоит в подтверждении того интуитивно ощущаемого практиками факта, что не существует алгоритма цены, который позволил бы чисто механически устанавливать цены товаров. Как бы экономическая наука ни утверждала противное, как бы ни убеждала, что у нее есть совершенно надежные рецепты, это не так. Цена всегда основана на знании и интуиции, ибо никакой, даже самый детальный, анализ не способен дать надежную кривую спроса, в ней всегда есть неопределенность и гипотетичность, ибо она имеет дело с людьми, с их стремлениями, представлениями и даже прихотями.
          Цена – это искусство. Наука позволяет дать для этого искусства образы и язык, но решения всегда должен принимать сам предприниматель. Риск всегда за ним.

    Базисные товары

    Проблематика цен базисных товаров

          В предшествующем разделе мы рассмотрели проблему ценоустановления для товаров широкого потребления. Главной проблемой в области цен товаров этого класса является неопределенность цены по данным производственно-экономического анализа. Этот анализ дает не значение, а лишь функцию зависимости цены от объема производства. Это приводит к тому, что, кроме данных собственно экономических, приходилось привлекать данные покупательского спроса.
          Но для товаров массового производства, таких, как, к примеру, нефть, уголь, электроэнергия, зерно, телефонные услуги, металл и т. п., этих проблем практически не возникает. Дело в том, что спрос на эти товары не зависит или слабо зависит от цен. Действительно, можно установить любую цену на бензин, но вряд ли это приведет к существенному изменению спроса на него. Хлеб является продуктом жизненной потребности, и при росте цен на него происходит скорее рост его потребления, чем падение, так как вместе с ростом цен на хлеб, как правило, происходит опережающий рост цен на более высококачественные продукты питания.
          В такого рода случаях принято говорить о не– или слабоэластичной функции спроса.

     
           Рис. 31. Экономическая плоскость базисного товара.
           1 – кривая предложения; 2 – кривая спроса; n o– максимальный объем продажи;
           z 0– уместная цена; z 1, z 2– монопольные сверхцены; Р – монопольная сверхприбыль для цены z 1
          Аналогично и цена на эти товары в малой степени зависит от объема производства, потому что эти объемы столь велики, что функция производственной цены выходит на асимптоту.
          Товары этого класса будем называть базиснымитоварами. Для базисных товаров можно принять, что их производственная цена не зависит от объема производства, а объем спроса не зависит от цены. Поэтому на экономической плоскости их кривая спроса представлена прямой, параллельной оси абсцисс, а кривая предложения – прямой, параллельной оси ординат (см. рис. 31).
          Как видно из этого рисунка, области спроса и предложения для товаров этого класса имеют обширную область пересечения.
          Наименьшая цена z 0 пересечения кривой спроса и кривой предложения является ценой продажи, дающей производителю нормальную для данной экономики прибыль. Будем называть эту цену уместной ценой. Этот термин использовался в Западной Германии в период перехода к рынку в конце сороковых годов, его использовал выдающийся экономист ХХ века, отец «немецкого экономического чуда» Людвиг Эрхард (см., к примеру, Людвиг Эрхард. «Благосостояние для всех». НАЧАЛА-ПРЕСС, 1991, стр. 39).
          Однако на основе общей теории цен в этом случае производитель может установить не только уместную цену, но фактически любую цену и может получить сверхприбыль за счет сверхцены, превышающей уместную, которую обычно называют монопольной сверхприбылью. На рис. 31 область Р характеризует сверхприбыль, соответствующую монопольной сверхцене z 1 .
          Именно поэтому столь активно во всем мире борются с монополизмом. Однако в дальнейшем мы покажем, что ситуация не совсем такова, как это представляется исходя из вышеуказанного простейшего рассмотрения.
          Итак, проблема ценоустановления для базисных товаров кажется весьма простой. Необходимо лишь рассчитать затраты на производство (изготовление) единицы товара, набавить нормальную прибыль, и мы получаем (уместную) цену базисного товара.
          Однако на самом деле ситуация не столь проста.
          Действительно, предположим нам необходимо установить уместную цену угля. Для этого мы определяем затраты на тонну угля электроэнергии, металла, цемента, зарплаты и т. д., умножаем эти расходы на соответствующие цены, суммируем, добавляем нормальный процент доходности, и все.
          Оказывается, отнюдь не все. Дело в том, что сама стоимость электроэнергии, металла, цемента и пр. составляющих стоимости угля зависит от стоимости угля. Поэтому, приняв в качестве новой стоимости угля новое вычисленное значение, мы автоматически изменим и стоимость компонент самой стоимости угля, и расчет надо начинать снова.
          Другими словами, математически это можно записать:
           z 1= f(z 2,z 3… z n) = f(z 2(z 1), z 3(z 1)…z n(z 1)),[1]
          где z 1 – цена угля,
           z 2 , z 3 … z n – цены составляющих затрат, которые, в свою очередь, зависят от цены на уголь z 1 .
          Именно это и отличает проблему цен товаров широкого потребления от проблемы цен базисных товаров. Действительно, вряд ли цена на губную помаду, газету или свитер влияет на цену электроэнергии, полиамидного волокна или бумаги, которые используются в производстве перечисленных выше товаров. Вот почему мы легко считали затраты на производство товаров ширпотреба и в самом расчете не было никаких проблем (проблемы возникли лишь при выборе одного из рассчитанных значений). Мы имели разомкнутую систему. А в проблеме цен базисных товаров мы имеем замкнутую систему, систему с обратной связью. Конечные данные расчета вновь необходимо направить на вход, и так можно кружиться по кругу бесконечно, ибо вовсе нет никаких причин, почему этот процесс должен вообще сходиться.
          Поэтому можно сделать следующее утверждение – важнейший в экономике аппарат калькуляционных затрат, хорошо зарекомендовавший себя в экономике товаров широкого потребления, в экономике базисных товаров не работает.
          На эту проблему можно взглянуть и с другой стороны.
          В век золотых денег существовал абсолютный денежный эталон денег в виде их золотого содержания. Поэтому любые затраты сравнивались с затратами на производство золота и имели абсолютную оценку. Можно сказать, что в эпоху золотых денег экономика опиралась на абсолютное денежное пространство, в котором и описывались все экономические процессы. Однако в настоящее время деньги являются не золотыми, а бумажными, и их ценность не имеет ничего общего с ценностью их носителя – бумаги. Никакой абсолютной меры, никакого эталона в системе бумажных денег не существует.
          Но как же тогда определяется ценность денег? Как ответить на вопрос: что такое лира, доллар, рубль?
          Очевидно, что ответ на вопрос «Что такое рубль?» можно дать, приведя справку типа:

     
          Таким образом, ценность рубля определяется стоимостью товаров, и, естественно, по преимуществу базисных товаров. Именно эта табличка и определяет номинал рубля.
          Аналогичная табличка, но с цифрами, представляющими цены в иенах, дала бы описание иены, с ценами в мальдивских тугриках – мальдивского тугрика и т. д.
          Можно сказать, что в эпоху золотых денег цены товаров определялись стоимостью денег (их золотым содержанием). В эпоху бумажных денег уже стоимость денег определяется ценами. Это можно выразить утверждением, что экономика денежно-бумажного обращения есть экономика на относительном (релятивистском) денежном пространстве. Цены формируют меру стоимости (ценности) денег, а не наоборот, как в абсолютном денежном (золотом) пространстве, когда именно деньги формировали цены.
          А так как в формировании меры, ценности денег определяющую роль играют именно базисные товары, то, изменяя цену на базисный товар, мы изменяем не только стоимость самого товара, но и стоимость денег, в которых описываются цены. Такова сложная ситуация в области экономики базисных товаров.
          Для России сейчас это стало особенно наглядно. Например, цена водки за последние четыре года возросла в 500 раз. Но кто осмелится сказать, что водка стала дороже? Наоборот, даже самый неграмотный в экономике человек вам скажет, что за последние годы водка фантастически подешевела.
          Так что мы видим, как непроста проблема цен базисных товаров, как связана она с самими глубинными основами денежной системы. Если проблема цен на товары широкого потребления может быть рассмотрена в рамках заданной денежной системы, то проблема цен на базисные товары поднимает самые глубинные проблемы денежной системы, и теория цен базисных товаров смыкается с общей теорией денег.
          Но что в данной ситуации самое удивительное, так это то, что во всей западной экономической литературе на эти аспекты проблемы цен базисных товаров невозможно найти даже намека. В чем тут дело?
          А дело в том, что в стабильной экономике, действительно, таких проблем реально не существует. Когда цены на такие типы товаров сформировались, сложились, спокойно функционируют длительное время, то, естественно, нет и проблемы их расчета. Возникает проблема цен на постоянно вновь и вновь выбрасываемые на рынок товары ширпотреба, и этой проблематикой западная экономическая наука занимается весьма интенсивно. Но о чем писать, что исследовать, если цены есть и существуют десятилетиями, испытывая лишь разве плавное движение в русле общей инфляции? Не о чем и нечего. Вот почему западная экономическая наука этой проблемы не касалась и ею совершенно не интересовалась.
          Проблема оказалась острой именно для России, для российской экономики в связи с переходом от одной системы ценоустановления, директивной, к другой – рыночной. И вот тут-то и выявилась с полной очевидностью вся сложность этой проблематики. Более того, все более становится очевидным, что без ее решения – сначала на теоретическом, а затем и практическом уровне – стабилизация российской экономики представляется проблематичной.

    Основы теории цен базисных товаров

          Итак, мы увидели, что проблема установления цен на базисные товары пока не имеет решения и заведомо является чрезвычайно сложной, так как является сугубо нелинейной и замкнутой задачей. Здесь есть нечто общее с ситуацией в такой области физики, как общая теория относительности. В ОТО необходимо решить задачу о движении тел в пространстве, метрика которого создается этими же самыми телами. Точно так же и здесь. Мы должны решить проблему цен в денежном пространстве, метрика которого создается самими этими же ценами. Насколько нам известно, такого рода задач в теоретической экономике даже не ставилось, и никаких методов решения пока не существует.
          Для того чтобы подойти к общему решению, начнем с простейшей модели. Пусть существует всего два базисных товара Iи II, цены на которые z 1 и z 2 мы хотим установить. Предполагаем линейную зависимость цен товаров друг от друга.
          Запишем общее уравнение зависимости цен товаров друг от друга.
           z 1= a 12z 2[2]
           z 2= a 21z 1
          Здесь надо сделать замечание. В рыночной экономике каждый из производителей может назначить собственные цены, не обращая никакого внимания на эту зависимость. Эта зависимость имеет место только для экономически обоснованных по принятому соглашению уместных цен. Уместные цены мы будем обозначать значком «0» вверху. Поэтому это соотношение можно переписать:
           z 0 1= a 12z 2 0[3]
           z 2 0= a 21z 1 0
          То, что такое соотношение для уместных цен может действительно существовать, следует хотя бы из опыта экономики западных стран, где базисные цены достаточно стабильны и, естественно, близки к уместным (в противном случае неизбежно было бы разорение для некоторых из производителей).
          Из этих соотношений чисто математически следует соотношение для коэффициентов a 12 и a 21 :
           a 12a 21= 1[4]
          Рассмотрим теперь плоскость (z 1 Оz 2 ). Назовем эту плоскость ценовым пространством. Построим на этой плоскости прямые, отвечающие уравнениям [3]. Очевидно, что из учета соотношения [4] эти две зависимости выльются в одну прямую, исходящую из начала координат, которую мы назовем лучом уместных цен, сокращенно ЛУЦ(см. рис. 32).

           Рис. 32. Ценовая плоскость базисных товаров I и II
          Точка на ценовой плоскости отражает ценовую ситуацию на рынке базисных товаров. Например, точка А соответствует ситуации, когда цена товара Iравна z 1 А , а цена товара IIравна z 2 А . Точка А лежит на луче уместных цен, и потому обе цены являются уместными, и ситуация на этом рынке является нормальной. Точка В соответствует другому состоянию этих же товаров, возникшему вследствие инфляции. Как мы видим, инфляция не привела к расстройству этого рынка, так как оба товара вновь оказались на луче уместных цен.
          Однако точка С лежит уже вне луча уместных цен. Так как эта точка лежит выше ЛУЦа, то это означает, что товар IIнаходится в сверхприбыльном состоянии, причем величина z 2 С z 2 С ’ есть сверхцена товара II, а товар Iпродается с убытками, равными z 2 С z 2 С . В точке D ситуация обратная – товар Iпродается со сверхприбылью, а товар IIс убытками.
          Отсюда сразу же видно, что говорить о монополизме производителя базисных товаров можно с большой оговоркой, ибо мы видим, что, кроме внутривидовой, то есть между товарами одного вида, конкуренции, существует межвидовая конкуренция – конкуренция между всеми базисными товарами. А на этом рынке нет монополистов. Производитель базисного товара может получить сверхприбыль, вздувая цену, но за счет производителей других базисных товаров, которые, естественно, имеют ту же самую власть и не преминут ею воспользоваться, чтобы восстановить свое положение.
          Итак, мы получаем еще одну особенность рынка базисных товаров. На рынке товаров ширпотреба главной является внутривидовая конкуренция, то есть конкуренция между товарами одного класса. Например, конкурируют между собой различные виды губных помад. Но нет никакой межвидовой конкуренции – губная помада с компьютером не конкуренты.
          На рынке базисных товаров внутривидовая конкуренция, как правило, ослаблена. Даже если есть, к примеру, несколько энергетических компаний, то конкурировать им не приходится. Как правило, ввиду ограниченности, а то и единичности производителей базисных товаров одного вида они всегда в той или иной мере имеют сговор, даже если он и не зафиксирован официально.
          Гораздо более существенна межвидовая конкуренция на этом рынке – конкуренция между различными базисными товарами. И всякая попытка воспользоваться своей «монополией» наносит удар по другим «монополистам», которые имеют те же самые возможности.
          Таким образом, наши представления о монополизме времен начала века необходимо серьезно скорректировать. На самом деле никакого экономического монополизма на рынке базисных товаров нет и быть не может. Так что все законодательство о монополизме по большей части бессмысленно, а страхи перед монополизмом во многом надуманны и основаны лишь на экономической безграмотности.
          В современном мире есть единственный тип монополизма – гарантированный государственным патентным законодательством монополизм изобретателя. Об этом монопольном рынке мы будем еще говорить в дальнейшем.
          Продолжим рассмотрение рынка базисных товаров. Мы говорили, что есть единственная совокупность уместных цен. На самом деле ситуация в экономике не является столь жесткой. Существует интервал цен, цены внутри которого являются экономически приемлемыми. Поэтому для экономически приемлемых цен систему уравнений [2] можно переписать в виде системы неравенств:
           z 1› k a 12z 2[5]
           z 2› k a 21z 1,
          где k –некоторый коэффициент, меньший 1, например 0,9.
          На рис. 33 изображена ценовая плоскость и выделена область, на который эти неравенства удовлетворяются. Эту область назовем конусом допустимых цен – КДЦ. Можно назвать его также «коридор допустимых цен».
          На этом рисунке показана ценовая плоскость и движение изображающей ценовой точки в стабильной рыночной экономике. Изображающая ценовая точка постоянно находится внутри конуса допустимых цен. И в этом конусе она может перемещаться под действием тех или иных факторов рыночного и нерыночного характера. Цены отдельных товаров могут расти или уменьшаться, причем независимо друг от друга, если только они не выходят за пределы КДЦ.

     
           Рис. 33. Ценовая плоскость и движение изображающей ценовой точки в стабильной рыночной экономической системе
          Но спрашивается, как независимые производители, обладая свободой выбора, более того, нередко являющиеся естественными или скрытыми монополистами, узнают, какие движения для них допустимы, а какие – нет? Обычные рыночные механизмы здесь не могут дать никаких сигналов.
          Дело в том, что производители в этой системе находятся не месяц, не год и не два, а десятилетия. И они приобрели опыт, понимание и даже чутье, что если они совершат слишком «резкие» движения, то это к ним самим через некоторое время может возвратиться сторицей. У них возникает как бы негласный, неписаный «общественный договор».
          Действительно, за десятилетия совместного существования в единой экономической системе те же нефтяники прекрасно поняли, что если они резко поднимут цены на нефтепродукты, то завтра это вернется к ним подскочившей стоимостью электроэнергии, металла, проката, оборудования, химикатов. Они это уже знают. И потому их рыночная свобода имеет внутренние самоограничения, пределы своей свободы они ощущают скорее на интуитивном уровне, но тем не менее действуют эти ограничения весьма эффективно.
          Более того, не надеясь на это «чутье», государство в США в течение десятилетий жестко контролировало цену на важнейший базисный товар – нефть. И лишь около пятнадцати лет назад цены на нефть были освобождены.

           Рис. 34. Ценовая плоскость и движение изображающей ценовой точки в нестабильной
           рыночной экономической системе
          Таким образом, в области базисных товаров в стабильной рыночной экономике имеется свободный рынок, но рынок, на который наложены самоограничения. И потому о «всевластии монополий» в рыночной экономике говорить просто смешно. Нет его, этого всевластия, точнее, оно ограничено добровольным пониманием того факта, что все производители базисных товаров сидят в одной «экономической лодке», которую не стоит без нужды раскачивать. Что невозможно получить на длительный срок преимущества, даже используя монополизм. Наоборот, очень даже просто сорваться в экономический штопор, в результате которого потеряют все.
          А как происходит этот «экономический штопор», показано на рис. 34.
          На рисунке начальная точка А находится вне КДЦ, выше его. Это значит, что в этой точке товар IIпродается по цене выше экономически допустимой, и производитель этого товара получает сверхприбыль. В то же время производитель товара Iпродает товар по цене ниже экономически допустимой и несет убытки. Поэтому естественным является в некоторый момент повышение цены товара Iдо значения z 1 B . При этом он не имеет никакого представления об экономически допустимой цене и потому, как правило, проскакивает ее. Тем более что он должен скомпенсировать те убытки, которые получил, пока ценовая точка находилась в точке A . При этом ценовая точка оказалась по другую сторону конуса допустимых цен, и теперь уже производитель товара IIстал терпеть убытки. Через некоторое время он осуществляет повышение цен, и ценовая точка переходит в точку С . И так процесс идет беспрерывно, результатом чего является, как легко видеть, общий рост цен, то есть инфляция, обесценение денег.
          Может ли рынок, то есть производители, самостоятельно и независимо друг от друга войти в КДЦ и действовать в соответствии со схемой на предыдущем рисунке? Конечно, нет. Ведь мы демонстрируем лишь простейшую схему с двумя базисными товарами. А если их десятки, сотни и тысячи? И каждый действует на свой страх и риск, каждый сам пытается выжить? Ясно, что войти в узкий конус допустимых цен и держаться в нем на основе законов свободного рынка невозможно. Тем более что где этот конус находится, никому не известно.
          Надо еще иметь в виду. Запад вошел в свою рыночную систему на базе бумажных денег сравнительно плавно из абсолютного денежного пространства золотых денег, в котором товары автоматически находились в области этого конуса, ибо в системе золотых денег явления инфляции не существовало.
          Впрочем, история показывает, что и Запад чуть не сорвался в экономический штопор и с чрезвычайно большими трудами смог найти область равновесия. Это произошло после того, как в 1971 году страны ОПЕК неожиданно резко повысили цены на нефть. Несколько лет происходило ценовое приспособление к новой системе базисных цен. Это был сложный период для Запада.
          Но когда Россия вдруг с одной ценовой системы жесткого ценового администрирования в одно мгновение перешла в свободный рынок, то ситуация на рынке базисных товаров, естественно, оказалась очень далекой от стабильной, а ценовая точка оказалась далеко вне конуса экономически допустимых цен, когда самой информации о том, а где же этот конус находится, нет, то и начался процесс, который продемонстрирован в упрощенной форме на рис. 34.
          Итак, самый главный вывод: свободный рынок независимых производителей принципиально не способен стабилизировать ситуацию на рынке базисных товаров. Свободный рынок базисных товаров вне условий равновесия ведет только к безудержному инфляционному движению.
          И потому все попытки справиться с инфляцией путем ограничения объема средств финансового взаимодействия – денег – очень похожи на лечение астматика, который, задыхаясь, слишком много вдыхает воздуха, путем наложения на его горло удавки. Да, дышать он меньше будет, но, вероятней всего, вовсе перестанет.
          И это мы очень хорошо видим на российской промышленности. Вместо лечения болезни – а эта болезнь есть нестабильность, неравновесность рынка базисных товаров – воздействие направляют на его последствие – инфляцию. И приводит это лишь к развалу, ликвидации самого промышленного производства.
          Итак, мы видим, что то, что в настоящее время происходит в экономической сфере России, прекрасно описывается экономической теорией, все происходит абсолютно точно по теории, что, конечно, лестно для нее, как лестно было для врача из известного анекдота, что «больной перед смертью потел».
          Как же найти выход из этой ситуации?
          Свободный рынок, как мы видели, ничем не поможет. В стабильный свободный рынок базисных товаров невозможно войти рывком, в него можно только очень тихо и медленно вползать, как это и происходило на Западе.
          А как же тогда решалась эта проблема в социалистической административно управляемой экономике? В социалистической экономике государство не могло ввиду отсутствия рыночных отношений найти условия равновесия, найти коридор экономически допустимых цен, так как вычислить его при отсутствии рынка невозможно. Действительно, для того чтобы рассчитать калькуляционным методом уместные цены на один товар, мы должны знать уместные цены на все остальные товары. Таким образом, задача тупиковая.
          Поэтому в социалистической экономике цены устанавливались нормативно на основании определенных экспертных оценок, а также используя и внеэкономические соображения. А затем происходило административное перераспределение прибыли. Со сверхприбыльных отраслей она изымалась, а в убыточные отрасли вкладывалась.
          Отметим, что этот способ регулирования не чужд и экономике свободного рынка западных стран. Действительно, все сельское хозяйство в этих странах (а основная сельхозпродукция, без сомнения, относится именно к сфере базисной продукции) специально поставлено в ценовую ситуацию ниже уровня экономически приемлемых цен, а затем его дотируют из бюджета, то есть чисто социалистическим способом перераспределения прибыли. Массовость этого явления показывает, что это не случайность, а некоторая закономерность.
          Почему это так?
          Сельскохозяйственное производство наиболее специфично по сравнению с производством всех иных базисных товаров. Производство промышленных базисных товаров организовано в виде крупных и немногочисленных концернов или предприятий. Ясно, что они руководятся специалистами высокой квалификации, хорошо сознающими ту меру ответственности, которая лежит на них.
          Но сельскохозяйственное производство – единственное базисное производство, являющееся предельно диверсифицированным, раздробленным. Поэтому какие-то совместные решения в сельском хозяйстве принять сложно. И в свободной конкурентной борьбе оно всегда будет проигрывать предельно концентрированному и монополизированному промышленному базисному производству. Да просто потому, что процессы принятия решений для одного человека или группы в три-пять человек, а также для массы в десятки, сотни тысяч и даже миллионы действующих лиц совершенно различны. У них совершенно разная динамика, как различна динамика у катера и морского лайнера. Ясно, что нельзя в одной гонке ставить их на одну дистанцию. Вот почему сельскохозяйственное производство специально выведено из общей системы экономического взаимодействия рынка базисных товаров путем создания специальных условий, когда себестоимость сельхозпродукции выше рыночной цены, а убытки покрываются государством.
          Когда же сельскохозяйственное производство включено на формально равных правах в рынок базисных товаров, то оно всегда будет проигрывать другим секторам экономике, что Россия продемонстрировала в полной и абсолютной степени. Промышленность – сельскохозяйственное машиностроение, химическая индустрия и пр. всегда выигрывают у него. Ведь заводу комбайнов, являющемся монополистом, для принятия решения о повышении цен на комбайны требуется два часа. Но чтобы все сельское хозяйство с его миллионами конкурирующих друг с другом сельхозпроизводителей смогло преодолеть сопротивление рынка и добиться повышения цен на свою продукцию, нужны месяцы. Оно всегда отстает и просто не может не отставать от сегодняшней экономической ситуации.
          Таким образом, капитализм оказывался отнюдь не безразличным к опыту социализма, и все полезное из этого опыта активно использовал. И потому совершенно нелепа ситуация, когда Россия отвергает собственный опыт прошлого с порога. Поэтому ситуацию в сельском хозяйстве необходимо из общего рассмотрения рынка базисных товаров пока вынести за скобку, и решать в первую очередь проблему рынка промышленных базисных товаров. И выясняется, что ни опыт Запада, ни прошлый опыт тут оказывается непригодными, хотя и должны учитываться.
          Фактически стоит двуединая задача.
          1. Создание системы определения уместных цен и пространства экономически допустимых цен для базисных товаров. Эту проблему можно назвать «проблема ценового мониторинга». Ее можно решать как на государственном уровне, так и используя авторитетные независимые экспертные институты.
          2. Создание системы целенаправленного воздействия на рынок базисных товаров с целью введения его в конус допустимых цен и дальнейшего поддержания его в этом состоянии. Очевидно, что это воздействие может иметь временный характер, пока сами производители не приобретут опыт, не почувствуют свою ответственность и не смогут уже сами управлять собственным рынком без внешней помощи. Речь идет о создании экономики переходного периода. И, естественно, это воздействие должно быть уже сугубо государственным. Таким образом, мы можем сказать, что экономика переходного периода, по крайней мере в области базисного производства, должна сочетать рынок с некоторым целенаправленным государственным воздействием на этот рынок.

    Теория ценового мониторинга

          Обобщим наше рассмотрение для случая произвольной мощности множества базисных товаров.
          Соотношения между уместными ценами для случая, когда имеется nбазисных товаров, будет иметь вид:

     
          Соответственно и для интервала экономически обоснованных цен имеем систему неравенств:

     
          Система уравнений (1) создает в многомерном пространстве линию, которую мы также будем называть лучом уместных цен (ЛУЦ). Система уравнений (2) создает в многомерном пространстве {z 1,z 2… z n} конус допустимых цен. Таким образом, переход от простейшей модели двухмерного ценового пространства базисных цен к многомерному не приводит к новым явлениям, а лишь усложняет задачу и делает ее менее обозримой.
          Мы видим, что вся информация о рынке базисных товаров содержится в системе коэффициентов
           {a ik }, i,k = 1,2…, которые можно записать в виде матрицы A.

     
          Матрица А называется матрицей ценовых паритетов, а коэффициент a ik этой матрицы – ценовым паритетом товара iпо товару k. Смысл коэффициента a ik состоит в том, что он определяет, сколько единиц товара k необходимо отдать за единицу товара i при экономически равноправном обмене. Либо еще проще – во сколько раз единица товара i дороже единицы товара k .
          Коэффициенты a ik не независимы, а подчиняются некоторым соотношениям. Эти соотношения легко получить из системы (1), если в уравнение для z 0 i в зависимости от z 0 j подставить значение z 0 j в зависимости от z 0 k и так делать сколь угодно долго, заканчивая подстановку величиной z 0 i . Тогда мы получаем следующее условие на коэффициенты матрицы А :
           a ij a ik . . . a lm a mi = 1 (4)
          Это прямо следует из принципа паритета при обмене – если по этой матрице обменять некоторый товар на другой, второй товар на третий, третий на четвертый и т. д., то при любой длине цепочки обменов, возвратясь к исходному товару, мы получим то же самое его количество. Другими словами матрица паритетов A есть матрица с нулевой прибылью. Такие матрицы еще называются уравновешенными матрицами.
          Матрица ценовых паритетов является частным случаем более общего типа курсовых матриц, широко используемых в финансовой и экономической науке и практике. Простейший пример – матрица валютных курсов. Отметим, что используются курсовые матрицы как с нулевой, так и с ненулевой прибылью, то есть как уравновешенные, так и неуравновешенные.
          Матрица ценовых паритетов имеет значения 1 на главной диагонали. С точки зрения теории матриц матрица ценовых паритетов – это эрмитова матрица ранга 1.
          Ранг 1 означает, что все ее строки и столбцы линейно зависимы, и для полного определения такой матрицы размерности n требуется знать не n(n-1) , а лишь n-1 чисел.
          Другими словами, зная лишь одну строку или один столбец, мы можем полностью восстановить матрицу ценовых паритетов. А зная уместную цену одного-единственно-го базисного товара и матрицу ценовых паритетов, мы восстанавливаем уместные цены для всего пула базисных товаров.
          Таким образом, задача определения системы уместных цен базисных товаров раскладывается на две подзадачи:
          1. Определить уместную цену хотя бы одного товара.
          2. Определить матрицу ценовых паритетов.
          Но как решать эти задачи, если калькуляционный подход не пригоден? Очевидно, что только по наблюдению самих рыночных цен товаров. Как мы уже
          показывали ранее, при нестабильном рынке базисных товаров происходит постоянный инфляционный рост цен, но, кроме того, изображающая точка в ценовом пространстве при свободном рынке постоянно колеблется вокруг луча уместных цен. Таким образом, необходимо создать некоторый способ статистического анализа реальной рыночной ситуации, на основании которого и извлекать требуемую нам информацию.
          В качестве исходных рыночных данных мы имеем зависимости цен базисных товаров от времени.
          Интервал цен товаров слишком велик, и потому желательно привести все эти зависимости к одному масштабу. Это можно осуществить, если перейти от цен к индексам цен – индексам абсолютных цен базисных товаров:

          Индексы абсолютных цен удобны тем, что все цены приведены к одному масштабу, их можно нанести на один график. На дату начала наблюдения t 0 их значения для всех товаров равны 100 пунктам, а в дальнейшем они меняются в связи с инфляционным процессом.
          А теперь найдем средневзвешенное значение индексов абсолютных цен:

          Выбор весовых коэффициентов представляет не простую проблему. Желательно, чтобы они отражали важность товара в экономической структуре. Один из возможных вариантов использовать коэффициенты, пропорциональные объему продаж товара. Однако нередко в экономике используется и простейший выбор – все коэффициенты c j устанавливаются одинаковыми.
          Отметим, что выбор способа взвешивания не является критичным. Результаты, получаемые при различных достаточно разумных выборах весовых коэффициентов, сравнительны близки друг к другу. Поэтому мы пока не будем подробно останавливаться на процедурах взвешивания. Этот индекс назовем интегральным индексом цен базисных товаров – ИИЦБТ.
          ИИЦБТ во многом является характеристикой ценности национальных денег, точнее, динамики ценности денег, так как именно базисные товары являются определяющими в этом плане. И его можно использовать в качестве индикатора общей денежной инфляции. В настоящее время в качестве индикатора инфляции в России используется Индекс потребительских цен Госкомстата. Конечно, важность этого индекса трудно отрицать, особенно в социальном планировании и управлении. Но представляется не вполне корректным распространять процессы в области товаров потребительского назначения, более того, специфицированных для отражения уровня жизни прежде всего самых малоимущих слоев населения, на всю экономику. Ведь на основе Индекса цен Госкомстата Центробанк устанавливает ставки рефинансирования, правительство планирует бюджет и многое другое. И использование некорректного показателя является источником экономических трудностей во многих отраслях экономики, финансов, социальной жизни. Поэтому там, где использование госкомстатовского индекса корректно, там надо его использовать, например, в области пенсионного обеспечения, минимальной зарплаты и т. д. Но недопустимо абсолютизировать этот индекс, как бы ни была авторитетна организация, его ведущая. Там, где речь идет об общеэкономической ситуации, лучше использовать ИИЦБТ, в крайнем случае использовать совместно индекс цен потребительских товаров и индекс цен базисных товаров в качестве базы создания общеэкономического индекса.
          Начальное значение P(0) равно 100 пунктам. Поэтому P(t) можно интерпретировать как индекс цен некоторого товара, начальная цена которого Z 0 =1 , а цена Z(t) на момент времени t равна P(t) . Этот товар можно назвать базисным комплексом. Он описывает как бы всю совокупность базисных товаров, некий комплексный обед на рынке-ресторане базисных товаров.
          А теперь мы выскажем центральный постулат теории цен базисных товаров: цена базисного комплекса является уместной всегда.
          Если все цены базисных товаров являются уместными, то и цена базисного комплекса также уместна. Если ценовая точка лежит вне луча уместных цен, то существует по крайней мере один товар, цена которого выше уместной, и по крайней мере один товар, цена которого ниже уместной. Поэтому при усреднении индексов абсолютных цен и создании таким образом базисного комплекса отклонение его цены от уместной будет по крайней мере меньше, чем у исходных товаров. Поэтому мы можем с хорошей достоверностью принять, что цена этого товара всегда лежит на луче уместных цен.
          Этот постулат и позволяет дать простое и эффективное решение проблемы установления уместных цен.
          Так как базисный комплекс есть базисный товар, то и для него верны соотношения (1).
           Zy = a t Z(7)
          Здесь Z – базисный комплекс, значок «0» мы над ним не ставим, так как его цена всегда уместна. a i – ценовой паритет i -того товара по отношению к базисному комплексу. Этот ценовой паритет назовем главным ценовым паритетомдля товара i . Совокупность {a1,a2… an} назовем главным векторомрынка базисных товаров.
          Знание главного вектора позволяет легко определить матрицу обмена:

     
          Из (8) следует:

     
          Рассмотрим теперь величину z i (t)/Z(t).
          Произведем усреднение этого отношения по достаточно большому промежутку T.

          Второй член знакопеременный и при усреднении по периоду, существенно превышающему цикл движения цен, дает нуль. Здесь мы применили разложение цены z на уместную z 0 и отклонение от уместной z = z-z 0 .
          Введем теперь индексы относительных цен. Индекс относительных цен базисного товара равен отношению его индекса абсолютных цен к интегральному индексу цен базисных товаров.

     
          Индексы относительных цен дают наглядное представление сравнительной динамики относительного ценового движения. Рост этого индекса для некоторого товара означает опережающий рост цен данного товара по сравнению со средним ростом, падение его означает, что некоторый товар отстает в инфляционном движении. Индекс относительных цен дает динамику цен в так называемых «неизменных ценах», причем датой приведения является начало отсчета интегрального индекса инфляции. Подобного рода индексы под разными названиями широко используются в эконометрии.
          Усредним значения индексов относительных цен по промежутку времени, существенно превышающем циклы ценового движения базисных товаров. Обозначим среднее индекса относительных цен через ‹q i ›. Проанализируем, чему оно равно:

     
          Отсюда получаем для главного ценового паритета:

          Таким образом, на основании ценового мониторинга мы получаем главный вектор цен, с помощью которого, используя отношения (8), легко получить и всю матрицу ценовых паритетов A = a ij .
          Таким образом, задача определения матрицы ценовых паритетов базисных товаров определена полностью.
          Отметим полезные соотношения:

     
           r t(t) дает отклонение реальной цены от уместной в процентах.
          Вернемся вновь к смыслу индекса интегральной инфляции. Величина Z(t)=P(t) дает динамику изменения стоимости некоторого товара, который в принципе реально может быть предложен покупателю.
          С другой стороны, величину

          можно рассматривать как показатель, характеризующий динамику денег – Индекс покупательной силы (способности) денег.
          В этой двойственности как раз и находит отражение специфика бумажных денег, отличающая их от золотых, абсолютных. В этом и есть специфика релятивистского денежного пространства, на котором разворачиваются экономические процессы.
          Как легко понять, повышение цены базисного товара на q процентов лишь на долю q(l-Cj) идет на реальное повышение цены товара, а величина c tq идет на обесценение денег. Если же повышают одновременно к производителей на q процентов, то на повышение цен идет доля q(l – ? Kc t) , а остальное на обесценение денег. Таким образом, наиболее выгадывает тот, кто первым начинает повышение цен. Отсюда и следует стратегия борьбы с инфляционным движением – бить первого, кто высунется. Другими словами, от стратегии интегрального воздействия на всех участников процесса желательно перейти к стратегии выборочного, целевого воздействия и именно на того или тех, кто наиболее в данный момент «опасен».
          Можно привести такой образный пример. Предположим движется пелотон велосипедистов, движение которого мы хотим затормозить. Вместо того чтобы запрещать двигаться быстро всем, накладывать на их колеса какие-то ограничители, гораздо проще направить на них встречную струю ветра. Тогда только первый будет встречать сопротивление воздуха, а остальные за его спиной будут двигаться совершенно свободно. И тем не менее движение замедлится, ибо как только кто-то выскочит вперед, так на него обрушивается сила ветра.
          Параметр г,и есть параметр, по которому можно осуществлять воздействие. Установив пороговое значение
           r › 0,при превышении которого воздействие осуществляется, мы тем самым установим конус цен, рекомендуемых государством.

    Механизмы государственной ценовой политики

          На основе разработанной теории базисных товаров можно предложить конкретный механизм государственной ценовой политики в области базисных цен. Цель этой политики:
          1. Снизить, а постепенно и ликвидировать инфляцию.
          2. Ввести все цены базисных товаров в конус экономически обоснованных цен, основанного на разумных ценовых паритетах.
          Ценовая политика должна включать в себя два этапа:
          1. Создание системы ценового мониторинга.
          2. Создание системы воздействия на рынок базисных товаров с целью направления его в желаемом направлении.
          Создание ценового мониторинга возможно как на государственной, так и на негосударственной, общественной основе.
          При создании ценового мониторинга на негосударственной основе желательно, чтобы его осуществляла авторитетная в глазах общества организация, возможно, при поддержке различных торговых палат, объединений экспортеров и предпринимателей.
          Этот ценовой мониторинг должен сводиться к регулярной, например еженедельной, публикации каталога уместных цен в сопоставлении с реальными ценами. Думается, даже сама по себе публикация такого рода каталогов уже окажет определенное воздействие на рынок, ибо даст всем субъектам этого рынка определенную и важную информацию не только о собственных товарах, но и о товарах их экономических контрагентов, которой они, естественно, начнут активно пользоваться в своих деловых отношениях.
          О важности такого рода информации свидетельствует опыт проведения экономических реформ в Западной Германии. Хозяйственным управлением, руководимым Людвигом Эрхардом, начиная с конца 1948 года регулярно публиковался Каталог уместных цен. Этот каталог вырабатывался совместно с торгово-промышленными кругами и профсоюзами. Этот каталог не имел никакого директивного наполнения, а носил чисто информационный характер, но он сыграл большую роль в стабилизации экономики в ФРГ, о чем говорит сам Людвиг Эрхард в своей книге (см. выше).
          Нужно понять, что сейчас потребитель (даже производственный) не имеет фактически никакой ценовой информации о товарах своих деловых партнеров кроме той, что дают сами эти деловые партнеры. Появление независимой информации, которая не только регистрирует то, что есть в действительности, но и в определенной степени дает ориентиры для отстаивания своих интересов, будет, бесспорно, чрезвычайно полезным.
          Для осуществления этого мониторинга должна быть сначала создана соответствующая корзина базисных товаров. Вряд ли она должна быть слишком велика. Думается, пятидесяти единиц товаров различных товарных групп, являющихся наиболее представительными в этих группах, будет вполне достаточно. А затем по ним по приведенной выше технологии и осуществляется ценовой мониторинг с регулярной публикацией уместных цен и периодической публикацией матрицы ценовых паритетов.
          Возможно и придание этой работе государственного статуса, поручив эту работу воссозданному Комитету по ценам при Кабинете министров или Минэкономики.
          Базисные товары, не вошедшие в фундаментальную корзину базисных товаров, могут быть привязаны к своим представителям. Например, если нефть вошла в корзину, то бензин, дизтопливо, керосин, масла могут быть для определения уместных цен привязаны к цене нефти.
          В результате на основе главной корзины товаров может быть создан целый куст систем ценовых мониторингов для различных типов товарных рынок.
          Второй этап, после отладки и запуска системы ценового мониторинга, – создание системы проведения активной государственной политики в области цен базисных товаров. Такая политика должна быть направлена не на ограничение прибыльности предприятий, а на сверхцену. Для этого можно ввести налог на сверхцену базисных товаров. Например, если отклонение цены от уместной превышает установленный порог, то определенная и значительная часть дохода предприятия, полученного за счет сверхцены, должна изыматься у предприятия в качестве налога.
          Сейчас используется регулирование цен за счет ограничения уровня рентабельности. Нет ничего более порочного. Ведь рентабельность можно получить не только за счет цен, но и за счет модернизации и совершенствования производства. Ограничение уровня рентабельности ведет к тому, что предприятия становятся мало заинтересованными в повышении экономической эффективности своего производства, так как они оказываются наказанными за это наравне с теми, кто просто накручивает цены. Более того, ограничение уровня рентабельности, наоборот, стимулирует расточительность, повышение себестоимости, так как при этом при нормированной рентабельности можно получить большую массу прибыли. И это хорошо показала система регулирования цен в последние два-три года, когда именно в условиях госрегулирования цен они растут даже быстрее, чем в отсутствии всякого регулирования. Плохое регулирование хуже всякого отсутствия регулирования.
          Например, возможно установление налога на сверхцену в размере 50 процентов от сверхприбыли, полученной за счет сверхцены.
          И в заключение вновь подтвердим вывод теории цен базисных товаров: включение в единый рынок базисных товаров сельскохозяйственных базисных товаров для сельского хозяйства является смертельным, что подтверждает опыт всех развитых и развивающихся стран. Ни в одной из этих стран нет единого рынка для промышленных и сельскохозяйственных базисных товаров – ни в Америке, ни в Европе, ни в Японии, ни в тихоокеанских «тиграх». И если мы хотим хоть что-то взять из мирового опыта, то это должно быть осознано в первую очередь.
          Разделение осуществляется путем создания (толчнее, рынок сам это создает) заниженных цен сельхозпродукции и частичной дотации сельского хозяйства. Конкретные механизмы государственно регулируемой перекачки средств от промышленности к сельскому хозяйству требуют изучения мирового опыта, приспособления к российским условиям, но всякая надежда, что сельское хозяйство способно на едином свободном рынке иметь цены, основанные на экономически обоснованных паритетных соотношениях, утопична. Не могут миллионы фермеров, колхозов, совхозов и еще сколько бы ни было форм хозяйствования в сельском хозяйстве конкурировать на рынке базисных товаров на равной основе с Ростовским комбайновым или Невино-мысским химическим. Более того, эта конкуренция, в которой они будут неизбежными победителями, разрушит прежде всего сами эти заводы.
          Сельскохозяйственный рынок должен быть выделен в особый сектор рынка базисных товаров. Сделать это для Запада с его фетишизмом неограниченной конкуренции и свободной торговли оказалось непросто, и тем не менее он пошел на это и нашел пути и адекватные механизмы. И нам не грех с этим разобраться.

    Опыт ценового мониторинга

          Информационно-аналитическое агентство «ФинИст» осуществляет ценовой мониторинг рынка базисных товаров с января 1992 года на основе технологии, изложенной в предыдущих разделах. Думается, что этот опыт представляет некоторый интерес.
          Когда в 1992 году, в самом начале рыночных преобразований в России, ИАА «ФинИст» приступил к созданию системы ценового мониторинга рынка базисных товаров, еще многое представлялось неясным, в том числе направления этих преобразований и задачи, которые могут при этом возникнуть, поэтому в этой системе были допущены определенные неточности. Тем более что в ценовый мониторинг стремились включить прежде всего те области, в которых рыночные отношения уже были введены. Однако, далеко не все важные сферы экономики в 1992 году были полностью переведены в систему свободного рынка, во многих сохранялись в той или иной степени остатки государственного регулирования.
          Мониторинг основывался на том, чтобы при ограниченных финансовых ресурсах, которые никак не могли сравниться с ресурсами таких организаций, как, к примеру, Госкомстат России, получить максимально эффективную систему ценового мониторинга.
          С этой целью было выбрано семь товарных групп, в которых и осуществлялся мониторинг. В качестве таковых были выбраны:
          1. Потребительские товары минимального прожиточного уровня.
          2. Мясо и мясопродукты.
          3. Алкогольные напитки.
          4. Потребительские товары длительного пользования.
          5. Энергоносители.
          6. Транспортные услуги.
          7. Продукция сырьевой переработки.
          В каждой группе был выбран наиболее представительный товар, ценовой мониторинг которого реально и осуществлялся.
          В качестве таковых по группам были выбраны:
          1. Хлеб.
          2. Говядина.
          3. Водка.
          4. Телевизор отечественного производства, замененный впоследствии стиральной машиной ввиду исчезновения из продажи отечественных телевизоров.
          5. Бензин.
          6. Авиабилет Москва-Санкт-Петербург.
          7. Листовое железо. Выбор представительного товара не прост. В качестве представителя товарной
          группы желательно иметь стабильный товар широкой распространенности. Например, представим, что мы выбрали бы в качестве товарной группы женскую одежду. Но что выбрать в качестве представителя этой группы, если женская одежда невероятно изменчива, и изменение цен может быть связано как с инфляцией, так и с использованием других материалов, других покроев, отделок и т. д. Таким образом, существуют очень важные товарные группы, которые было бы желательно включать в мониторинг, но выбрать представительный товар практически невозможно. Такова ситуация, к примеру, с такой важной товарной категорией, как жилье и другие.
          1992–1994 годы характеризовались столь хаотичным состоянием рынка, что обычные процедуры усреднения цен по различным местам практически стали невозможными. Действительно, тот же хлеб имеет цены в разных городах, отличающиеся в два-три раза. Усреднение имеет смысл, когда колебания основной последовательности имеют пределы до десяти-двадцати процентов. Если же сама последовательность имеет разброс в разы, то тут усреднение может стать источником любых натяжек и подтасовок и не дает никаких гарантий достоверности. Такова ситуация, в частности, с методикой Госкомстата, который усредняет товары по всей стране, зачастую отличающиеся по цене в несколько раз. Такое усреднение чрезвычайно неустойчиво, ибо даже малое смещения в весовых коэффициентах приводит к очень большому изменению результата.
          В этих условиях было принято решение ограничиться наблюдением небольшого числа товаров, но с целью исключения субъективного фактора были строго фиксированы места снятия информации. В течение всех четырех лет проведения ценового мониторинга неизменно выдерживались те информационные источники, по которым наблюдались цены.
          Кроме того, мониторинг в основном осуществлялся для получения индексной информации. И потому абсолютные значения не играют первостепенной роли. Так, хотя цены на хлеб или мясо в Москве и Магадане отличаются в несколько раз, но динамика этих цен чрезвычайно близка, ибо процессы, воздействующие на цены в Москве, практически точно так же действуют и на цены в Магадане. И потому если ценами, наблюдаемыми в Москве, невозможно пользоваться в других городах, то индексами цен, полученными по наблюдениям в Москве, вполне можно пользоваться для характеристики общей ситуации в стране.
          Образно говоря, если мы желаем охарактеризовать состояние моря в шторм, то вряд ли стоит измерять поверхность моря во многих точках. Лучше поместить единственный измеритель в представительную точку моря и измерять волны, приходящую в эту точку, ибо все волны когда-нибудь да придут. А если измерять и усреднять в разных точках, то как раз и можно исказить картину шторма. А ведь экономика России пережила за эти четыре года подлинный шторм.

    Данные ценового мониторинга

          Данные по интегральной инфляции с начала рыночных преобразований приведены ниже в таблице. Данные за 1995 год получены путем интерполяции.

     
          Интересно отметить тот факт, что сопоставляя данные ИАА «ФинИст» с данными Госкомстата, мы можем заметить, что рост цен потребительских товаров шел в первые годы гораздо быстрее, чем в области производственных товаров. Например, по данным Госкомстата, рост цен в первый год рыночных преобразований был почти десятикратным. Однако интегральный индекс инфляции фиксирует всего четырехкратный рост цен. Но в 1995 году тенденция сменилась, и в этом году рост цен в области товаров производственного назначения происходит более энергично, чем в области потребительских.
          Наиболее наглядно ситуация первых трех лет рыночных реформ отражается на индексах относительных цен (рис. 35).
          Из диаграммы на рисунке наглядно виден тот «ценовой шторм», который происходил в эти годы. Относительные цены взлетали за неделю в два-три раза, а затем тут же падали благодаря последующему росту цен на другие товары. В эти годы происходила коренная ломка ценовых паритетов и ценовых соотношений.
          На ситуации 1995 года мы остановимся более подробно.
          На диаграмме 2 (рис. 36) приведена динамика инфляционных тенденций на рынке базисных товаров в 1995 году в сопоставлении с 1994 году. Как мы видим, уменьшение инфляции в 1995 году не произошло, как об этом пытается утверждать Госкомстат и правительство.

     
           Рис. 35. Индексы относительных цен АО «ФинИст»
          На диаграмме 3 (рис. 37) представлено изменение покупательной силы денег, для удобства приведено изменение как покупательной силы рубля, так и доллара на российском рынке.
          1995 год характеризуется одновременным падением как покупательной силы рубля, так и доллара. В результате владельцы долларов, а это многие миллионы граждан России, которые пытались спастись от падения покупательной силы рубля, тезаврируя

     
           Рис. 36. Динамика инфляционных тенденций на рынке базисных товаров в 1995 г. в
           сопоставлении с 1994 г.

     
           Рис. 37. Изменение покупательной силы денег на российском рынке
          сбережения в доллары, оказались фактически ограбленными вновь, в который уже раз с начала рыночных преобразований в России.
          Рост цен по товарным группам в 1995 году приведен на диаграмме 4 (рис. 38).
          Товарные группы описаны выше.
          На диаграмме 5 (рис. 39) показана динамика относительных цен в 1995 году. Сравнивая эту диаграмму с диаграммой 2, мы видим, что динамика относительных цен в 1995 году была уже более спокойной, максимальные отклонения не превышали 40 процентов в сопоставлении с 200–300 процентами в 1992–1994 годах.
          На основании приведенной в разделе 3 технологии было произведено усреднение
          индексов относительных цен за 1994 году и получены данные для определения умест

     
           Рис. 39. Динамика относительных цен в 1995 г.

     
          ных цен применительно к ситуации 1994 года. На основании этого построены графики отклонения рыночных цен от уместных (рис. 40).
          Мы видим, что в 1995 году были некоторые выбросы отклонений рыночных цен от уместных, особенно в начале года, но с середины года наблюдается сравнительно близкое совпадение рыночных и уместных цен.
          В таблице на с. 377 приведены уместные цены на 30 ноября 1995 года в сопоставлении с реальными рыночными.

     
           Рис. 40. Графики отклонения рыночных цен от уместных

     
          Таким образом, создана технология определения уместных цен по данным рыночных наблюдений, а также отклонения рыночных цен от уместных.
          Наконец, по данным ценового мониторинга были построены матрицы ценовых паритетов (таблица на с. 378). Здесь фактически изображено сразу четыре матрицы ценовых паритетов – матрица ценовых паритетов по рыночным отношениям 1994-го и 1995 годов, по нормативным ценовым отношениям восьмидесятых годов и такая же матрица для рынка США.
          В этой матрице в столбце «за» стоит количество товара, которое предлагается к обмену. В клеточках «сколько» стоит количество того или иного товара, которое дается на обмен. Например, за тысячу килограммов хлеба (колонка «за») можно было получить, естественно, тысячу килограммов хлеба (первая колонка «сколько), мяса 386 кг в 1995 году, 423 – в 1994-м, 175 – в восьмидесятых доперестроечных годах и, наконец, в США в настоящее время тысяча килограмм хлеба эквивалентна 323 кг мяса.
          Таким образом мы можем рассмотреть все строки и столбцы. Легко прямо проверить, что все четыре матрицы являются уравновешенными, то есть если обменять 1000 килограмм хлеба на соответствующее количество мяса, последнее количество мяса на соответствующее количество телевизоров и т. д., то, в конце вновь обменяв на хлеб, мы получим ровно 1000 килограмм.

     
          Ценовые паритеты за 1994-й и 1995 годы получены описанной в предыдущем разделе технологией усреднения индексов относительных цен, что позволяет автоматически получить именно уравновешенные матрицы обмена.
          Рассматривая ценовые паритеты 1994-го и 1995 годов, мы видим, что они уже достаточно близки друг к другу. Это значит, что российский рынок уже близок к выработке собственных ценовых паритетов. Причем эти ценовые паритеты существенно отличаются не только от ценовых паритетов социалистической экономики СССР, но, что гораздо более удивительно, они существенно отличаются и от паритетов мирового рынка, если считать, что США и есть то, что называют «мировым рынком». Таким образом, рассмотрение матрицы ценовых паритетов показывает, что к цели рыночных преобразований – торговать по мировым ценам – Россия вовсе не приблизилась. В ней складывается собственный рынок, причем это именно свободный рынок, а не управляемый рынок социалистической экономики. Причем из сопоставления ценовых паритетов 1994-го и 1995 годов это наглядно видно.
          Именно матрица ценовых паритетов должна стать главным инструментом государственной ценовой политики, а отнюдь не инфляция как таковая. Ибо инфляция и есть реакция народного хозяйства на постоянную разбалансировку ценовых паритетов. Будут поддерживаться экономически разумные ценовые паритеты – инфляция либо сама по себе быстро затухнет, либо ее легко будет подавить. Но если ценовые паритеты постоянно нарушаются – инфляция будет перманентной, и подавить ее можно будет только ценой разрушения самой экономики.
          Итак, мы видим, что технология, позволяющая определять ценовые паритеты, уместные цены, осуществлять оперативный ценовой мониторинг рынка, создана. Это совершенно новая технология, который еще не было в мировой эконометрике. И эффективность ее показывает опыт ценового мониторинга ИАА «ФинИст» в течение четырех лет.
          Думается, что этот опыт должен быть использован в целях проведения разумной ценовой политики и мероприятий, способствующих подавлению инфляции без разрушения самой экономики, что, к сожалению, следует за нынешними системами экономического управления путем уменьшения средств экономического взаимодействия.
          Важно также отметить, что все данные получены прямо из самого рынка без использования каких-либо априорных моделей или теоретических схем. Поэтому регулировка по ним будет не навязыванием рынку чьих-то представлений о нем, а регулировкой по самим рыночным данным, преследовать цель «облагорожения» рынка, а не подчинения его чьим-то интересам.

    Товары высоких технологий

          Мы выяснили проблемы ценоустановления товаров широкого потребления и базисных товаров. Мы видим, что каждый из этих товарных классов поднимает собственные проблемы, требует собственного понятийного и даже математического аппарата.
          Рассмотрим теперь еще один класс товаров. Это товары высоких технологий.
          В чем особенность товаров этой группы.
          1. Выпуску товаров этой группы предшествуют длительные и дорогостоящие научные и опытно-конструкторские разработки – НИОКР.
          2. Эти товары, как правило, защищены патентной монополией, и обычные правила конкуренции на рынке этих товаров не действуют.
          3. На момент выпуска этих товаров, как правило, у потенциальных пользователей нет ни достаточных знаний о нем, ни сложившихся привычек и традиций их использования. Другими словами, эти товары сами создают собственный рынок.
          Большие затраты по разработке приводят к тому, что в общей формуле
           Z=A+na
          величина начальных затрат А становится определяющей.
          Эти товары как продукты новых разработок зачастую не имеют аналогов, и потому обычные методы определения кривой спроса становятся малоэффективными. Действительно, есть ли смысл спрашивать потенциального потребителя вашего товара о цене, по которой он мог бы его приобрести, если он никогда не видел новый товар и даже не имеет представления, что это такое, каковы возможности его использования и т. д.
          Представим себе, что в дотелевизионную эпоху кто-то придумал телевизор и начал опрашивать людей, по какой цене те смогли бы купить его. Даже после самого детального объяснения большинство наверняка сказало бы, что им вообще ни к чему телевизор и телевидение, как-то они живут и обходятся без него и, надо надеяться, вполне смогут обходиться и дальше. Таким образом, выпуск телевизоров на рынок одновременно создает и новый сектор рынка – рынок телевизоров, которого не существовало.
          Таким образом, появляются совершенно новые моменты в проблеме ценоустанов-ления. Кривую потребительского спроса получить на эти товары невозможно.

    Справедливые цены

          Поэтому и возникает вопрос о принципах ценоустановления на товары высокого научного уровня, на товары, защищенные патентной монополией.
          Казалось бы, так как есть патентная монополия, то можно устанавливать любые цены – конкурентов все равно не может быть.
     
          Это так. Но есть риск, что товар просто не будут покупать, несмотря даже на самые очевидные его достоинства, по причине завышенной цены.
          Но как можно говорить о завышенной цене на товар, которому нет конкурирующего товара, который не с чем сопоставить? Согласно классической теории рынка, тут вообще ничего невозможно понять. Как можно говорить о завышенной цене на компьютер, если их вообще нет на рынке, кроме выставленного на продажу, и никогда не было. По сравнению с чем эта цена завышена?
          Эта цена завышена про сравнению со справедливойценой.
          Здесь мы сталкиваемся с некоторой наиболее таинственной экономической категорией, которая бытует в общественном сознании и имеет важнейшее значение в поведении «экономического» человека, но до сих пор не привлекала к себе внимания экономической науки.
          Для того, чтобы понять, как складывается понятие «справедливая цена», рассмотрим следующий пример.
          Мы решили приобрести что-то из одежды, например костюм. Предположим, что мы достаточно обеспечены и можем позволить себе купить костюм в пределах от ста и до, к примеру, тысячи долларов. Мы приходим в магазин. К нашим услугам десятки, сотни моделей.
          Мы видим, что чем выше цена, тем выше качество, выше потребительская ценность. И если мы выделили 1000 долларов на покупку, то, казалось бы, и должны были бы купить именно за эту цену, потому что, конечно, тысячедолларовый костюм выше по качеству, чем пятисотдолларовый. И тем не менее, как правило, мы покупаем отнюдь не тысячедолларовый, а какой-то другой, например всего за пятьсот. Спрашивается, какими соображениями мы руководствовались?
          Конечно, эстетическими. Но все-таки мы рассуждаем экономически, а раз мы платим деньги, то мы и должны объяснить этот выбор на языке экономики, а не дизайна или моды.
          Представим, что мы посмотрели пятисотдолларовый костюм, и нам он показался вполне приличным. Затем мы берем тысячедолларовый и видим, что последний, конечно, лучше. Например, лучше пуговицы, лучше отделка. И в принципе мы могли бы его купить, и деньги на это у нас есть. Тем более что потребительская цена этого костюма выше и соответственно выше и цена продажи.
          Но вот тут-то и возникает главный вопрос: а стоит ли это улучшение потребительских качестве тех денег, которые за это нам необходимо заплатить? Как бы мысленно мы говорим себе: «Да, этот костюм лучше, и я с удовольствием бы взял его по более дорогой цене, например за семьсот долларов. Но тысяча – это слишком. Это улучшение потребительских качеств не стоит пятисот долларов. Его цена явно завышена, это несправедливая цена».
          Таким образом, при рассмотрении любого товара у покупателя создается некий образ справедливой цены. И если реальная цена выше справедливой, то товар вряд ли будет куплен, хотя сам товар и интересует покупателя. И в то же время если образ справедливой цены выше цены продажи, такой товар имеет гораздо больше шансов быть продан. Этот мотив покупательского поведения отражен в принципе: покупай товар, который при цене пятьсот долларов выглядит на тысячу.
          Ключевым словом здесь является «выглядит». Значит, множество других людей по одному взгляду могут оценитьтовар (видите, в русском языке даже есть специальный термин для этого феномена – «оценить», определить цену на вид, хотя нет ни термина «овзвесить» для оценки веса, ни «овольтметрить» для оценки напряжения). Естественно, возможны и ошибки. Но опыт существования людей в экономическом мире приводит к тому, что люди могут с той или иной точностью определить цену товара, самый обычный человек приобретает как бы дар «экономического ясновидения». И именно это «экономическое ясновидение» и позволяет человеку создавать образ справедливой цены. И в процессе экономического общения человек постоянно сравнивает этот образ справедливой цены с заявленной продавцом. И цель покупателя в процессе этого общения приобрести товар по справедливой цене, а еще лучше ниже ее. Именно в этом случае человек приобретает удовольствие от покупки, значительна она или нет. Даже самая мелочь, купленная по цене существенно ниже ее справедливой цены, доставляет человеку наслаждение. Но если он вынужден по той или иной причине, например из-за монополизма продавца, покупать по цене выше справедливой, то такая покупка, такая сделка оставляет у покупателя неприятные чувства и осадок. И у такого продавца второй раз этот человек вряд ли совершит покупку, если, конечно, какие-то причины не вынудят его к этому.
          Американские сэйлмейстеры очень хорошо это понимают и являются подлинными виртуозами в деле внушения покупателю ощущения, что он купил товар по цене ниже справедливой. Вся палитра разнообразнейших скидок, которая используется в американском сэйлинге, как раз и служит этой цели. Даже такой прием, как продажа по цене $39,95, направлен на то, чтобы внушить покупателю, что справедливая цена товара $40, а он покупает по цене хоть на пять центов, но ниже ее.
          Думается, что этот аспект сэйлинга должны более активно учитывать и использовать российские предприниматели.
          В восточной культуре сэйлинга этот момент играет еще более существенную роль и отражается в механизме торговли. Продавец выставляет начальную цену заведомо завышенную, которую он тем не менее всячески подчеркивает как справедливую, но позволяет одновременно покупателю торговаться. Этим самым он создает у покупателя впечатление, что тот купил товар по цене существенно ниже справедливой («по дешевке»), тем самым создавая у последнего положительный настрой от покупки. Превратить каждый акт купли-продажи в праздник души – цель восточной сэйлинговой культуры.
          Но возвращаемся вновь к товарам высоких технологий, к товарам, защищенным патентной монополией, к товарам, зачастую не имеющим аналогов, товарам, рынка которых пока еще просто нет. Как в этих условиях назначить рыночную цену?
          В этом случае действует универсальный принцип: если не знаете по какой цене продавать – продавайте по справедливой.
          Но что значит для товаров этого типа справедливая цена?
          В цену товара входят цена изготовления a и некоторая доля от начальной стоимости создания и разработки товара.
          По виду изделия покупатель может определить цену изготовления. Действительно, даже если ему предлагается какой-то неизвестный электронный прибор, то он легко может сравнить его с телевизором, с компьютером, с телефонным аппаратом и примерно сообразить, сколько будет стоить такой прибор, такое устройство в серийном производстве. Таким образом, величину а покупатель оценить с той или иной погрешностью вполне способен. На самом товаре есть отчетливая печать процессов его изготовления.
          Но вот определить затраты на разработку, на НИОКР товара – этого сделать невозможно. Никаких следов на товаре обнаружить нельзя. Может быть, разработка велась десять лет. Может быть, пришла счастливая мысль изобретателю, и он за несколько дней придумал этот товар. Нет никаких следов на товаре. А верить изготовителю тем более невозможно. Да и в конце концов покупатель желает платить за результат, а не за процесс. Итак, создательскую компоненту в цене товара определить невозможно принципиально.
          Но тем не менее любой покупатель прекрасно понимает, что затраты на разработку должны быть. И потому он просто начисляет мысленно процент сверх цены изготовления и таким образом получает справедливую цену
           z c=ka,
          где z c – справедливая цена, а к – некоторый коэффициент, больший 1.
          Коэффициент к – наценка на новизну.
          Ясно, что этот коэффициент не зависит от вида и типа товара, так как потребитель не имеет никакой информации о затратах на разработку. И потому этот коэффициент является единым для всей экономической системы. Он вырабатывается в парадигме экономических представлений, экономического мышления общества на данном этапе развития.

    Критическая экономика

          Запишем еще раз уравнение для производственной цены (см. ч. 1 данной работы):

     
          Построим теперь на плоскости (Nz) графики для производственной z и справедливой z c цены. При этом для удобства количество N будем откладывать по оси Ox , а цены по оси Oy (рис. 41).

           Рис. 41. Кривая производственной стоимости и линия справедливой цены
          На рисунке показана кривая производственной стоимости и линия справедливой цены. На пересечении их получаем значение минимально необходимого объема продаж п.Значение щесть значение необходимого количества данных товаров – емкость рынка. Полная выручка равна площади прямоугольника Oz СCn 0.Прямоугольник п BС n 0 показывает сверхприбыль данного производства, основанного на патентной монополии. Именно наличие патентной монополии дает гарантии, что никто другой в этот бизнес не сможет вторгнуться. Этот сверхдоход связан, как мы видим, не с монопольной сверхценой, ибо цена здесь является справедливой, а с объемом продаж щ,который превышает минимально необходимый для получения нормальной прибыли п.
          На этом рисунке показано, что емкость рынка щпревышает объем минимально необходимых продаж п.Но мы легко можем себе представить противоположный случай (рис. 42).
          Здесь емкость рынка щменьше минимально необходимого объема продаж п.И прямоугольник п 0СВ nпоказывает размер убытков, которые получит производитель этого продукта. Таким образом, такой продукт не только нет смысла производить, его нет смысла прежде всего разрабатывать, как бы ни был он заманчив с чисто технической точки зрения.
          Наконец, пограничный между этими двумя противоположными вариантами является случай, когда необходимый объем продаж совпадает с емкостью рынка (рис. 43).
          Здесь изображен пограничный случай совпадения необходимого объема продаж и емкости рынка.

     
           Рис. 42. Противоположный вариант от случая, показанного на рис. 41
          Таким образом, на рынке одной емкости продажи одного и того же товара могут принести убыток, на другом принести большие доходы.
          Но от чего зависит объем рынка? Естественно, от объема, размера экономической системы, в которой осуществляется эта деятельность.

           Рис. 43. Пограничный вариант от вариантов, показанных на рис. 41 и 42
          Приведем пример. Предположим, в Эстонии решили разработать собственный компьютерный томограф. Были подсчитаны затраты на разработку в размере 100 млн. долларов. Стоимость изготовления оценена в 50 тыс. долларов, справедливая цена определена в 100 тыс. долларов (K=2) .
          Но когда стали анализировать общую потребность Эстонии в компьютерных томографах, то выяснили, что она не превышает 100 томографов даже при условии установки его во всех городских и районных больницах. Вырученные от продажи средства – 10 млн. долларов – не покроют и десятой доли затрат на разработку и производство.
          Отсюда следует, что не только производство, но даже сама разработка, проведение НИОКР по компьютерным томографам в Эстонии экономически неразумна, даже если бы, к примеру, сам этот томограф был бы изобретен эстонскими учеными и изобретателями. Такому изобретению место только в архиве патентного ведомства этой страны, несмотря на все высочайшие его достоинства.
          Предположим, что при тех же самых условиях мы хотим создать компьютерный томограф для обеспечения России. Потребность России в таких аппаратах определяется в 2000 единиц. Тогда легко видеть, что полная выручка от их продажи составит 200 миллионов долларов, а затраты также 200 миллионов – 100 на разработку, 100 на изготовление. Таким образом, в России производство таких аппаратов можно разворачивать, хотя и здесь еще могут быть сомнения, так как выручка только-только покроет затраты и наверняка найдутся более выгодные области вложения 100 миллионов долларов на осуществление НИОКР.
          Но представим теперь, что мы сразу же рассчитываем продажу этого аппарата на весь мир. Это можно предполагать, если у нас есть соответствующая мировая патентная монополия. Общемировая потребность в таких аппаратах составляет, к примеру, 10 тысяч аппаратов. Тогда общие затраты составят 100 + 10 50 = 600 млн. долларов, а поступление 10 100=1000 млн. долларов. Сврхприбыль составляет 1000 – 600 = 400 млн. долларов. Таким образом, работа на мировой рынок является безусловно выгодной. Этот доход обеспечивается прежде всего патентной монополией. Очевидно, что без патентной монополии ситуация будет совершенно иной, так как возникнет конкуренция, которая приведет к существенному падению доходов.
          Экономическую систему по отношению к данной научно-изобретательской разработке, которая соответствует рыночной ситуации, изображенной на рис. 42, назовем критическойэкономической системой.
          Экономическую систему, соответствующую ситуации рисунка 40, назовем докри-тической.
          Наконец, экономическую систему, соответствующую рисунку 41, назовем закри-тической.
          Таким образом, по отношению к данной научно-изобретательской разработке экономическая система (рынок) может быть как докритической, так и закритической. В до-критической системе разработка научно-изобретательской идеи экономически разумна.
          В закритической экономической системе разработка научно-изобретательской идеи экономически неразумна, как бы ни была она совершенна с технической точки зрения.
          Мы говорим об экономической разумности и неразумности вместо экономической выгодности, ибо всегда сохраняется риск, что даже самые экономически разумные предприятия не дадут тех выгод, на которые они рассчитаны.
          Таким образом, в эпоху НТР появился новый экономический фактор – критери-альность экономической системы. В закритической экономике научно-технический прогресс оказывается затруднен, а порой и просто невозможен, а попытки его искусственного стимулирования могут привести к экономической деградации экономической системы.
          От чего же зависит критический объем экономической системы?
          Для этого запишем выражение для коэффициента новизны K в виде K=1+k , где к – надбавка к цене изготовления на новизну. Тогда, приравнивая производственную цену z к справедливой цене z c , получим:

          Для минимально необходимого объема продаж:

          есть отношение затрат на разработку к затратам на изготовление – приведенные затраты на разработку.
          Пусть N – емкость рынка экономической системы. Тогда получаем следующие критериальные условия:
           N› P/k – докритический рынок;
           N = P/k – критический рынок;
           N ‹P/k – закритический рынок.
          Показатели P и k не есть раз заданные факторы. Они являются функцией времени. Легко понять, что приведенные затраты на разработку имеют постоянную тенденцию к росту. Это связано с повышением роли науки в современном мире, с необходимостью ускорения научно-технического прогресса. Естественен и рост со временем фактора k , субъекты экономики все более и более высоко оценивают новые научные разработки и готовы за это все больше платить.
          Однако рост фактора k отстает от роста фактора P . Ведь рост Р -фактора происходил в условиях жесткого противостояния двух систем и требовал от обеих сторон большого напряжения, в том числе все большего и большего вложения средств в сферу науки и конструирования. Второй же фактор связан с общественным сознанием, а это сознание всегда консервативно и отстает, как правило, от экономических реалий. В результате с ростом времени растет значение критического объема рынка. И может случиться так, что система, которая была докритической, с течением времени перешла в закритическое состояние.
          Объем рынка прямо связан с объемом экономической системы. Этот объем можно описать различными параметрами – общим валовым производством или иными характеристиками. Соответственно экономическую систему, рынок которой докритичес-кий, будем называть докритической экономической системой, критический рынок соответствует критической экономической системе, закритическому рынку соответствует закритическая экономическая система. И если обозначить через Э объем критической системы, то мы можем записать для критического объема:

          где С – некоторый постоянный коэффициент.
          Все сказанное относится к конкретной разработке и конкретному товару. Но, как это принято в политэкономии, можно ввести некоторый абстрактный товар, абстрактное предприятие и т. д. Аналогично можно ввести и абстрактную научно-техническую разработку, которая является как бы представителем реальных научно-технических разработок и параметры которой характеризуют в той или иной степени общую ситуацию в области научных разработок.
          По отношению к этой представительной научно-технической разработке экономическая система может иметь докритический и закритический характер. И если по отношению к этой абстрактной, представительной научно-технической разработке экономическая система будет являться докритической, то в такой экономической системе процесс научно-технической революции может успешно развиваться, научно-технический прогресс происходит достаточно успешно. Но если система является закритиче-ской, то мы можем говорить, что с точки зрения научно-технического прогресса данная система будет находиться в состоянии стагнации, научно-технический прогресс будет встречать большие затруднения экономического характера и такая система обречена либо на гибель, либо на какого-то рода преобразования.
          Несмотря на всю абстрактность данного рассмотрения, оно имеет достаточно большой смысл. Действительно, вряд ли кто-нибудь будет возражать, что экономика Эстонии или Бенина является закритической по отношению к современным научно-техническим разработкам и максимум, что в таких системах можно разрабатывать, так это конструкции рулонов туалетной бумаги, но ни новые интегральные схемы или новые системы видео в таких системах разрабатывать невозможно. (Отметим, что это вовсе не значит, что в Эстонии невозможно вести серьезные научные разработки, это означает лишь, что эти разработки не должны ориентироваться исключительно на внутренний рынок Эстонии.) Экономика всего мира является, естественно, докритической. Но вот являются ли экономики крупных стран и даже сверхдержав докритичес-кими или закритическими, определяется условиями разработки и внедрения новейших открытий и разработок. Если в стране или группе стран, составляющих единую экономическую систему, новейшие научно-технические разработки ведутся успешно, то это свидетельствует об их докритическом состоянии. Но если в стране или экономической системе новации наталкиваются на какое-то непонятное, вязкое, явно не проявляемое, но постоянное сопротивление – это лучший признак того, что экономическая система вступила в закритическое состояние.

    Политико-экономическая история СССР

          Рассмотрение с этой точки зрения всей послевоенной истории СССР представляет интерес и позволяет по-новому взглянуть на события последних десятилетий в мире.
          Выход на первый план проблемы научно-технического прогресса непосредственно связан со Второй мировой войной, в ходе которой были созданы революционные открытия и изобретения – радиолокация, ядерная бомба, ракетная техника и т. д. В послевоенное время в условиях противостояния двух социальных систем значимость научно-технического прогресса возросла еще больше.
          Известно высказывание Владимира Ленина о том, что «производительность труда – самое главное для победы коммунизма во всем мире». В послевоенное время это положение преобразовалось в утверждение, что победа в научно-техническом соревновании является определяющей для победы той или иной социально-экономической системы. Именно сфера высоких технологий вышла на первый план в соревновании двух мировых систем.
          Из Второй мировой войны СССР вышел вместе с гигантским соцлагерем, к которому вскоре присоединился и Китай. Таким образом, в послевоенное время соцлагерь был заведомо докритической системой и научно-техническое развитие в сороковые и пятидесятые годы в СССР шло бурными темпами. Космонавтика, ядерная энергетика, вычислительная техника, радиолокация, телевидение, непрерывная разливка стали и многое другое было создано в эти годы, несмотря на все внутренние сложности, несмотря на то, что это все шло на фоне послевоенного восстановления страны.
          Однако уже в начале шестидесятых годов произошли важные события, которые существенно изменили ситуацию. Именно в начале шестидесятых годов ввиду разного рода факторов из единой политико-экономической системы стран социализма во главе с СССР вышел Китай, резко уменьшив этим самым размер экономической системы. Одновременно именно к началу шестидесятых относят обычно начало нового витка научно-технической революции. Именно в это время в связи с разработкой новейших областей науки и техники – ядерной энергии, космоса, электроники, вычислительной техники, телевидения, новых химических материалов и технологий произошло резкое возрастание затрат на науку. Именно к этим годам относится бурный рост НИИ, КБ, вузов, академических институтов, то есть резко возрос Р-фактор. В результате даже такая гигантская система, как мировой лагерь социализма, все ближе и ближе подходила к порогу критичности, а к семидесятым, видимо, и перешла его.
          Именно к этому периоду относится резкое замедление научно-технического прогресса в стране, появились отчетливые признаки отторжения советской экономикой новейших разработок. Обычно все критики относили это к плохому руководству и бюрократизму. Этот этап потому и получил название «эпоха застоя». Теперь мы можем по-новому взглянуть на этот этап. Застой был вынужденным, ибо развитие научно-технического прогресса было бы для экономики еще более гибельным, и она в условиях закритичности рухнула бы еще раньше.
          В этом отношении показательна ситуация в области компьютерной техники. До начала семидесятых годов в СССР шло весьма успешное развитие в этой области, созданные суперкомпьютеры того времени – БЭСМ и другие – были по многим параметрам на высшем мировом уровне. Но в семидесятые годы было принято решение отказаться от собственных разработок в этой области и перейти на единую серию ЕС, являющуюся копированием американской системы машин IBM. Несмотря на всю гибельность этого шага, он был вынужденным, СССР и даже весь лагерь социализма уже просто не мог потянуть самостоятельные разработки в этой области.
          Нельзя сказать, что руководство страны не ощущало этого и не пыталось найти адекватные выходы. Именно к семидесятым годам относятся самые энергичные мероприятия по расширению экономической системы с целью перевода ее в докритическое состояние. С этим связаны внешнеполитические акции по расширению экономической системы. Вспомним только такие вехи, как Индонезия, Египет, Мали, Эфиопия, Куба, Никарагуа, Чили, Ангола, Вьетнам и т. д. и как последний акт этой мировой драмы – Афганистан. Естественно, что противоположный блок противодействовал этому с течением времени все более энергично. В Афганистане это противостояние достигло стадии косвенной войны между СССР и США.
          К началу восьмидесятых мировое научно-техническое развитие дошло до такого уровня, когда докритической экономической системой стал весь мир. Фактически для двух экономических систем мир стал слишком мал.
          Объединение всего мира по отношению к товарам высоких технологий стало абсолютной необходимостью, и оно произошло на путях ликвидации сначала лагеря социализма, а затем и самого СССР.
          На рис. 44 все сказанное показано в виде графиков, которые представляют политико-экономическую историю СССР в наглядном виде.
          На рисунке мы видим монотонный рост k-фактора и ускоренный рост начиная с шестидесятых годов P-фактора, в результате чего размер критической системы Э крнепрерывно возрастал все эти годы.
          Одновременно на этом рисунке показана динамика объема той экономической системы, в которую входил Союз ССР. Мы видим, что по результатам Второй мировой войны эта экономическая система резко возросла и стала докритической. В начале

           Рис. 44. Политико-экономическая история СССР, представленная в виде графиков
          1960 года ввиду выхода Китая из единой системы соцлагеря она резко сократилась и подошла к границе критичности. Мы видим на этом графике все попытки увеличения размера экономической системы, но объем критической системы рос гораздо более быстрыми темпами, и в семидесятых годах система стала устойчиво закритической, что и выразилось в научно-техническом застое. Наконец, в начале 90-х годов замкнутая экономическая система соцлагеря рухнула, и мир по отношению к высоким технологиям стал единым, что выразилось в том, что все страны бывшего лагеря социализма и страны, родившиеся на обломках СССР, в том числе и Россия, вошли в большую мировую докритическую экономическую систему.
          Были ли другие пути объединения мира в единую экономическую систему? На наш взгляд, такие пути были, и эти пути предлагались одним из авторов в публикациях [1] и [2] восьмидесятых годов. Именно в этих публикация был сформулирован главный принцип выхода из застойной экономики: «Решение проблем СССР внутри СССР нет». Было указано, что внутренние проблемы СССР необходимо решать на всем мировом пространстве. Были предложены некоторые механизмы такого решения в виде ликвидации монополии внешней торговли в области высоких технологий и предоставления права соответствующим предприятиям самостоятельно продвигать свои высокотехнологические и патентно-защищенные товары на мировом рынке. К сожалению, эти предложения не встретили понимания политической элиты страны, а она встала на путь содействия или в крайнем случае непротивления развалу соцлагеря, а затем и СССР.

    Россия в едином научно-техническом мире

          Таким образом, как ни оценивать прошедшие события, связанные с крушением мира социализма и СССР, это случилось. Мир, несмотря на всю свою политическую разобщенность, по отношению к товарам высоких технологий превратился в единую экономическую систему. Японские и южнокорейские телевизоры, платформы фирмы «Интел», самолеты «Боинг», программные продукты «Майкрософта» продаются по всему миру, в том числе и в России. Именно из этого и надо исходить – из факта единства мира по товарам высоких технологий.
          Из этого анализа можно сделать определенные выводы по проблеме развития промышленности высоких технологий в России.
          Не надо спасать те из производств высоких технологий, которые не конкурентны на мировом рынке и не могут предложить ему принципиально нового.
          Предположим, представители авиапромышленности приходят в правительство или какие-то банковские круги и просят поддержки по созданию нового самолета для обеспечения авиатранспорта России новыми самолетами. Такое предложение нет смысла даже и рассматривать, а просто сказать, что есть «Боинги» и другие самолеты и пусть авиапредприятия закупают существующие самолеты.
          Но если они приходят с предложением создать новый самолет, который можно будет выпустить на мировой рынок и завоевать существенную его часть, – вот тогда, если все это обосновано, надо и оказать всяческую государственную поддержку.
          Все новые крупные разработки в России должны сразу же вестись с прицелом на мировой рынок. И параллельно с созданием нового товара необходимо создавать мировую сеть его продвижения и обслуживания. Именно параллельно, а не после создания. И еще в процессе разработки готовить процесс его выхода на мировой рынок – писать и рекламировать проекты, выставлять на международных выставках макеты и образцы, подготавливать сеть дилерских центров и центров обслуживания. Конечно, это резко противоречит сложившейся схеме проведения НИОКР в стране, которые всегда велись в обстановке большой секретности, и только после появления готового продукта об этом как-то заявлялось. Конечно, некоторые специфические технические детали и сейчас необходимо держать в секрете, но сами разработки должны стать открытыми, и к их внедрению и продвижению на мировой рынок надо готовиться загодя, хотя в этом и есть солидная доля риска – ведь не исключены и неудачи. Но традиционный советский путь сейчас непригоден. И необходима государственная политика в области высоких технологий, которая должна быть тщательно просеяна, чтобы в области поддержки оставить то и только то, что способно выйти на мировой рынок, захватить его. Только под этим углом и должны вестись все изобретательские разработки и НИОКР. Все же, не удовлетворяющее этому критерию, должно откладываться в долгий ящик. Критерий «мы можем сделать не хуже американцев и японцев» – этот безотказный критерий, хорошо работавший в СССР, должен быть сейчас самым решительным образом отброшен. Вкладывать деньги нужно только туда, где можно сделать и продать лучше японцев и американцев, а в остальных случаях лучше просто покупать у тех же американцев и японцев. И должна быть разработана, возможно, даже государственная программа поддержки проектов высоких технологий, государство должно оказывать всяческую поддержку выходу этих технологий на мировой рынок, причем на всех уровнях вплоть до высшего политического.
          И сделаем последнее замечание. Из распавшегося Союза Россия сумела урвать самое ценное его достояние – патентные архивы. В этих архивах заключено невероятное богатство, накопленное в эпоху застоя, когда изобретательство в СССР цвело как нигде в мире на фоне почти полного отсутствия внедрения. Там лежит и ждет своего часа половина технологий XXI века. Когда-нибудь мы это поймем.

    Компьютерные программы как коммерческий продукт

          В настоящее время программный продукт для компьютеров – на жаргоне компьютерщиков «софтвер» – становится все более важным товаром. Рынок софт-продукта по своим оборотам превышает многие классические рынки, например рынок золота. И как товар программы обладают собственной спецификой.
          Специфика софтвера в том, что у него практически нет изготовительских затрат. Действительно, затраты на копирование вместе со стоимостью дискеты настолько незначительны, что о них даже нет смысла и говорить. Все затраты являются исключительно затратами на разработку. Поэтому если затраты на разработку равны A и мы полагаем продать n копий, то минимально необходимая цена z составит:

          И тут сразу же возникает масса трудно разрешимых проблем. Для того чтобы установить цену, надо знать заранее объем продаж. Как ее можно узнать?
          С другой стороны, во всех остальных товарных группах была цена изготовления, которая создавала какой-то масштаб цен. Именно цена изготовления была ориентиром для покупателя. Здесь же ориентир исчез полностью. Ибо цена разработки для покупателя не указ, так как это вещь настолько субъективная, что ориентироваться на нее никак невозможно. С хорошими специалистами программа может быть создана за неделю, а плохим может потребоваться и год, и больше. Да и планируемый объем продаж тоже не аргумент для покупателя. Для него важно, сколько он заплатить должен, а то, сколько еще потребителей хочет осчастливить своим творением производитель, для покупателя это вообще не имеющая смысла информация.
          Таким образом, здесь имеем полную неопределенность. Ни цену продавца, ни цену покупателя мы не можем не то что вычислить, но хоть как-то здраво аргументировать.

    Защита прав в области программного продукта

          Таким образом, находясь исключительно в сфере рынка программных продуктов проблему цен на эти продукты невозможно решить. Но с проблемой цен на программный продукт тесно связана другая проблема – проблема защиты прав создателей программного продукта. И только совместное рассмотрение двух этих проблем позволит нам как-то приблизиться к пониманию заявленной проблемы – проблемы ценоуста-новления в области программных товаров.
          Программный продукт есть по отношению к своему создателю так называемая «интеллектуальная собственность» (ИС). Существуют две правовые системы защиты интеллектуальной собственности – изобретательское (патентное) и авторское право.
          В изобретательском праве права возникают после их государственной регистрации – получения патента. В авторском праве права возникают по самому факту создания предмета интеллектуальной собственности и, если такая возможность существует, постановки на изображение этой собственности знака копирайта – ©.
          Проблема охраны программного продукта как интеллектуальной собственности возникла сразу же после появления первых программ. И проблема оказалась не столь простой.
          Действительно, изобретательское право здесь совершенно непригодно. Никакой государственный орган не способен проверить и дать оценку с точки зрения новизны, полезности и творческого уровня всю гигантскую массу программных продуктов для самых различных компьютеров.
          Поэтому Запад в конце концов остановился на охране программных продуктов по системе авторского права – права копирайта.
          Что означает с юридической точки право копирайта? Увы, здесь существуют очень большие непонимания. Более того, западные производители программного обеспечения специально вводят в заблуждение россиян (может, и не только россиян, но за других нам говорить не стоит). Кто не читал на западных программных продуктах заявления, что данный продукт запрещен для копирования и охраняется международными и еще какими-то законами и даже с угрозами чуть ли не уголовного преследования.
          На самом деле это полная чушь, не соответствующая смыслу самого авторского права.
          Авторское право запрещает коммерческое копирование продукта, защищенного копирайтом.
          Например, вы имеете видеомагнитофон. По телевидению идет некоторая передача, которая, как правило, защищена авторским правом. Спрашивается, имеете ли вы право скопировать ее, то есть записать на свой видеомагнитофон и просмотреть запись в удобное для вас время? Каждый скажет, что это так. А иначе для чего, спрашивается, видеомагнитофоны производятся и покупаются? Любое ограничение было бы нарушением прав человека и прав собственности. Если я законно купил товар, который может делать ту или иную функцию, если его специально изготавливают именно для этой цели, то запрет на право использования этой функции будет нарушением прав потребителя.
          А теперь предположим, что ко мне пришел приятель и попросил меня посмотреть эту кассету. Может ли кто-то запретить мне пользоваться моей собственностью так, как мне хочется? Нет, конечно. Я имею полное право распорядиться своей кассетой так, как мне это заблагорассудится.
          А если я запрошу за эту кассету деньги? Тоже нет никакого нарушения закона. Свою собственность я могу отдать бесплатно или продать по любой цене.
          Аналогичная ситуация, если я купил двухкассетный аудиомагнитофон, я имею право скопировать любую купленную мной кассету с записью любого ансамбля, находящегося под защитой копирайта, и делать с нею все что угодно. Я могу отксерить купленную мной книгу и делать с полученной копией что угодно – и тут нет никакого нарушения авторского права.
          А если я купил или вообще каким-то образом приобрел программу, то могу ли я ее скопировать и передать любому человеку безвозмездно или даже за плату? Бесспорно, имею на это полное право, точнее, это действие, которое не является предметом правового регулирования, как многое в нашей жизни (например, иметь ли мне с супругой любовь днем, вечером или не иметь вообще).
          Итак, подытоживаем главное. Копирование любого программного продукта и передача копии любому лицу возмездно или безвозмездно есть правонейтральное действие.И всякие кары, которые сулят производители программного обеспечения, – это блеф чистой воды. Одновременно надо полностью снять с российских пользователей программных продуктов, которые пользуются на 95 процентов не купленным, а скопированным программным обеспечением, обвинения в нарушении закона, в «пиратстве» и т. д. В этих действиях нет ничего противоправного. Конечно, с точки зрения нравственности может быть лучше было бы, если бы все покупали программные продукты у его производителей или их распространителей. Но нравственность и законность – разные категории. И переносить нравственные категории в область права недопустимо. В области права есть то, что регулируется правом. Если это не регулируется писаным правом, то никто не имеет права самостоятельно распространять его действие за его законные пределы даже из соображений нравственности или каких-то еще.
          Но тогда что же защищает право копирайта, если право копирования не защищается?
          Копирайт запрещает коммерческоекопирование защищенных этим правом продуктов. А именно: если вы скопировали песенку, телефильм или программу и выставили ее в открытую продажу для «неопределенного круга лиц» – юридический термин, используемый в изобретательском и авторском праве, в официально зарегистрированном торговом предприятии (магазине, киоске и т. д.) – вот тут-то вы вступили в конфликт с законом об авторском праве. Или я, к примеру, дал объявление в средствах массовой информации о продаже копий книг, песен, фильмов, программ – тут я вновь нарушил право копирайта. Право копирайта распространяется также и на случай, если защищенный копирайтом продукт входит в состав товара, предназначенного для открытой продажи. Например, если я оснащаю продаваемые компьютеры программами, защищенными копирайтом, без разрешения владельца копирайта.
          Авторское право определяет только условия распространения интеллектуальной собственности. Но не накладывает правовых ограничений на ее использование. Например, копирайт, поставленный на книгу, регламентирует исключительно права коммерческого ее распространения. Но как используется книга, кем и для каких целей – авторское право никак не регламентирует. В этом отношении патентное (изобретательское) право гораздо более ограничительно. Оно регламентирует не только условия распространения, но и использования. Устройство или технологию, защищенные патентом, третьи лица не только не имеют права воспроизводить с целью продажи (копировать), но даже и использовать их у себя с коммерческими (производственными) целями.
          Таким образом, авторское право – право копирайта – не запрещает некоммерческого копирования. И борьба, которую, к примеру, ведет Правительство США во всем мире с пиратским копированием лазерных дисков, фильмов и т. п., касается исключительнокоммерческого копирования, копирования с целью рыночной продажи, открытого проката (одна из форм продажи интеллектуального товара) и т. д. С некоммерческим копированием тех же видеофильмов или магнитофонных кассет никто, естественно, борьбу не ведет, и проблем оно никаких не создает.
          Но почему некоммерческое копирование именно программного обеспечения составляет такую проблему, что производителям его даже приходится идти на настоящий шантаж и запугивание?
          Все дело в особенностях компьютерной информации. Копирование видеофильмов, книг и т. п. сопряжено с резким падением качества. С одного видеофильма можно снять одну, две, пять копий, можно скопировать последовательно дочернюю, внучатую, наконец, правнучатую копию, а затем качество резко падает, и продукт коммерческой ценности уже не представляет. Для качественного копирования требуется специальное дорогостоящее оборудование, и потому оно используется исключительно в коммерческих целях.
          Но с компьютерной информацией ситуация совершенно иная. С одной программы можно получить тысячи и сотни тысяч копий, дерево копирования может быть сколь угодно велико – и все копии будут иметь одинаковое качество, причем для осуществления такого копирования не требуется специального оборудования, оно выполняется на том же самом компьютере, на котором используется сам программный продукт. Вот почему некоммерческое копирование программных продуктов может чрезвычайно быстро разойтись в тысячах, сотнях тысяч и даже миллионах копий, как это происходит, к примеру, с операционной системой DOS, пользовательскими средами NORTON-COMMANDER или WINDOWS и другими программами.
          Некоторые производители софтвера защищают свои программы от копирования. Это их полное право. Отметим, что такая защита не должна наносить ущерба пользователям, например, путем уничтожения операционной системы или даже порчи жесткого диска. За такую защиту пользователь вправе привлечь производителя к судебной ответственности.
          Увы, опыт показал, что в России все системы защиты оказываются малоэффективными, программисты высокого уровня, которых в России в достатке, успешно взламывают их.
          Таким образом, вывод из этого состоит в том, что система копирайта, защита по авторскому праву, хорошо работающая при защите печатной продукции, аудио– и видеоматериалов, по отношению к компьютерным программам оказывается малосостоятельной, порочной в своей основе, неадекватной объекту защиты.
          Неадекватность применения авторского права к программному продукту заключается еще и в следующем. Книги, песенки, видеофильмы используются в производственной деятельности. Но они не являются, как правило, прямыми средствами производства. Они играют чисто информационную роль. Но компьютерный продукт нередко есть прямое средство производства наряду со станками или машинами. Например, в издательском деле программная издательская система есть такое же средство производство, как печатный станок. В этом плане как объект интеллектуальной собственности программный продукт весьма близок к изобретательской интеллектуальной собственности, регулируемой патентным правом. Патентное право защищает интеллектуальную собственность от несанкционированного использования, но использовать институт патентного права для целей защиты от несанкционированного использования в производственных целях программного продукта, увы, невозможно, как мы это уже говорили выше.

    Рынок программ или рынок коробок

          Неадекватность, несоответствие права объекта права в области программных продуктов имеет весьма неблагоприятные последствия для всей деятельности в области программирования.
          Большое количество программистов не имеет возможности получать законное вознаграждение за свою работу, не имеет возможности законно и эффективно вынести свою продукцию на рынок. Фактически существует рынок программ-мастодонтов, гигантских программ на десятки и сотни мегабайт. Таких, как, к примеру, программные продукты «Майкрософта» – WINDOWS, WINWORD, EXCEL, гигантские программные продукты других фирм-производителей. Такие гигантские программы могут производить только крупные фирмы. А для мелкого производителя на этом рынке места просто нет.
          В результате этого на рынке программного продукта программы продают «на вес», точнее, на мегабайты. И производитель стремится «впарить» покупателю как можно больше этих мегабайтов, как можно больше дискет всунуть в коробку с лицензионным программным продуктом. Потому что цена фактически устанавливается по объему, по числу вложенных в коробку дискет.
          От того-то и растут объемы фирменных программных продуктов не по дням, а по часам. В свою очередь, эти возрастающие объемы программных продуктов требуют все более дорогостоящих компьютеров. То, что десяток лет назад делалось на компьютере с памятью в 64К, сейчас требует компьютера с 8-16 мегабайтами оперативной памяти и 500М дисковой. Конечно, это стимулирует процесс в области компьютерной техники и технологии, но пользователь поставлен в положении дурачка, которому подсовывают то, что ему вовсе не нужно. Неужели каждому пользователю WINDOWS так уж необходимы десятки видов обоев, десятки вариантов раскраски окон, десятки каких-то функций, о которых большинство пользователей даже не подозревает. А если открыть директорию какой-нибудь современной компьютерной системы с ее сотнями файлов неизвестного назначения, то поневоле закрадывается подозрение, а сколько там просто пустышек, цель которых исключительно заполнить дискеты в коробке.
          Нынешний коробочный рынок программных товаров, основанный на праве копирайта, самый порочный из всех товарных рынков.
          Сравним этот рынок, к примеру, с рынком телевизоров. Хотя существует множество конкурирующих фирм, но все их изделия полностью совместимы и по стандартам сигнала, и по интерфейсам. Есть телевизоры с большим, средним и малым экраном, с большим и меньшим набором функций. Потребитель может выбирать и между фирмами, и между видами телевизоров по своим деньгам, по своим потребностям (один для офиса, другой для ванны) и т. д. Но посмотрите на рынок программных продуктов. Имеется две-три программы электронных таблиц, три текстовых редактора, три программных среды – DOS, WINDOWS и UNIX и т. д. И это на весь мир (!!!). Каждая программа стремится к полному универсализму, к удовлетворению буквально всех пользователей. В результате и получаются, с одной стороны, программы-монстры, а с другой стороны, совершенно неудовлетворительные по качеству программные продукты.
          Возьмем, к примеру, программу электронных таблиц EXCEL. С одной стороны, гигантская программа, в которую напичкано все что угодно. Для простейшего пользователя, считающего, к примеру, поступление товаров на склад, 90 процентов ее содержимого не нужно. Но как только требуется что-то более серьезное, то убеждаешься в ее невысоком качестве. Например, качество оформления диаграмм не выдерживает никакой критики. Можно предъявить еще массу претензий к этой программе. И даже не предусмотрено систем улучшения этих программ, например, путем навешивания на основной модуль каких-то сервисных утилит, которые приобретались бы только по мере необходимости. В результате и получается, то, что рассчитано на всех, плохо для всех. Для одних слишком много лишнего, загромождающего компьютер, приводящего к совершенно ненужным затратам на дорогие модели компьютеров и дорогие программы, для других, наоборот, слишком убого и многого недостает.
          И действительно, как вы сможете торговать коробочным образом небольшой, но эффективной стокилобайтной программой? Даже для одной дискеты это недостаточно. А тем более если она настолько эффективна и продумана, что не требует никаких толстых инструкций на веленевой бумаге? Но вот если вы создали программу на тридцать дискет, да еще со сложной системой инсталляции и с инструкцией на 300 страниц – вот такой программой можно торговать в коробках. Более того, столь гигантскую программу очень легко защитить от несанкционированного копирования, так как в такой мастодонт можно вставить тысячи «жучков», препятствующих несанкционированному копированию, снять которые будет очень и очень непросто. Именно поэтому сама технология сэйлинга буквально провоцирует создание программ громадных размеров, а это тем самым ведет к монополизации рынка программных продуктов. Недаром в США было уже множество процессов против «Майкрософт» по антимонопольному законодательству, но все они оказывались безуспешными, ибо бороться с тем, на что толкает сама экономика, невозможно.
          Наиболее распространенный принцип рынка – продавать некоторую базовую модель, которую вы уже можете дооборудовать по своим потребностям, – на софт-рынке не используется, потому что он противоречит коробочной технологии софт-рынка.
          Получилась совершенно удивительная вещь. Рынок, где существуют не тысячи, буквально миллионы потенциальных производителей, сфера производства, в которой средства производства буквально ничего не стоят (требуется один компьютер, а тот, как правило, уже есть, так как покупается для его использования в иных целях), оказались самыми супермонополизированными из всех существующих рыночных и производственных секторов.
          И это не безобидно, так как в результате этого ухудшается качество обслуживания потребителей. Например, нет у вас какой-то функции в EXCEL – и вам ничего не остается, как терпеть, так как переходить на новую систему, в которой, возможно, эта функция есть, означает затрату больших денег и, что еще важнее, необходимость изучения новой сложной системы с собственным языком и принципами работы. Усовершенствовать свой продукт добавлением необходимых функций невозможно.
          Монополизация рынка приводит к замедлению технического прогресса, так как от него отрезаны миллионы людей, которые могли бы внести свой вклад в дело совершенствования программных продуктов. Более того, этот рынок активно подавляет всех конкурентов. Приведем пример. В России специалистами Московского физико-технического института разработана операционная система, по всем параметрам превышающая DOS. Но в рамках современного коробочного рынка у этой программы нет практически никаких шансов для широкого выхода. Ведь для этого необходимо создать производство коробок, множительное производство, иметь специальную дилерскую сеть, затратить средства на рекламу и т. д. Это такие затраты, на которые, естественно, институт не способен. Причем это затраты, не имеющие никакого отношения к самому продукту продажи. Таким образом, коробочный рынок активно отторгает любые совершенствования программного продукта, не исходящие от фирм-монополистов.
          Для России это имеет самые печальные последствия. В России сложилось уникальное сообщество программистов высочайшей квалификации. Но сейчас оно оказалось отторгнуто от рынка программных средств и стремительно деградирует. А ведь на этом рынке российские программисты могли бы зарабатывать для страны миллиарды долларов. Увы, существующая структура рынка не допускает их на него.
          Итак, подводим итоги. Рынок программ – рынок коробок – целиком основан на системе защиты программистской интеллектуальной собственности на основе авторского права. Это право неадекватно объекту защиты. В результате сложился деформированный рынок программных средств – монополизированный, плохо удовлетворяющий потребности в программном продукте. Производители ведут себя безнравственно по отношению к потребителям, «впаривая» за счет монополизма последним в качестве обязательной нагрузки зачастую совершенно ненужные последним прибамбасы и накручивая за этот счеты цены и доходы, последние отвечают производителям тем же, предпочитая не платить им, а красть их продукты, пользуясь дырами в системе правовой защиты.
          Вряд ли такое положение кого-нибудь устраивает. Российских программистов и пользователей в первую очередь. Выход из этого может быть только один. Создание принципиально нового рынка программного продукта, в основе которого должна лежать более адекватная система защиты интеллектуальной собственности в этой сфере.

     
          Существующий рынок программного продукта основан на классической технологии сэйлинга. Есть магазин или лавка, заставленная коробками. Покупатель приходит в магазин и покупает коробку. Но то, что хорошо для торговли кормом для кошек или жевательной резинкой, может совсем не быть так уж хорошо для такого своеобразного продукта, как софтвер.
          Тем более, что в настоящее время все большее распространение получают новые виды сэйлинга. Например, такой, как «магазин на диване», то есть покупка по телевизионному изображению. На Западе все большее распространение получает сэйлинг по системе Интернет. Таким образом, современный сэйлинг находится в стадии поиска нетрадиционных технологий, и удивительно, что наиболее современный товар стоит в стороне от этих поисков.
          Но новая технология сэйлинга требует и новых форм защиты интеллектуальной собственности.
          Казалось бы, других форм защиты интеллектуальной собственности, как копирайт и патент, современный мир не придумал. На самом деле это не так. Имеются и иные формы защиты ИС, которые существуют де-факто, но особость их до сих пор не осмыслена.
          Посмотрим, как защищается ИС в области музыки. Ясно, что на музыкальное произведение копирайт не поставишь. Певец в ресторане, диск-жокей на ТВ или радио вовсе не бегут к автору за разрешением на право копирования, то есть публичного воспроизведения его ИС. Они исполняет или ставят в эфир то, что им понравится, а затем установленную сумму перечисляют владельцу ИС.
          Нетрудно заметить, что данная система защиты ИС не имеет ничего общего с копирайтом. Владелец ИС не накладывает никаких ограничений на право копирования его продукта, каждый может это делать когда захочет и сколько захочет. Единственное, что при этом нужно сделать, – перечислить на счет владельца ИС или его агента, в качестве которого может выступать и некоторая организация, установленную оплату. Таким образом, эта система отличается от классического копирайта, ее можно назвать «пэйрайт» («pay-right»от английского «pay» –«оплата») и обозначать значком:

     
          Но еще более широкое использование система пэйрайта находила в советском изобретательском праве. В нем практически не было патента, а авторское свидетельство давало не право распоряжения, а права оплаты вознаграждения. Таким образом, советское изобретательское право было почти целиком пэйрайтным правом. И то, что это право существовало в течение более шестидесяти лет, само по себе показывает, что такая система вполне жизнеспособна и в определенных условиях может быть эффективной.
          Таким образом, пэйрайт нет необходимости изобретать. Он уже существует, существовал в СССР в области изобретательства, существует на Западе, по крайней мере в области музыкальной ИС. Надо только осознать, что пэйрайт есть особая форма защиты прав владельцев ИС и придать ему правовой статус.
          Почему пэйрайт может оказаться более эффективным и адекватным для защиты ИС в области программирования? Да потому, что мы не можем наложить запрет или взять под контроль копирование программного продукта. А раз так, то не надо бороться с тем, с чем борьба безнадежна, а надо смириться с этим, и, более того, ввести это в правовую среду.
          Таким образом, именно система пэйрайта может оказаться наиболее эффективным средством защиты прав владельцев программистской ИС. Одновременно новая система защиты ИС позволяет создать и принципиально новую технологию сэйлинга программного продукта, лишенную тех недостатков, которые есть в коробочном сэй-линге. Эта технология позволит подключить к производству программного продукта массу программистов, которые живут во всем мире, резко ускорит научно-технический прогресс в области программирования, наконец, ликвидирует или резко ограничит монополизм ведущих программистских фирм, дав шансы миллионам программистов и мелких программистских фирм. Она позволит резко улучшить качество программного обслуживания владельцев компьютерной техники.
          Поэтому требуется ввести в правовое пространство новую систему охраны ИС – систему пэйрайта. Пэйрайт не дает его владельцу прав распоряжения своей собственностью. Использовать ИС, защищенную пэйрайтом, может любое лицо любым образом. Но при этом оно должно заплатить владельцу пэйрайта некоторое вознаграждение.
          Пэйрайт не служит полной заменой копирайта, это должна быть альтернативная системы охраны авторских прав. Владельцу ИС должна быть предоставлена полная свобода выбора способа охраны своих прав – через копирайт или через пэйрайт.
          Например, компьютерные игрушки для детей, возможно, более эффективно защищать копирайтом. Эти программы удобно продавать в обычном магазине детских игрушек коробочным способом, потому что пользователи этого продукта – дети, которым нужно, только чтобы игрушка играла, а программа, каким образом она действует, в большинстве случаев их не интересует. Но все проблемы защиты от некоммерческого копирования производитель должен взять на себя. Государство дает лишь защиту от коммерческого копирования.
          Копирайт выгодно сохранить для крупных программистских комплексов. К примеру, программистскую система обработки сейсмической информации, систему автоматизированного проектирования в машиностроении – эти и многие другие чрезвычайно сложные и крупные программные комплексы, видимо, выгодней защищать копирайтом.
          Но всякого рода сервисные программы, системные и служебные утилиты, программы внутреннего обслуживания компьютеров и др. выгоднее защищать по пэйрай-ту. Каждый может их использовать совершенно свободно, лишь платя владельцу пэй-райта некоторую сумму.

    Технология пэйрайтного сэйлинга

          Как конкретно может осуществляться сэйлинг программных продуктов, защищенных по пэйрайту?
          Каждый владелец пэйрайтного продукта автоматически приобретает права дилера и может продавать этот продукт кому угодно и по любой цене. Единственное условие – определенный процент выручки он должен перевести на счет владельца пэйрай-та. Желательно, чтобы этот счет был указан непосредственно в самом программном продукте, например в его «абоуте»вместе с другой полезной информацией, в том числе и о системе защиты данного продукта.
          Процент должен быть установлен на уровне закона, например 30 процентов. Ясно, что одно дело платить за программу, другое дело – делиться доходами от продажи программы, потому что здесь платит не покупатель, а продавец. В большинстве случаев программы будут приобретать прежде всего для собственного использования. И дилерские права – это как бы приятное бесплатное приложение к самой программе.
          Удастся продать – хорошо. Нет – ничего страшного, программой покупатель все равно пользуется.
          Никакие цены при этом не указываются и не устанавливаются. Вопрос о цене продажи каждый раз решается исключительно между продавцом и покупателем. И нет никакого криминала в том, чтобы купить программу за 10 долларов, а продать за 100, да еще десяти покупателям. В принципе не возбраняется и бесплатная передача. Но вряд ли в наше меркантильное время многие откажутся от законного заработка.
          В результате у каждого пэйрайтного программного продукта создается собственная дилерская пирамидальная сеть. Такого рода пирамидальные дилерские сети в настоящее время также широко известны и используются в сэйлинге. Наиболее известный пример – дилерская пирамида «Гербалайфа». Насколько велика эта пирамида, будет зависеть от качества программы. Даже маленькая и дешевая программка при большой дилерской сети может принести производителю очень большие деньги. В результате будет происходить свободный отбор наилучших программ, а их создатели становиться богатыми людьми. И вовсе для этого не требуется создавать программистские империи типа «Майкрософта», которой в этих условиях грозит крах, ибо лучшие программисты этой империи, возможно, предпочтут уйти в самостоятельное плавание, такие монстры, как WINDOWS-XP, просто не будут находить сбыта. Крупные компании будут создавать базовые модели, например базовая модель того же WINDOWS с открытым интерфейсом для подключения к ней наиболее эффективных приложений для работы в этой базовой среде, причем в области создания приложений будет широчайшая конкуренция, которая станет залогом того, что выживать будут действительно наиболее эффективные продукты, будет осуществляться отбор наиболее талантливых программистов. Для запуска нового программного продукта на пэйрайтный рынок необязательно вкладывать огромные деньги на рекламу, достаточно будет раздать даже бесплатно несколько копий своей программы, и если она действительно хороша, то пойдет ее саморазмножение в программистской среде. Национальная принадлежность самого разработчика не будет играть никакой роли. И российские программисты получат хороший шанс для выхода на мировой рынок программных продуктов, если они, конечно, еще сохранили свой творческий потенциал.
          Отметим, что на Западе уже есть зачатки такого рода сэйлинга. Есть даже специальное наименование подобного рода программ – «Shareware»(частично оплачиваемые программы). Программы типа Sharewareможно свободно использовать, копировать и передавать другим пользователям. Однако за дополнительную плату автор предоставит более новую версию программы, более подробную инструкцию и т. д. Здесь нельзя не видеть самодеятельного подхода к пэйрайтному сэйлингу, не обеспеченному, к сожалению, в правовом плане. Главным отличием пэйрайта от шари-вари состоит в том, что платит не приобретатель товара, а продавец, причем никакого прямого обращения к пэйрайтеру здесь вообще нет.
          Если в системе копирайта некоммерческое копирование не является правонейт-ральным действием, то теперь такое же копирование есть уже операция на специфическом рынке. А регулирование рынка – задача государственная и правовая. И потому государственное и правовое регулирование здесь не только желательно, но и необходимо. Прежде всего хотя бы потому, что государство от этого рынка может получать весьма большие доходы в бюджет. Эти доходы могут быть двоякого рода. Прежде всего НДС. А во-вторых, налогообложение доходов владельцев пэйрайтных программных продуктов.
          Такое государственное регулирование должно быть осуществлено прежде всего правовой кодификацией самой пэйрайтной системы защиты ИС. В эту правовую кодификацию должно входить установление процентного норматива пэйрайтных отчислений в пользу владельца пэйрайта. Это должен быть единый и универсальный процент, например 30 процентов от цены продажи.
          Во-вторых, государство должно установить контроль над их осуществлением, ибо именно из этих отчислений государство будет собирать налоги. И, значит, оно само заинтересовано, чтобы пэйрайтные отчисления действительно осуществлялись.
          Это можно сделать путем добавления двух пунктов в налоговую декларацию:
          1. Получено от продажи пэйрайтных программных продуктов.
          2. В том числе перечислено владельцам пэйрайта. С другой стороны, государство могло бы установить, что все пэйрайтные платежи
          должны собираться на специальном текущем счете (желательно мультивалютном), с поступлений на который банк мог бы снимать установленный налог по НДС в безакцептном порядке, так как пэйрайтные платежи являются конечными платежами в НДС-системе. Для частных лиц могут быть открыты специальные счета накопления пэйрайтных платежей, с которых мог бы также сниматься налог на этот вид доходов.
          Таким образом, в надежном функционировании этой системы заинтересованы и государство, и разработчики программных продуктов.
          Сами владельцы соответствующих прав могли бы установить систему учета распространения своих программных продуктов. Для этого можно в титул программы поместить просьбу ко всем владельцам программы зарегистрироваться путем посылки сообщения о приобретении данного продукта с указанием собственного юридического или иного адреса, указания агента, у которого приобретен данный продукт и цены приобретения. В результате владелец прав на этот продукт может легко строить дерево продаж. Причем это дерево продаж будет коррелироваться с деревом поступлений средств на соответствующий счет. Легко видеть, что в такой системе фактически невозможно без риска быть раскрытым с возможностью соответствующих санкций уклониться от оплаты пэйрайтных отчислений.
          Естественно, что в качестве стимула к регистрации можно пообещать консультационное обслуживание, поставку новейших версий в первую очередь и по более выгодной цене и т. д. Особенно удобно для целей интерфейса с пользователями использовать электронные сети.

    Выход на мировой рынок

          Пэйрайтная система, даже запущенная в стране, легко может пересечь границу и выйти в другие страны при достаточно высоком качестве программного продукта. Для поддержки собственных программистов Россия могла бы заключить с иностранными государствами договоры о взаимной защите интеллектуальной собственности на паритетных началах. Например, мы поддерживаем в России вашу систему копирайта, а если будет у вас создана пэйрайтная система, то и ее, а вы – в собственной стране нашу систему пэйрайта.
          Поддержка других государств должна заключаться в беспрепятственности перечисления пэйрайтных платежей в Россию в валюте страны или в твердой валюте в соответствии с нормативом отчислений.
          Таким образом, перед российскими программистами открылся бы весь мировой рынок программного продукта без дорогостоящих затрат на создание дилерских сетей и проведения рекламных кампаний.
          Более того, на Западе эта система могла бы функционировать даже успешней, чем в России. Западные люди никогда не откажутся от возможности заработать, и одновременно они гораздо более законопослушны. И если будут признаны законными осуществление пэйрайтных платежей, то, можно не сомневаться, американцы и западные европейцы будут осуществлять их пунктуально.

    Проблемы охраны авторских прав

          В новой системе защиты ИС в области программирования сразу же возникнет проблема охраны авторских прав.
          В системе копирайта и коробочного сэйлинга споры по приоритетам весьма редки. Действительно, кто осмелится оспорить приоритет «Майкрософта» на WINDOWS-XP? Сам объем программы, которую может произвести только супергигантская программистская фирма, защищает ее лучше любого закона.
          Но появление на пэйрайтном рынке высокодоходных программ небольших размеров сразу же вызовет у недобросовестных лиц искушение скопировать их и распространять под своим именем. И это может вызвать многочисленные споры об авторстве той или иной программы и приоритетах.
          Но как решить проблему охраны авторских прав, если государственная регистрация этих продуктов отсутствует?
          Споры о приоритете должны решаться в судебном порядке.
          И владельцу пэйрайта необходимо заранее подготовить аргументы для возможных судебных споров. А для этого необходимо зарегистрировать свое авторство и время создания программы.
          Для этого можно предложить несколько путей.
          Первый путь: ведение «Индекса программ» – бумажного или электронного регистратора создаваемых программных продуктов. В этот орган любой создатель программного продукта может послать свое сообщение о продукте с кратким его описанием. За публикацию в «Индексе программ» взимается небольшая плата. Но никакой селекции публикаций или их проверки не производится. Публикации осуществляются строго в порядке их поступлений. Для возможности компьютерной обработки разрабатывается формат публикации. Таким образом, при любых спорах о приоритете указание на публикацию в этом «Индексе» будет свидетельствовать в какой-то степени о дате приоритета. В то же время издание такого органа может быть достаточно выгодным, так как он может стать важным источником информации для специалистов. Более того, на основе этого первичного «Индекса» можно было бы издавать уже специализированные вестники программных продуктов, расклассифицированных по областям, платформам и т. п.
          Второй способ еще более прост. Можно записать свою программу на дискету, запечатать ее в конверт и отнести к нотариусу, чтобы тот его опечатал и поставил дату. Тогда при споре всегда можно предъявить суду данный запечатанный конверт с программой, который может направить его на экспертизу. В принципе, можно поступить еще проще – послать дискеты по почте в виде закрытого ценного письма на собственный адрес и хранить полученное письмо, не распечатывая, до возникновения необходимости в доказательствах приоритета. Дата почтовой печати является достаточно авторитетным свидетельством.

    Заключение

          Итак, для того чтобы российские программисты могли выйти на рынок программного продукта, необходимо создать новую систему защиты интеллектуальной собственности – систему пэйрайта, которая во многом должна использовать советский опыт защиты изобретательских прав.
          Необходимо создать принципиально новый рынок и соответствующую ему систему сэйлинга.
          С точки зрения общей теории цен уникальность создаваемого рынка состоит в том, что на нем нет производственных цен. Точнее, на рынке они никоим образом ни прямо, ни косвенно не фигурируют. На этом рынке товар имеет исключительно потребительскую цену. Цена, которую заплатит рынок, и есть потребительская цена товара. Причем никакого способа заранее ее предсказать или даже оценить не существует.
          Создание такого рынка позволит значительно повысить качество обслуживание пользователей программных продуктов, ликвидирует монополизацию этого рынка, связанного с коробочной системой сэйлинга и копирайтной системой защиты программного продукта, позволит привлечь гигантский потенциал сотен тысяч и миллионов программистов – профессионалов и любителей – во всем мире.

    Шоу-рынок

          Мы будем понимать шоу-рынок расширительно. Под шоу-рынком будем понимать специфический рынок, на котором товаром являются сам человек, его способности и таланты. Музыканты, спортсмены, модели, артисты, художники – вот «объекты» шоу-рынка, которых мы будем называть обобщенно шоуменами. Зрители и слушатели являются субъектами этого рынка, покупателями, потребителями.
          Есть ли какие-то особенности этого рынка, которые требуют особого его рассмотрения.
          Шоу-деятельность существовала с незапамятных времен. Рыночной эта деятельность стала не в нашем и даже не в прошлом веке.
          Но в настоящее время на этом рынке наблюдается новое явление, которое требует своего осмысления.
          Это новое явление – громадные, фантастические заработки шоуменов в последней трети двадцатого века.
          Хорошие артисты, певцы и т. д. иногда оплачивались выше, иногда ниже. Но вряд ли когда в истории было такое, чтобы спортсмены или музыканты имели бо’льшие доходы, чем бизнесмены и генералы, премьер-министры и короли.
          Например, до революции в России Шаляпин считался богатым человеком и имел высокие гонорары. Но отнюдь не большие, чем какой-нибудь Морозов или Щукин, Витте или даже сам император Николай II. Но когда в настоящее время в число самых богатых людей входят шоумены, когда гонорары теннисистов превышают во много раз зарплату Президента США (про Россию даже и говорить нечего), когда за один зарубежный концерт поп-группа вывозит из страны несколько эшелонов нефти или такую сумму, на которую можно было бы построить целый автозавод, а модная манекенщица за пару проходов по подиуму получает оплату, эквивалентную цене пассажирского самолета, – согласитесь, в этом есть что-то, что стоит попытаться осмыслить.
          Между ценой товара и его производственной стоимостью, как правило, имеется определенное соответствие. Как мы показывали при рассмотрении других секторов рынка, рыночная цена может отклоняться от цены производства, но не систематически и не слишком далеко. Но для шоу-товара ситуация совершенно иная. Действительно, представим себе, что все расценки в шоу-бизнесе для наиболее дорогих шоуменов снижены не на проценты, а в десять раз? Исчезнет ли от этого сам шоу-бизнес, можем ли мы сказать, что при контрактах в десять раз меньших никто не захочет играть в баскетбол или в теннис, люди перестанут петь или играть на скрипке и не захотят выступать на сцене? Конечно, нет. Залы будут также заполнены, также будут проводиться соревнования, не меньшее рвение будут прикладывать спортсмены и не меньше людей будет стремиться к карьере артиста.
          Это мы знаем на примере советского спорта и искусства. Заработки и гонорары в СССР были в десятки, порой сотни раз меньше, чем на Западе, но никто, надеюсь, не скажет, что советское искусство было существенно ниже западного, что советский спорт был гораздо более низкого уровня, что стремление молодежи к достижению рекордных результатов было менее сильным в СССР, чем в Америке. Разве Третьяк или Харламов за гонорар в несколько десятков долларов играли хуже, чем нынешние легионеры за гонорары в сотни тысяч? Можно ли сказать, что если бы гонорары Майкла Джексона уменьшились в сто раз, то он стал бы хуже танцевать и петь или вообще перестал бы этим заниматься? Или если бы цены на его концерты уменьшились в пять раз, люди бы перестали посещать его концерты? Конечно, антураж концертов может и изменился, но ведь вовсе не из-за антуража рвутся люди на своих любимых артистов.
          Мы видим, что эти супергонорары никак не связаны с самим шоу-бизнесом как сферой производства. Без них этот бизнес развивался бы не менее успешно. Таким образом, если, к примеру, цены на другие товары определяются в существенной части в сфере собственно самого этого рынка, то здесь есть что-то иное, есть какое-то внерыночное воздействие, которое мы и хотели бы понять.
          В сфере производства товаров массового потребления действует стандартный принцип – чем больше затраты, тем больше и цена. Но в сфере шоу-рынка и вообще в сфере рынка престижного потребления этот принцип меняется на прямо противоположный – чем выше цена, тем выше и затраты. Первичны именно цены, а под эти цены подгоняются затраты.
          Действительно, если оплата за концерт составляет миллионы долларов, то, естественно, на эти средства можно создать самое дорогостоящее представление. Будет меньше цена – будут меньше и затраты. Но никто не будет вкладывать громадные средства в шоу-представление, если нет уверенности, что по соответствующим ценам это шоу-представление может быть продано. Под возможную цену подгоняются затраты, а не наоборот, когда затраты определяют цену.
          Этот принцип действует и в других сферах рынка престижных товаров. Не потому костюмы от Кардена так дорого стоят, что затраты на них очень велики, а, наоборот, затраты на них так велики, например оплата дорогостоящих модельеров, использование наилучших материалов, ручная работа и т. д., только потому, что на них велики цены. Это резко отличает эти рынки от обычных стандартных рынков, например рынка компьютеров или мазута, в которых цены настолько велики, насколько велики затраты. Никто же не будет вкладывать в производство мазута и компьютеров лишние затраты сверх тех, что необходимы. Таким образом, рынок шоу-товаров и рынок престижного потребления действительно весьма специфические рынки, в которых классические законы политэкономии нередко трансформируются в свою противоположность.

    Социально-экономическая роль шоу-рынка

          Рассмотрим эту проблему с социально-экономической точки зрения. Есть ли некая общеэкономическая выгода от этих сверхвысоких гонораров?
          Для ответа на этот вопрос заметим, что шоу-бизнес собирает денежные средства, чрезвычайно диссипированные, с миллионов граждан и передает их в концентрированном виде небольшому количеству пользователей – шоуменам.
          Именно они и создают систему престижного потребления высокодорогих и самых совершенных технических и бытовых товаров, обеспечивая в этом смысле прогресс в области товаров бытового назначения, создавая сам рынок высокопрестижных товаров, в которым занято довольно много народу. Обслуживание шоуменов и создание рынка дорогих и высококачественных товаров имеет определенную общественную пользу. Ибо в производстве таких товаров очень велика доля ручного труда, зачастую они имеют полуремесленный характер, благодаря чему создается много рабочих мест.
          Действительно, если бы собранные средства не концентрировались, а использовались всеми гражданами на собственное потребление, это могло бы привести максимум к увеличению потребности в обычных индустриальных товарах массового высокомеханизированного и автоматизированного производства, и количество рабочих мест почти бы не изменилось. Но благодаря именно такой концентрации средств в руках небольшого количества людей создается большое количество новых рабочих мест, создаются целые секторы экономики, связанные как с их обслуживанием непосредственно, так и для производства высококачественных товаров престижного потребления. Так что в этом плане появление сравнительно крупной прослойки сверхбогатых людей является общественно полезной, тем более что она создается путем концентрации чрезвычайно сильно диссипированных капиталов. Например богатство менеджеров и капиталистов имеют своим источником уже концентрированные капиталы компаний и в этом плане не имеют такого общественного эффекта, как богатство именно шоуменов. Вот почему общество относится сравнительно настороженно к личному богатству предпринимателей, бизнесменов, менеджеров и высокопоставленных чиновников и государственных деятелей, но очень благосклонно к богатству шоуменов и само даже с удовольствием отдает свои средства, восторгается их большими гонорарами, которые само же и оплачивает.
          С другой стороны, такая концентрация рассеянных средств чрезвычайно выгодна и государству. Попробуйте собрать с этой суммы, рассеянной среди миллионов граждан, налоги. Вряд ли много получите. Но с этого «денежного концентрата» налоги снять гораздо проще и можно взять гораздо больше.
          Таким образом, концентрация денег через шоу-бизнес, как мы видим, выгодна и обществу, и государству. Поэтому средства массовой информации постоянно раскручивают все новых и новых шоу-звезд на все более и более высокую оплату.

    Международный аспект шоу-бизнеса

          Но, по-видимому, гораздо важнее национального аспекта аспект международный. Шоу-товар для некоторых стран стал чуть ли не важнейшим экспортным товаром. Шоу-экспорт – самый выгодный экспорт. Нет ничего более выгодней. Ибо шоу-ресурс есть неисчерпаемый и постоянно возобновляемый ресурс. На шоу-экспорт не затрачиваются никакие природные ресурсы, он не загрязняет природную среду производителя шоу-товара.
          Поэтому страны-экспортеры шоу-товаров заинтересованы в максимально дорогом уровне цен на этом рынке. А цена на шоу-товар в первую очередь определяется уровнем гонораров шоуменов и шоу-звезд. И чем эти гонорары выше, тем выгодней экспорт шоу-товаров.
          А кто является главным мировым экспортером на мировом рынке шоу-товаров? США, Франция, Великобритания. Богатые высокоразвитые страны. Кто же является главным импортером? Все остальные страны, и прежде всего страны третьего мира.
          Действительно, много ли вы обнаружите в США шоу-товаров иностранного производства и в особенности стран третьего мира, куда сейчас мы должны отнести и Россию? Почти нет. Рынки Запада и особенно США практически закрыты для шоу-товаров из стран, не принадлежащих этому клубу стран-шоу-экспортеров.
          Таким образом, именно через шоу-экспорт осуществляется неравноправный обмен между богатыми странами и бедными, между Севером и Юго-Востоком (мы включаем в систему классического противопоставления и все пространство бывшего СССР). И именно поэтому так заинтересованы эти страны в своем шоу-экспорте, в раскрутке своих звезд, во взвинчивании их гонораров. Нефть в обмен на песенки, экологически опасные в производстве удобрения в обмен на голливудские видеофильмы, металлы за дрожание попки супермодели – очень даже неплохой бизнес. Шоу-бизнес становится для Запада и особенно США предметом самой высокой политики. Недаром отношения между США и Китаем во многом были поставлены в зависимость от того, что какие-то нелегальные пираты копируют зачастую мерзкие и грязные, наполненные сексом и насилием американские видеофильмы и аудиодиски.
          Шоу-бизнес стал большой политикой потому, что это очень, очень большие деньги, выкачиваемые США из стран всего мира, и прежде всего из стран третьего мира.
          Шоу-бизнес – это еще и идеология, которая воспитывает в людях чувство превосходства Америки над всем миром, внушает комплекс неполноценности остальным людям и странам, и вновь главным образом странам третьего мира. И россиянам в том числе. И прежде всего для того, чтобы ни у кого не могло зародиться даже тени сомнения, что «PAX AMERICANO» есть лучший способ мироустройства, что руководство мира Америкой ниспослано ему свыше и по праву.
          Что можно было бы предложить, чтобы хоть как-то нейтрализовать этот неравноправный обмен песенок на алюминий?
          Запреты на «культурные» – используем это слово, хотя во многих случаях оно слабо применимо – контакты, естественно, недопустимы, так как слишком много людей, особенно молодежи, являются фанатами западной поп-культуры. Вряд ли можно чего достичь повышенным налогообложением шоу-импортной деятельности или ограничением вывоза капиталов, заработанных на торговле шоу-товаром, ибо это вызовет либо ограничение приезда в страну всякого рода шоу-групп, либо еще большим вздуванием цен в этой сфере.
          Наиболее разумной политикой была бы государственная политика поддержки национальной культуры. Нужно понять, что поддержка национальной культуры не расходы, а прямые доходы, так как уменьшается шоу-импорт. А также складываются более благоприятные условия для собственного шоу-экспорта, ибо выйти на мировой рынок шоу-бизнеса можно уже только на основе культуры, на основе «антикультуры» – секса, насилия, оглупления и оглушения уже невозможно, ибо эта ниша американцами занято плотно. А Россия имеет очень большие культурные традиции, опыт истории показал, как успешно осуществлялся в некоторые исторические периоды экспорт и российской, и даже советской культуры и шоу-товара.

     

    Производственный капитал

          Денежные (финансовые) средства предприятий и их потоки имеют определенную структуру. Одни средства используются для выплаты зарплаты, другие-для покупки материалов и т. п. Причем эта структуризация финансовых средств важна для государства, ибо именно эта структура используется для целей налогообложения.
          В настоящее время структуризация корпоративных финансов осуществляется с помощью бухгалтерского учета.
          В советской экономической системе бухгалтерский учет представлял вполне достоверную картину потоков денег и материальных ценностей. Но в настоящее время в условиях экономической либерализации бухгалтерский учет потерял всякую достоверность.
          Причин этому несколько. В прошлое время главный бухгалтер обладал статусом, выходящим за пределы предприятия. Он являлся номенклатурой более высокого уровня власти и не мог быть уволен руководителем предприятия. В настоящее время этот статус главные бухгалтера потеряли, и сейчас они имеют тот же самый статус, как и обычный работник предприятия, и вынуждены полностью выполнять распоряжения руководства. В противном случае его могут просто уволить.
          Бухгалтерский учет есть документальный учет. А документ – это бумага с печатью. И потому в советское время осуществлялся самый жесткий контроль за подлинностью печатей, изготовление фальшивых печатей преследовалось как одно из самых тяжких уголовных преступлений. Сейчас за